Мнение

ПРИГЛАШЕНИЕ К ЗАМОЧНОЙ СКВАЖИНЕ

Депутаты думают, что вдохновленный новой моралью бывший советский народ примется работать, как китайцы<br>

Приходится прибегнуть к методам конспирологии. Поискать заговор. Попытаться вскрыть тайные пружины. Ибо иначе не объяснить повальное и синхронное устремление толп народных депутатов к народной нравственности и физическому здоровью. Пусть даже под давлением общественности и улюлюканье прессы они и пошли на попятную. Сначала гонения на порнографию, потом на рекламу пива и табака, теперь запреты на «насилие на экране». Здесь не избежать цитирования такой песни на депутатском току: запрещается показ на ТВ «трупов людей, сцен убийства, нанесения побоев, причинения тяжкого, средней тяжести и легкого вреда здоровью, изнасилований и иных насильственных действий сексуального характера». Ну ода – Сумароков писал, не иначе, особенно хороши «иные действия» – открывается простор для эротических фантазий, не чуждых, видно, автору-депутату. Заметим, это было принято в нижней палате в трех чтениях, и если бы сам президент не отпустил бы через губу замечание, что, мол, нехорошо, конечно, кровь и секс показывать, но «это должно саморегулироваться», то не видать бы нам больше советских фильмов «Чапаев», «Котовский» и «Как закалялась сталь».

Да что там «Чапаев». Из оборота ТВ мигом выскакивают все отечественные сериалы «про ментов», столь опять полюбившиеся нашему продвинутому зрителю советские фильмы «про войну», а там и «Война и мир» по роману графа Л. Н. Толстого, «Неуловимые мстители» и так далее.

В остатке – «Три тополя на Плющихе», всяческие «бедные насти», но даже «Осенний марафон» под вопросом, поскольку трактует тему адюльтера.

Все это совершенно загадочно и, конечно, мало воплотимо на практике. Может быть, наши народные избранники вдохновляются примером Китайской Народной Республики, где в ходу самая строгая пуританская цензура.

Но даже там не догадались принять указы, запрещающие, скажем, фильмы со стрельбой из времен победы над Гоминьданом.

Возможно, наши депутаты льстят себя надеждой, что коли провести всяческие оздоровительные меры на голубом, как говорится, экране, то вдохновленный новой моралью бывший советский народ примется работать, как китайцы. Но это, конечно, иллюзия: китайцы всегда работали, а ограничения по части потребления западной культуры вышли много позже – еще век назад она было вовсе запрещена. У нас же, конечно же, по-китайски не работали никогда, но западная культура формировала отечественную начиная с века Екатерины.

К каким последствиям приведут эти нововведения, если, конечно, энтузиастов вовремя не остановят?

Понятно, что ограничение на пивную торговлю повлечет за собой рост потребления водки. Забавно, но в брежневские времена была кампания всяческого поощрения пивной промышленности как раз с тем, чтобы ограничить рост алкоголизма, и прежде другого – самогоноварения и потребления сивухи. А всяческие запреты – как на эротику, так и на кровь – подстегнут подпольный рынок, который и без того вполне себе сформировался и весьма развит.

Понятно, что народные избранники выслуживаются, стремясь быть святее Папы. Известное дело: заставь дурака Богу молиться… Но отчего все-таки возобладала именно такая тенденция – всячески кастрировать прежде всего телевидение? Ведь ограничение на пивную рекламу – это коммерческий нокдаун для государственного ТВ. А прочие ограничение – шаги к заведомому сужению его аудитории, поскольку есть альтернативы: пока еще существующее телевидение коммерческое, тарелки, видео и, конечно же, интернет.

Есть и иные предсказуемые последствия. Отечественное кино делает сейчас сверхусилия, чтобы хоть что-то противопоставить кино американскому и отвоевать для отечественного производителя хоть часть аудитории – прежде всего, молодежной. И успехи есть: наши сериалы смогли-таки подвинуть ихние, а неслыханный коммерческий успех «Ночного дозора» вызвал просто волну ликования у киночиновников: можем, если постараемся! Так вот, депутатские инициативы ставят подножку этим надеждам: зритель вернется к западной продукции даже в том случае, если смотреть ее нужно станет подпольно. И в этом случае даже еще с большим энтузиазмом: запретный плод…

Если депутаты будут последовательны, то именно с альтернативами тому, что они собираются прикрыть, им предстоит разбираться. Ну свалить коммерческое телевидение не проблема – отобрать лицензии, лишить частот вещания. С тарелками можно поступить, как некогда в ГДР: сотрудники штази должны были следить за тем, в какую сторону тарелки ориентированы – уж не на Западный ли Берлин. Впрочем, у нас не Европа, пусть даже Восточная, у нас западная Азия: нам проще тарелки и вовсе поснимать.

Что касается видео, то и здесь все проще простого: уличных торговцев сажать, а в видеотеках ввести строгую цензуру, чтобы торговали из западного кино «Белоснежкой и семью гномами», а из отечественного – «Приключениями Шурика». Наконец, к интернету уже давно примериваются, но и здесь нет никаких проблем: серверы всегда под дланью власти.

Глупо сетовать на то, что в отнюдь не победоносной, запуганной террористами, небогатой и несытой, холодной стране, где люди, живущие над нефтяными кладовыми, зимой замерзают, парламент занят разливом пива, запретом постельных сцен, преследованиями за документальную трансляцию правды об этой самой войне. Пустое говорить, что это постыдно. Но можно догадаться, что это небезопасная игра. Скорее, это выглядит, как тайное подстрекательство. Потому что люди, от которых скрывают не только сам факт того, что они люди, долго это терпеть не будут. И Мао к нам не вернется. Как и отец народов не воскреснет. И СССР не возродится. Но складывается впечатление, что только один президент во всех властных структурах это и понимает. Если эта сказка – быль, то ему можно только посочувствовать.

Николай Климонтович, обозреватель «Независимой газеты», специально для «Газета.Ru-Комментарии».


Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}