Интервью Ольга Вандышева business-gazeta.ru

«Ситуация напоминает июль 1917 года»: политолог из Хабаровска о том, чем кончится бунт

Хабаровский край стал полигоном, на котором начинается всеобщая зачистка, декриминализация и апробация новой модели отношений между регионами и центром, считает профессор Тихоокеанского государственного университета Илдус Ярулин

В интервью «БИЗНЕС Online» он рассказал, как протест хабаровчан отдали на откуп Навальному и Ходорковскому и есть ли хоть какие-то шансы у врио губернатора Дегтярева.

Илдус Ярулин: «Доминирующей фигуры, которая могла бы возглавить протест, нет. И силы такой нет»Фото: предоставлено Илдусом Ярулиным

17 ДНЕЙ ХАБАРОВСКОГО ВОССТАНИЯ

Вот уже третью неделю в Хабаровском крае не утихают ежедневные протесты, которые начались после ареста губернатора, представителя ЛДПР Сергея Фургала, которого обвиняют в организации нескольких заказных убийств в начале 2000-х годов. В 2018-м на выборах губернатора он сенсационно победил своего предшественника, единоросса Вячеслава Шпорта. 9 июля Фургал был этапирован в Москву, а 20-го отправлен в отставку с поста главы региона с формулировкой «утрата доверия». В тот же день президент назначил врио губернатора Хабаровского края депутата Госдумы от ЛДПР, председателя комитета по физической культуре и спорту 39-летнего Михаила Дегтярева. Выбор на него пал в том числе потому, что его выдвинула партия ЛДПР, члены которой занимают большинство мест в Законодательной Думе края и города Хабаровска.

С 11 июля и все эти дни горожане выходят на многотысячные митинги с требованием вернуть Фургала в регион и провести открытое судебное разбирательство (сейчас все заседания проходят в закрытом режиме). Дегтярева они встретили лозунгами типа «Иди в баню» (имеется в виду получивший распространение ролик, где он вместе с Владимиром Жириновским проводит в парной «встречу с избирателями»). В воскресенье, 26 июля, Дегтярев вышел к участникам митингов в поддержку задержанного экс-главы региона. Общение длилось порядка 40 минут, после чего он вернулся в здание правительства и пожаловался в своем телеграм-канале на митингующих: «В толпе были и хамы, пытались перекричать людей. Одного пришлось отрезвить. На хамов тратить время не буду! Надо уважать друг друга!» — заявил Дегтярев. Высказался он и о задержании Фургала. «Он мой товарищ по партии, но нарушать закон и давить на следствие, суд я не буду. Жить и работать надо по закону. У нас правовое государство, где суд, исполнительная и законодательная власть — это три разные ветви власти», — пояснил он. Дегтярев также поддержал требования судить Фургала в Хабаровске: «Требования хабаровчан разумны. Но решение будет принимать наверху судебное руководство, не Дегтярев на это будет влиять», — добавил врио губернатора.

О сложившейся ситуации мы поговорили с наиболее известным местным политологом, директором Института социально-политических технологий и коммуникаций Тихоокеанского государственного университета Илдусом Ярулиным.

«Никто не предвидел ни митингов, ни того, что в Хабаровске будут кричать: «ЛДПР — позор!», «Жириновскому — позор!», «Жириновский — предатель!», «ЛДПР — предатели!»

«ЕСЛИ, НЕ ПРИВЕДИ ГОСПОДЬ, СЮДА ПРИЕДЕТ ЖИРИНОВСКИЙ, ЕГО ТАКИМИ ПОМОЯМИ ОБОЛЬЮТ!»
— Илдус Файзрахманович, несмотря на назначение врио губернатора Михаила Дегтярева, протесты в Хабаровском крае не прекратились. Хотя он тоже член ЛДПР, народ его не принял. Федеральный центр не просчитал все риски?

— Да, никто не ожидал таких последствий после ареста Фургала. Никто не предвидел ни митингов, ни того, что в Хабаровске будут кричать: «ЛДПР — позор!», «Жириновскому — позор!», «Жириновский — предатель!», «ЛДПР — предатели!», «Позор Законодательной Думе!», где заседают в основном либерал-демократы. Притом что единственной сильной партийной машиной у нас была ЛДПР. Теперь же популярность партии резко падает. Надо слышать эти скандирования! Если, не приведи господь, сюда приедет Жириновский, его такими помоями обольют! Или ему придется вставать на колени перед протестующими, как в США.

Вообще, все развивается очень интересно. Сначала наша правящая партия и вся системная оппозиция от этих митингов отошли. Они отдали их на откуп несистемщикам. И либерал-демократы, и коммунисты, про «Справедливую Россию» я вообще не говорю — все боялись. Зато вольготно с первых дней чувствуют себя и ребята Навального, и «Открытая Россия», и либертарианцы, и многие другие. К нам прилетели достаточно много бойцов из Москвы, которые отрабатывают протестные технологии, методы ненасильственной революции и создают хайп для своей будущей политической карьеры. К тому же дубинками у нас никого не бьют, не задерживают, полиция вполне адекватная, «космонавты» в автозаки людей не бросают. Почему бы не приехать и не потусоваться?

— И как бы вы охарактеризовали то, что происходит в Хабаровском крае сейчас?

— Хабаровский край на данный момент выступает как площадка для отработки новой политической ситуации. Здесь дается возможность показать и проявить себя. Параллельно идет политизация процесса, но пока только в лозунгах. Активных действий не предвидится. Вообще, самым искренним был первый митинг: «Почему нашего губернатора взяли?» Как по Талейрану: бойтесь первого движения души — оно самое благородное. Потом были митинги, когда приходишь, начинаешь спрашивать людей: «А вы голосовали?», а в ответ: «Да мы на выборы не ходим, мы за Фургала не голосовали». Получается, что арест губернатора был только поводом прийти на митинг.

Теперь карнавал постепенно превращается в политическое действо. Сначала кричали «Свободу Фургалу!», потом: «Вставай страна!», «Мы здесь власть», затем понеслось: «Долой! Долой! Долой!» Включая президента.

В субботу был 15-й день протеста. Прошло два митинга. В 12 часов и вечером, с 19:00, как обычно, и до 22:00. На шествие вышли около 30 тысяч человек. Это у нас самый массовый митинг. Но на марше было много прохожих, гуляющих с детьми, собаками. А на площади Ленина, которая вмещает тысяч 11, собрались примерно 6,5 тысячи. Очевидно, что идет все большее отторжение нового врио, его не приняли, но уже не так часто вспоминают. Вопрос решен. Он не наш. Теперь начинается волна против Трутнева, антипрезидентская продолжается. Люди уже требуют референдума за отставку Путина. Это что-то новое. Но, с другой стороны, были и те, кто говорил, что надо идти на контакт с президентом, но избавив его от окружения олигархов, так как они не дают ему решать задачи для народа.

«ВСЕХ ПОНАЧАЛУ ОБЪЕДИНЯЛИ ТРЕБОВАНИЯ ОСВОБОЖДЕНИЯ ФУРГАЛА И ЧЕСТНОГО СУДА, А ДАЛЬШЕ НАЧИНАЕТСЯ ВЛИЯНИЕ РАЗНЫХ СТРУКТУР»

— Про олигархов — это уже риторика Зюганова.

— Да. В последние дни появилось много коммунистических флагов. Идет попытка оседлать протест. Всех поначалу объединяли требования освобождения Фургала и честного суда, а дальше начинается влияние разных структур. Говорить, что все едины, не приходится.

Сплоченного ядра этих митингов я не вижу. Доминирующей фигуры, которая могла бы возглавить протест, нет. И силы такой нет. Есть люди, которые произносят речевки, а вожаков, которые могли бы сформулировать политические требования и предложить программу дальнейших действий, нет. «Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков». Но они могут появиться.

— А почему на роль вожаков не подходят однопартийцы Фургала?

— Нынешний состав партийной организации ЛДПР вызывает очень серьезные сомнения в ее дееспособности. Поначалу митингующие пытались призывать однопартийцев Фургала. Но в первые дни никто от ЛДПР не пришел и не сказал, что они за губернатора. Они молчали и говорили, что вот подадим заявку и придем только на разрешенный митинг. Это что?

И только в прошлую субботу пришли депутаты от ЛДПР, члены Законодательной Думы. Впервые за две недели. Вроде бы начинаются попытки выстроить коммуникации, но пока идет обоюдное отторжение и нежелание говорить. Одни боятся, другие не готовы.

— Что же элдэпээровцы у вас такие пугливые? Ареста испугались?

— Вся беда в том, что в ЛДПР процентов на 90 — люди случайные. Там некому организацию вести. Не стало брата Фургала, который много лет в Думе работал, он умер от коронавируса (председатель комитета по бюджету, налогам и экономическому развитию Законодательной Думы Вячеслав Фургал скончался 13 июня — прим. ред.). Те люди, с которыми можно было работать и с которыми отождествлялась ЛДПР в Хабаровском крае, Безденежных и Гришнякова, ушли в сенаторы. А остались те, кого никто не знает, и неясно, как они оказались в ЛДПР.

— Значит, протесты организовывало не окружение Фургала, а люди собрались стихийно сами. Я вас правильно понимаю?

— Первая волна была немножко все-таки управляемой. Это была партийная машина ЛДПР. Но не сама партия, а организационная структура, которая проводит реальную политику в крае. У нее есть деньги, СМИ и прочее.

— А Дегтярев успел заявить, что за митингами в Хабаровске могут стоят иностранцы.

— Не знаю, не видел. Но то, что много иностранных корреспондентов, — это так. Представительства практически всех зарубежных СМИ, начиная с «Аль-Джазиры» и заканчивая Deutsche Welle и ВВС, — все здесь.

— Интерес журналистов понятен. История неординарная.

— Насколько они аффилированны со спецслужбами, не берусь судить. Может быть, Дегтярев именно это имел в виду. Тем более что у многих жителей города есть желание хайпануть. На митинги приходят очень много тусовщиков в расчете на то, чтобы дать интервью, сделать селфи, себя показать. Приходят, например, мальчики 15–16-летние. Как же не дать интервью? Ты не сходил? Ты не был на митинге? Это же интересно! Это место, где надо обязательно отметиться.

Для такого достаточно сонного города, как Хабаровск, где подобных событий никогда не было, этот двухнедельный карнавал, конечно, нечто особенное. Точно так же подобное было бы для любого провинциального города.

«У ФУРГАЛА БЫЛ ХОРОШИЙ ПИАР, И ОН ЗАДАЛ НОВЫЙ ТРЕНД: ТО, ЧТО СЕЙЧАС НАЗЫВАЕТСЯ «НОВОЙ ИСКРЕННОСТЬЮ»

— Однако у нас еще никогда не было, чтобы такой протест в регионе произошел в связи с арестом губернатора, на защиту которого встали люди.

— Да. В Москве была давняя обида на Фургала за то, что он нарушил договоренности с администрацией президента и победил на выборах губернатора в 2018 году. А через год ЛДПР победила «Единую Россию» на выборах в законодательные органы края. Однако я не исключаю, что и в ЛДПР есть силы, которые были заинтересованы в дискредитации Фургала.

Но арест губернатора — это только триггер, спусковой крючок протеста, а причины гораздо глубже. В регионе масса проблем. Хабаровский край — не самый бедный, но в экономике ситуация тяжелая. Нет условий для развития малого и среднего бизнеса, нет серьезных крупных предприятий, регион не может обеспечить себя продовольствием. Например, мясом мы обеспечиваем себя на 4 процента, все остальное завозное. А чтобы картофель стоил 200 рублей за килограмм, такого я вообще не припомню. Плюс коронавирус, непредсказуемость: откроют границы, не откроют. Еще каждый день говорят, что через месяц начнется вторая волна эпидемии. Этот психологический гнет и экономически нездоровая ситуация и привели к тому, что задержание Сергея Ивановича Фургала послужило поводом для того, что сейчас происходит в Хабаровском крае. Но это не причина. А то говорят: «Фургал, Фургал!» А что Фургал? Ну нормальный мужик. А почему тогда явка на выборах была такой низкой? Да, за него проголосовали 70 процентов. Но если ты народный губернатор, то и явка должна быть 70 процентов, а у нас во втором туре она составила около 40.

— Однако Фургал был одним из самых популярных губернаторов в России. Как это все соотносится?

— Просто у Фургала был хороший пиар, и он задал новый тренд. То, что сейчас называется «новой искренностью». Он просто общался с народом, от чего люди давно отвыкли. Отсюда и решение каких-то проблем, и много обещаний. Это была смесь популизма и очень сильной пиар-службы, которая практически все деньги тратила на продвижение образа Сергея Ивановича Фургала. Без сколько-нибудь серьезных экономических достижений. А при прежнем губернаторе отсутствовала коммуникация между властью и людьми, была стена отчуждения. Надо отдать должное Фургалу: он разбил эту стену. И люди поверили во власть, потому что их услышали, с ними стали честно разговаривать, а не отделывались отписками.

— Но у Фургала были и другие успехи: он и расходы чиновничьи сокращал, и оптимизацией занимался.

— А что это дало экономике? Даже председатель Законодательной Думы из ЛДПР говорит, что доходы бюджета уменьшились. Ведь Хабаровский край во многом живет за счет тех средств, которые поступают из федерального центра. На борьбу с коронавирусом, на поддержку детей и так далее деньги тоже из Москвы приходят. На то и живем.

«ВЫХОДИТЬ В ТОЛПУ И ТРАТИТЬ НА ЭТО ВРЕМЯ Я СМЫСЛА НЕ ВИЖУ. ЕСЛИ ТОЛЬКО ЕСТЬ БОЛЬШОЕ ЖЕЛАНИЕ БЫТЬ ОПЛЕВАННЫМ»
— А как бы вы оценили заход в регион Дегтярева? Почему он сразу не вышел к протестующим и не пообщался с ними, за что его сегодня многие критикуют?

— А может, это такая специальная тактика для того, чтобы еще больше разозлить и раздраконить толпу? Ну и пусть она злится и кипит. И почему он вообще должен к ней выходить? О чем договариваться? Есть группа людей, которые слышать ничего не хотят. К ним хоть кто выйди, они слушать не станут. Они будут кричать какие-то лозунги, ярлыки наклеивать, высмеивать. Как и на любом карнавале, где есть Петрушка. Ничего рационального в подобном нет. Все равно это будет разговор слепого с глухим. Люди делают себе имидж борцов за свободу и справедливость.

Наверное, нормальный диалог произойдет после того, как будет определен круг его участников. А выходить в толпу и тратить на это время я смысла не вижу. Если только есть большое желание быть оплеванным. Тем не менее у Дегтярева состоялся разговор с представителями политических партий, членами Общественной палаты. Коммуникации потихоньку начинают выстраиваться. А в воскресенье, 26 апреля, в 22:20 по возвращении из командировки у него все-таки произошла встреча с горожанами и журналистами, которые оставались после ежевечерней акции поддержки Сергея Фургала. Разговор был накоротке, врио губернатора предложил создать совещательный орган, в рамках которого можно обсуждать насущные проблемы региона и искать пути их решения.

— И все-таки очевидно, что в Хабаровске назначение Дегтярева расценили как неуважение и даже оскорбление.

— Протестная волна его не приняла, активисты восприняли в штыки. Может быть, у них была тайная мысль, чтобы он встал перед ними на колени? Может, они ждали, чтобы он сказал, что сделает все за возвращение Фургала, что покается за власть, Москву и все прочее? Да не будет этого! Дегтярев прекрасно понимает, что если он даст слабину, то не завоюет авторитета. В этом случае мне вспоминается фильм «Республика ШКИД», где был учитель, который, вместо того чтобы учить, пел песни на уроках. Его уволили, началась буза. А когда стали разбираться, что осталось в памяти от этого учителя, то, кроме как «не женитесь на курсистках», ничего не оказалось. Вот такого же клоуна сегодня хотят в Хабаровске, что ли?

«Есть группа людей, которые слышать ничего не хотят. К ним хоть кто выйди, они слушать не станут»

«ОТ ПРОШЛОГО НИКУДА НЕ ДЕНЕШЬСЯ, ОТ ЭТИХ ФОТОГРАФИЙ В БАНЕ… НО ИМИДЖ МОЖНО ПОПРАВИТЬ»

— Кстати, про клоуна. У Дегтярева довольно сомнительный бэкграунд, он известен анекдотичными инициативами и историями. Чего стоит хотя бы рассказ о том, как он прикрепил на холодильник рублевую купюру с крестами, после чего у него продукты портиться перестали. Разве это не насмешка и не плевок в сторону хабаровчан?

— А давайте вспомним, где начинал Дегтярев, — у Василия Якименко в «Идущих вместе». Потом был членом «Единой России», а затем перешел в ЛДПР. Почему? Лично у меня возникает целый ряд вопросов и серьезных подозрений. А может быть, он был туда специально направлен? Отсюда и эти предложения то Кремль покрасить в белый цвет, то доллар запретить. И все остальное.

— Хотите сказать, что Дегтярев мог быть засланным казачком из «Единой России» в ЛДПР?

— Это мои мысли вслух. Я не исключаю, что подобное было сделано для того, чтобы показать, что ЛДПР — партия идиотов. Может, Дегтярев специально в клоуна играет.

— Почему же тогда Жириновский его так приблизил?

— А чтобы при себе держать.

Конечно, от прошлого никуда не денешься, от этих фотографий в бане и всего прочего. Их уже не зачистишь. Но пусть лучше сейчас все выплеснут. Хотя большинству людей, скорее всего, это абсолютно безразлично. А имидж можно поправить, протест тоже рассосется. У нас начинается курортно-отпускной сезон, все поедут на моря, как у нас говорят. То есть на пляжи в районе Владивостока и Находки. Город опустеет. Группа недовольных, конечно, останется. Человек 200–300 будут продолжать выходить на улицу.

Но главное, что Дегтярев выдержал первый удар. Он уже принимает какие-то решение. На прошлой неделе полетел на севера, в Ванино и дальше. Потом у него будет большой выезд на побережье. Он хочет ознакомиться с проблемами людей. Не с тем, что выкрикивают на митингах, он это знает, а оценить реальную ситуацию в регионе, которую должен представить президенту.

Кроме того, Дегтярев сейчас зачищает наиболее одиозные фигуры, которые были в правительстве Фургала, избавляется от тех людей, кто руководил партийной машиной.

— А они разве не сами уходят?

— У нас с хлебных мест уходят только по предложению сверху. Понятно, что под белы рученьки их выводить не будут. Это уже признание «особых» заслуг. Сейчас они пишут заявления и вроде уходят сами, но на самом деле это происходит на добровольно-принудительной основе.

— А Дегтярева в крае восприняли как элдэпээровца или уже как назначенца Путина?

— Он себя позиционирует как представителя президента. И воспринимают его как так же. Не принимают тоже как представителя президента. То, что Дегтярев — представитель ЛДПР, людей абсолютно не трогает.

— Можно ли сказать, что после назначения ваш врио от ЛДПР сразу превратился опять в единоросса?

— В какого единоросса?

— Типичного.

— У нас их знаете сколько. Например, в бывшем составе краевой Законодательной Думы единороссы себе пенсии назначали по 180 тысяч. Жировали и ставили себя великими политическими деятелями, которые жизнь отдали за Хабаровский край, и поэтому их надо было вознаградить. Отсюда и ненависть к «Единой России». Но я знаю разных единороссов, элдэпээровцев и коммунистов: и богатых, и бедных, и фанатиков, и примкнувших. Поэтому нельзя говорить обобщенно.

«КТО-ТО ИЗ КУКЛОВОДОВ ДОСТАТОЧНО ЧЕТКО УПРАВЛЯЕТ ВСЕМИ ДЕЙСТВИЯМИ ДЕГТЯРЕВА»

— А насколько Дегтярев самостоятелен?

— Есть режиссеры, есть кукловоды. Идет хорошая игра. Кто-то из кукловодов достаточно четко управляет всеми действиями Дегтеряева. Он не один.

— Вы имеете в виду администрацию президента, Кремль?

— В Кремле много башен и подъездов. У Дегтярева есть хороший контакт и прямой диалог с премьером. Эта связка, конечно, для него плюс. Председатель правительства, помогая врио, решает свои вопросы на Дальнем Востоке, Дегтярев делает свою карьеру. Почему нет? Есть много сценариев.

— А кто будет разруливать кризисную ситуацию в регионе — силовики, Трутнев?

— Давайте посмотрим, кто будет назначен заместителем губернатора по внутренней политике, потому что Хабаровский край — единственный субъект, где эта должность вакантна. Пока Дегтярев отрабатывает направления, которые были выработаны в ходе ситуационного анализа после ареста Фургала. В общем-то, не ошиблись. Единственное, чего никто не знал, что так надолго затянут митинги.

— С митингами просчитались однозначно.

— Да, но остальные шаги и вся система взаимодействия с политическими акторами, региональными игроками выстраиваются неплохо. На помощь Дегтяреву из Москвы на днях прилетит сенатор [Елена] Грешнякова, она пользуется серьезным уважением в Хабаровске и не боится участия в политических действиях.

— Как вы оцениваете потенциал самого Дегтярева? Сможет ли он стать полноценным губернатором?

— В политической практике принято давать оценки после того, как пройдет 100 дней после назначения. Дегтяреву сейчас отведен месяц. Более четкая картинка будет к сентябрю, когда он поедет в Москву докладывать о первых своих результатах президенту. Он сам об этом сказал. Тогда будет ясен и расклад федеральных и региональных игроков в Хабаровском крае.

Но приезд Дегтярева в Хабаровский край был подготовлен, и он знает, как примерно себя вести и что делать. Не все у него пока получается. В силу, может быть, отсутствия опыта общения с подобной публикой. Но он четко идет своим курсом. Если Дегтярев сможет что-то сделать для региона, из него вырастет хороший политический лидер.

«ПОЧЕМУ-ТО НЕ НАЗНАЧИЛИ В ХАБАРОВСКИЙ КРАЙ ИГОРЯ ЛЕБЕДЕВА. ХОТЯ ЭТО БЫЛО БЫ КРАСИВО: ВОЖДЬ ЛДПР СЫНА РОДНОГО В ЗАЛОЖНИКИ ОТДАЕТ!»

— Дотянет ли он до выборов губернаторских? Пойдет ли на них? Или он все-таки временщик?

— Многое будет зависеть от тех политических процессов, которые сейчас происходят в Москве и глубины которых мы пока не знаем, насколько там сумеют договориться.

Важно, конечно, и то, как выстроит отношения с Москвой и людьми в крае сам Дегтярев. На Дальнем Востоке такая специфика, что за слова надо отвечать. Если он выстроит более-менее нормальные отношения, если сможет реализовать определенные шаги, которые, как мы знаем, ему рекомендованы, тогда все получится.

— А какие шаги рекомендованы?

— Допустим, у нас есть целый микрорайон 10-этажных домов, готовых к заселению. Но, поскольку счета арестованы, дома стоят уже четвертый год и начинают приходить в негодность. Если предпринять какие-то шаги и отдать это жилье бесквартирным, людям, которые живут в бараках, сиротам и прочим, можно будет потихоньку готовить себе определенную базу под выборы. Не рассчитывая, конечно, что за тебя 90 процентов проголосуют, но 52–53 процента можно будет получить и повести за собой пусть не подавляющее большинство, а все-таки значительную часть тех людей, которые поверят ему.

— То есть Дегтярев может оседлать популистскую волну?

— Да, но подкрепив ее делами.

— Теперь еще и деньги от федерального центра придут, о чем Дегтярев уже сообщил.

— Да, и люди будут брать эти деньги, но все равно станут говорить, что Москва плохая. Особенно те, кто в штыки воспринимает Дегтярева. Чтобы преодолеть огульное и всеобъемлющее неприятие врио, нужно время. Но все равно останется часть людей, которые никогда и ни за что за ним не пойдут. А задача Дегтярева сделать так, чтобы группа тех, кто против него, осталась в меньшинстве.

— А если у Дегтярева все-таки не получится, чья это будет проблема — ЛДПР или администрации президента?

— Это будет проблема ЛДПР, поскольку Жириновский сам настаивал на данной кандидатуре. Посмотрим. Кстати, возможно, что в партии есть заинтересованные и в дискредитации Дегтярева, как и Фургала. Почему-то же не назначили в Хабаровский край Игоря Лебедева. Хотя это было бы красиво: вождь ЛДПР сына родного в заложники отдает! Почему Жириновский его не отправил сюда? Ведь можно было. Лебедев прошел бы хорошую школу регионального руководителя и потом ему сам бог велел бы возглавить ЛДПР.

— А разве фиаско Дегтярева не будет означать, что это прокол администрации президента?

— Ну мы же не знаем, что будет через месяц, а вдруг это станет победой? Вдруг Хабаровский край заживет и расцветет? Надо ждать результата. Поэтому до сентября 2021 года Дегтярев будет работать, если не случится чего-то сверхъестественного. А пойдет ли он на выборы, мы точно пока не знаем. Все будет зависеть от того, каких успехов он достигнет.

«ЭТО ЧЕТКАЯ БОРЬБА, НАПРАВЛЕННАЯ ПРОТИВ ТРУТНЕВА, КОТОРЫЙ НАЧАЛ УВЕЛИЧИВАТЬ СВОЙ ВЕС»

— На карьере Трутнева хабаровский кризис как-то отразится? Это же и его провал.

— Конечно, отразится. На Трутнева сейчас идет накат, и неслучайно, что к нему подключился и Навальный. Сейчас многое завязано на Дальний Восток. А то, что происходит в Хабаровском крае, — это четкая борьба, направленная против Трутнева, который начал увеличивать свой вес, в том числе аппаратный. Если раньше у него был только Дальневосточный федеральный округ, то сейчас вся Арктика и Северный Кавказ. А не слишком ли много, как может кто-то посчитать?

Внутри Садового кольца идет серьезная борьба за власть. Также и за то, кто будет вести все партийное пространство к выборам 2021 года и кому будет поручено заниматься выборами 2024-го.

— Вы имеете в виду, что кто-то будет вместо Кириенко?

— И это тоже возможно.

— Хотите сказать, что Кириенко может не пережить парламентских выборов?

— Пока ему ничего не грозит, но хабаровская история на нем тоже может отразиться. Будет ли она провалом внутренней политики администрации президента или нет, от этого зависит политическое будущее отдельных игроков, включая Кириенко и членов его команды.

— А допускаете ли вы, что в случае чего на позицию Кириенко может вернуться Володин, которому, скорее всего, не быть спикером в следующем составе Госдумы?

— Нет, битыми картами не играют. Здесь появятся новые игроки, и они уже на подходе.

«Я НЕ ЗНАЮ, КАКИЕ ЕЩЕ СУБЪЕКТЫ ФЕДЕРАЦИИ МОГУТ ПОСТУПИТЬ СЕГОДНЯ ТАК ЖЕ, КАК ХАБАРОВЧАНЕ. НУ ЗА КАДЫРОВА ВЫЙДУТ. МОЖЕТ БЫТЬ, ЕЩЕ В ТАТАРСТАНЕ»

— Какова опасность «фургализации» всей страны или хотя бы Дальнего Востока? В Приморье, например, был митинг в поддержку хабаровчан. Возможна ли трансляция хабаровского протеста на другие регионы?

— Вряд ли. В каждом субъекте все по-своему, все уникальны, и нет общего лекала. Вот Жириновский говорил о «хабаровизации» всей страны и в первые дни после победы Сергея Ивановича Фургала, и потом. «Фургализация» — это что?

Я не знаю, какие еще субъекты Федерации могут поступить сегодня так же, как хабаровчане. Ну за Кадырова выйдут. Может быть, еще в Татарстане, если Минниханова вот так же, не приведи господи, увезут в Москву, хотя до конца я не уверен.

Но появляются достаточно знаковые фигуры и в других регионах, вокруг них создается какой-то миф. Я не знаю, что будет, допустим, в Якутии. Если Сардану Авксентьеву, мэра Якутска, попробуют арестовать или что-то еще, как выстрелит Якутия? А Сардана во многом такая же, как и Фургал. Она для Якутии значит то же, что Фургал для Хабаровского края. Не Айсен Николаев, президент республики, а именно Сардана.

Дальневосточники вообще специфическая публика. Даже сибиряки — это одно, а мы совсем другое. У нас разный менталитет. Иногда начинается злоупотребление своей самобытностью. Вот, мол, мы здесь живем в очень тяжелых условиях, вдали от цивилизации, противостоим всяким нерусским, так скажем, и поэтому мы должны иметь какие-то преференции. Центр нам обязан их давать, что он и делал всегда. Это и дальневосточные надбавки, и субсидии на авиаперелеты, и прочее.

А в Хабаровском крае сейчас проявляется уязвленное самолюбие, обида, подогретые тяжелой экономической ситуацией и психологической нестабильностью после самоизоляции. И проблема не в Фургале, а в отношениях федерального центра с регионами Дальнего Востока. Это показали и выборы в 2018 году. И не только у нас, в том же Владивостоке. Сейчас очень интересно будет посмотреть за результатами выборов на Камчатке и в Еврейской автономии — сложился протест в этих регионах или нет.

— А сейчас оценить это сложно?

— Пока очень трудно, хотя уже понятно, что ЛДПР не будет участвовать в выборах в Еврейской автономии. Идет размен фигурами. То, что Дегтярев направлен в Хабаровский край, за это придется что-то отдать. Пока неизвестно, какое решение будет принято по Камчатке, но в Еврейской области все уже ясно.

— Насколько все-таки хабаровский кризис показателен в плане отношений центра и регионов в целом?

— Это показатель того, что многие проблемы, связанные с отношениями центра и регионов, находятся в достаточно тяжелом состоянии. Прежде всего речь идет об асимметричной Федерации: у нас все регионы равны, но некоторые равнее. Это не только Москва, но и ряд национальных республик — здесь тоже все неоднозначно. Много нерешенных вопросов, связанных с межбюджетными отношениями. Конституцию поправили, а федеративный договор как составная ее часть почему-то остался в стороне.

Не знаю, случайно это или нет, какие и где произошли тектонические сдвиги, но многие интересы переплелись в Хабаровском крае. Наш регион, с одной стороны, стал полигоном, на котором начинается всеобщая зачистка и декриминализация. А с другой — будет апробироваться новая модель выстраивания отношений между регионами и центром. Возможно, начнется обкатка какой-то структуры будущей партии регионов. То, что было в свое время с «Отечеством», которое создавали Лужков, Шаймиев, Тулеев, и против которых пошел федеральный центр с «Единством» во главе с Шойгу. Сейчас мы начинаем подходить к таким же процессам. Не исключено, что идет разработка новых вариантов межрегиональной партии для того, чтобы провести своих губернаторов и потом их вывести на Госсовет. Таким образом идет отработка моделей, заложенных в новых поправках в Конституцию.

«ВЛАСТЬ ДОЛЖНА СДЕЛАТЬ ВЫВОДЫ: ЕСЛИ ОНА НЕ УМЕЕТ ЗАЩИЩАТЬСЯ, ТО ТОГДА ОСТАНЕТСЯ БЕЗ ВЛАСТИ»

— Значит, начинается новая зачистка и иная реальность?

— Да, начинается переформатирование политического пространства, зачистка бомонда и создание нового истеблишмента.

Смотрите, на высоком уровне говорят о том, что мы слишком много вкладывали в институты развития. А кто у нас их представляет? Чубайс, Греф и все прочие. Люди же понимают, о ком речь идет. А почему не может быть обратной реакции со стороны институтов развития? Мы не можем говорить, что у нас все зацементировано, после принятия поправок в Конституцию все пришло в движение.

Идет очень серьезная схватка за то, кто будет в ближайшем окружении президента и кто станет решать судьбы России.

— На каком уровне?

— На уровне Госсовета, на уровне подготовки к президентским выборам. Потому что никто еще не сказал, что президент будет участвовать в выборах 2024 года. Это подразумевается, но президент не сказал об этом. А тут что может быть? Возможно, президент скажет: «Извините, я устал». И кто пойдет? Здесь нужен очень сильный вес. Надо также учитывать, что те, кого мы называем олигархами, и кто связан с государственным бизнесом типа Миллера и всех прочих, проиграли схватку на рынке газа и нефти. Проиграли все, а игроков слишком много. У всех стран, связанных с продажей нефти и газа, резко упали доходы бюджета. И мы не исключение. Поэтому надо искать новые источники дохода. Сейчас на первые позиции могут выйти те, кто торгует зерном или золотом. А золото где? Здесь, у нас, на Дальнем Востоке. И цирконий, и редкоземельные металлы, и много чего. Вообще, на Дальнем Востоке замыкаются многие геополитические вопросы.

Но весь вопрос в том, кто станет рядом с президентом. Здесь уже не просто локтями толкаться будут.

— Кстати, одним из бенефициаров хабаровской истории называют Сечина…

— У нас много кого называют. Например, увидели газету, и начинаются речевки. Допустим, прочитали материал в «Новой газете», как «Амурсталь» отбирали у Фургала, мол, олигархи хотят захватить Дальний Восток. И все, «Долой Ротенбергов!» А каким боком тут Ротенберги? Они ни сном ни духом. К «Амурстали» Ротенберги никакого отношения не имеют. Она им по большому счету не нужна, но идет информационная битва. И чем больше вымазанных, поставленных в ситуацию оправдывания, тем лучше.

Сейчас должна последовать реакция Москвы.

— На уровне кого? Путина ждут?

— Нет-нет-нет.

— А кого?

— Может быть, кого-то из окружения премьера. Здесь уже Новак был, порешали вопросы по энергетике. Возможно, еще кто-то приедет, только не партийные: с ними сейчас тяжело идет диалог. А вообще, сегодняшняя ситуация в Хабаровском крае во многом напоминает июльские события 1917 года, когда было безвластье. И чем они закончилось? Октябрьской революцией.

— Революцию предвещаете?

— Не предвещаю. Но власть должна сделать выводы: если она не умеет защищаться, то тогда останется без власти.

Опубликовано: 27 июля 2020

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}