Технологии Андрей Мирошниченко rbc.ru

Свобода мема: по кому ударят новые нормы ЕС по защите авторского права

Если Евросоюз обяжет интернет-платформы установить фильтры, не дающие публиковать защищенный копирайтом контент, борьба за авторские права превратится в цензуру роботов.

Комитет по правовым вопросам Европарламента в конце июня одобрил проект директивы об авторском праве, самыми спорными и обсуждаемыми в которой оказались две статьи — о «налоге на ссылки» и контент-фильтрах.

Ст. 11 директивы, которую назвали «налог на ссылки» (link tax), обязывает интернет-платформы заключить лицензионные соглашения с издателями и платить им отчисления за ссылки на их контент. Основная идея — заставить платформы делиться выручкой с производителями контента, прежде всего СМИ.

Ст. 13 обязывает все онлайн-платформы установить фильтры, которые будут следить, чтобы пользователи не нарушали ничьих авторских прав при публикации контента. Похожий механизм существует сейчас в YouTube: если в ролике есть несколько аккордов чужой песни, его блокируют. Ст. 13 распространяет такие правила, по сути, на весь интернет (для пользователей из Европы).

На сессии Европарламента директива будет обсуждаться, предположительно, зимой. Если депутаты ее примут, то уже в 2019 году привычный нам интернет может сильно измениться.

Боты против мемов

Начнем с главного — с мемов. В случае принятия поправок роботы должны будут автоматически удалять любой пост, в котором неправомерно используется контент, защищенный копирайтом. Например, фото, рисунок или кадр из фильма.

Учитывая масштаб и разнообразие публикуемого контента, можно сразу признать, что тонкая настройка фильтров, при которой они смогут отличать, скажем, цитату от пиратства, невозможна. Понадобится постоянно обновлять базы защищенных объектов интеллектуальной собственности, а это огромные объемы информации, часто противоречивой. Как с этим справятся маленькие интернет-платформы — непонятно. Объем усилий по исполнению закона превысит объемы их собственной деятельности.

Даже YouTube с его очень умными алгоритмами нередко ошибается. Например, YouTube удалил ролик, в котором парень рвет себе луговую травку на салат. В ролике слышно, как на лугу чирикают птички. У алгоритма в базе авторских произведений оказалась песня, в которой птички чирикают примерно так же, и он распознал нарушение авторских прав. Видимо, птичьих. В другом случае патрульный бот YouTube прервал онлайн-трансляцию с конференции, потому что участники вздумали поздравить коллегу с днем рождения и запели Happy Birthday, которая, по мнению робота, является собственностью Warner Music.

В этих случаях все посмеялись и разобрались (хотя трансляцию конференции уже не вернешь), но, когда патрульный бот будет проверять все посты и блокировать тысячи или миллионы из них за безобидную прежде «гифку» или скриншот, станет не до смеха. А потом он еще введет социальные рейтинги для «злостных нарушителей» авторских прав… А ведь мемы ведь как раз и построены на вторичном использовании легко узнаваемых, чаще всего визуальных образов поп-культуры. А если поправки будут приняты, система уже не пропустит веселую картинку «Ну давай, расскажи мне…» с тем улыбчивым актером в цилиндре из «Вилли Вонка и шоколадной фабрики» или знаменитый фейспалм капитана «Интерпрайза» из «Стар Трека».

Под угрозой вымирания окажется также пародия, которая просто технически построена на использовании чужого материала. В США казусы уже были. Один фельетонист с правого фланга написал заметку о том, что «CNN купила машину для отмывки фактов», спародировав fake news, а Facebook перекрыл выдачу заметки, потому что она… fake news. CNN ведь не покупала такой машины, как донесли доблестные фактчекеры. Алармисты подозревают, что созданные для защиты копирайта патрульные боты легко могут быть перепрофилированы на политический надзор за контентом. Петиция против поправок на change.org называется «Остановите машину цензуры — спасите интернет!»

Ст. 11 менее катастрофична, но способна нанести удар как раз по тем, кого она призвана защитить — по издателям СМИ. Интернет-платформы должны будут заключать лицензионные договоры с крупными издателями и выплачивать им лицензионные вознаграждения. Может сложиться ситуация, в которой платформы будут заинтересованы в сокращении выдачи контента лицензиатов, чтобы меньше им платить. В результате издатели лишатся дистрибуции. Мелкие издатели попадают в особую группу риска: платформы не станут возиться с заключением соглашений с ними, а их контент попросту забанят, чтобы не пойти «по статье о мемах».

Почему они это делают

Представление о ценности интернета с момента его возникновения сильно изменилось. На заре, в 1990-х, интернет воспринимался как огромная библиотека, каталог всех знаний. В 2000-х, после распространения соцсетей, — как глобальное пространство общения. В конце 2010-х — как угроза. На Западе и на Востоке, в авторитарных и свободных странах многие видят в интернете угрозу карьере и психологическому здоровью, а также политическому и моральному благополучию общества.

Желание правительств регулировать интернет понятно. После победы Трампа и Brexit оно распространилось даже в либеральных демократиях. Но и рядовые пользователи, раздраженные потоком fake news, тоже не против ограничений. В результате у власти возник консенсус с обществом.

Таков глобальный фон, но есть и местная специфика. Европейская директива об авторских правах явно направлена против Facebook и Google. Готовившая ее Еврокомиссия, похоже, воспринимает весь интернет как вотчину этой дуополии (что, впрочем, недалеко от истины).

Два интернет-гиганта после победы Трампа испытывают проблемы и в США. Но в США это крупный бизнес, к тому же свой, там с ним обращаются аккуратно. В Европе же особый счет и к Америке, и к американскому бизнесу, и к американскому культурному влиянию. Европейцы уже ввели в мае строгое регулирование в сфере использования частных данных, вменив интернет-платформам дополнительные обязанности и расходы. Европейские страны не стесняются применять к интернет-гигантам антимонопольные штрафы или обязывать, например, Google платить местным издателям. Так что в социалистической Европе решимость вводить госрегулирование интернета куда более сильное, чем в неолиберальной Америке.

Дополнительный мотив: обычно это американские регуляторы заставляют весь мир плясать под свою дудку. Теперь же и европейские законодатели могут ощутить сладость власти над американцами.

Чем все закончится

Более 70 пионеров интернета, включая создателя Всемирной паутины Тима Бернерса-Ли, направили в Европарламент письмо, в котором заявляют, что планы евровластей представляют непосредственную угрозу будущему интернета. «Требуя от интернет-платформ ввести автоматическую фильтрацию контента, который загружают пользователи, ст. 13 делает беспрецедентный шаг в сторону превращения интернета из открытой платформы для обмена и инноваций в инструмент автоматической слежки и контроля», — пишут отцы-основатели. Они также указывают, что превентивное алгоритмическое ограничение публикаций нарушает Европейскую хартию фундаментальных прав и вообще-то это цензура.

Рядовых пользователей интернета в большей степени интересует, конечно, свобода мемов. Какова их правовая и экономическая суть? Использование чужого исходника — часто необходимое условие «апроприации» смысла. Авторы и распространители мемов не только умножают собственный социальный капитал, но и создают общественно значимый продукт. Ведь мемы — не просто хохмы. Это форма общественной карнавальной рефлексии по поводу важных тем и событий. Культурная ценность мема явно превышает гипотетический вред пиратства в процессе его изготовления. И наоборот — тупое применение антипиратской морали в этом случае убивает куда более значимый культурный феномен.

Но как донести эти сложные идеи до алгоритмов и тем более до еврозаконодателей? Формально-то микропиратский акт при изготовлении и распространении мема чаще всего присутствует. Столкнувшись с валом критики по поводу мемов, Еврокомиссия выпустила разъяснение, в котором утверждает, что в законодательстве об авторском праве есть исключение для пародий, а новые поправки, наоборот, даже вводят механизм оспаривания неоправданной блокировки пародий. Но это только подтверждает: блокировки будут. И насколько надо не понимать природу Сети, чтобы одной рукой вводить систему с автоматической блокировкой, а другой — предлагать юзерам механизмы оспаривания этой блокировки в конкретных случаях? Достаточно представить себе видеоряд мемов с поющей Бейонсе, чтобы понять, какая интересная будет работа у чиновников, рассматривающих жалобы на незаконную блокировку.

Как обычно бывает с абсурдными законопроектами в цивилизованных странах, общественное возмущение влияет на законодателей. Надежда связана еще и с тем, что следующей весной у евродепутатов перевыборы, и может быть, они поостерегутся идти против общественного давления. Но пока признаков такого отката не заметно. Наоборот, комментаторы пишут, что законопроект направлен в закрытые комиссии с участием стран — членов ЕС, а после этой процедуры документы обычно легко проходят голосование. Кроме того, уже появились поправки к поправкам, выводящие из-под действия фильтров онлайн-энциклопедии — речь явно идет о Wikipedia, которой при буквальном понимании поправок грозит опасность. То есть законодатели пытаются улучшить проект, но это значит, что они все-таки намерены поддержать его.

Какими будут последствия для российских пользователей? Если дух и буква новых норм останутся теми же, то интересные перспективы открываются для локальных сетей — «ВКонтакте» и «Одноклассники». Возможно, для европейского регулирования они окажутся в серой зоне. Российские соцсети могут, например, пожертвовать европейской аудиторией, но сохранить свободу для отечественных пользователей интернета. Как бы удивительно это ни звучало.

 

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}