Технологии rfi.fr

Le Monde: «Тролли из холодных краев»

Последняя серия цикла Le Monde об «информационных войнах Кремля» была опубликована в пятницу, 17 марта, и была посвящена «фабрикам троллей», которые в течение нескольких лет были активны в Сети, хотя в последнее время, в частности в 2016 году, стали куда менее заметны.

россия,сша,троллинг,тролли,информационная война,интернет

Троллинг – участие в дискуссиях в Сети, в комментариях к статьям в СМИ или публикациям обычных пользователей, зачастую из-под аккаунтов с ложными именами, пытаясь навязать собеседникам свою точку зрения, спровоцировать между ними споры и конфликты или вовсе сорвать дискуссию. По мнению Le Monde, троллинг является третьим инструментом информационной стратегии Кремля, помимо хакерских атак и пропаганды.
Журналист Le Monde пообщался с двумя российскими журналистами: Алексеем Ковалевым, основателем сайта «Лапшеснималочная», и с Александрой Гармажаповой, журналисткой «Новой Газеты» в Санкт-Петербурге, автором известной статьи про «фабрику троллей» в Ольгино, написанной ей после собеседования и нескольких дней работы там. Они рассказали газете Le Monde о том, как троллинг был поставлен в России на поток: хотя само по себе явление не является ни исключительно российским, ни новым, его организованная форма уже несколько лет вызывает беспокойство на Западе. В Европе о «российских троллях» заговорили после «Евромайдана» в 2013 году в Киеве и начала конфликта на востоке Украины. Тогда тролли активно комментировали на западных ресурсах действия украинской армии или дело о сбитом на Донбассе Боинге малайзийских авиалиний.

Само по себе явление «организованного троллинга» не является новым, объясняет Ковалев, первые ростки появились еще в 2004 году. Тогда, после «оранжевой революции» в Киеве, власти в Кремле обеспокоились возможными протестами у себя дома и, опасаясь роста протестных настроений, взялись за создание молодежных движений, задачей которых было бы выйти при необходимости на улицы. Так появилось движение «Наши», которое хотя и просуществовало относительно недолго, стало своего рода лабораторией. Двое из его руководителей, Руслан Гаттаров и Владимир Бурматов, были замечены в активном троллинге в «Живом Журнале», самой популярной платформе в России в то время.

В протестном 2012 году группа хакеров под названием «Шалтай-Болтай» опубликовала взломанную ими переписку руководителей молодежных движений, в которой обсуждался найм «троллей». Их задачей было не столько защищать линию Кремля, сколько срывать любые обсуждения, полагавшийся им гонорар составлял 85 рублей за комментарий.

Сам Ковалев впервые всерьез заинтересовался вопросом, когда учился в Англии. Он рассказывает, как услышал по радио «Вести ФМ» репортаж о «шариатских патрулях» в Лондоне, в то время как сам он жил рядом с главной мечетью и никогда ничего подобного не замечал.

В 2015 году, вернувшись в Россию, он основал свой сайт «Лапшеснималчная», посвященный «фейковым новостям» в СМИ. Что касается троллей, он рассказал Le Monde о том, как исследуя антиоппозиционные комментарии, массово появившиеся в Твиттере после «Марша Немцова», вышел на предполагаемую сеть ботов, публикующих одинаковые комментарии. По его гипотезе, они управляются из организации, специально нанятой для этой цели мэрией Москвы – от которой даже получил предложение о работе на должности «комьюнити-менеджер по работе с нелояльной аудиторией». Устройство на работу у Ковалева, правда, сорвалось, поскольку в организации его вычислили.

Несколькими же годами ранее, напоминает Le Monde, его коллеге удалось внедриться в подобную организацию: Анна Гармажапова, работающая в редакции «Новой газеты» в Санкт-Петербурге, написала об этом статью «Где живут тролли. И кто их кормит». Еще в 2013 году она откликнулась на объявление о поиске авторов комментариев в интернете на зарплату около 450 евро. Ее пригласили на собеседование в «Агентство интернет-расследований», где объяснили, что от сотрудников требуется писать около 100 комментариев в день от имени определенного персонажа на заданные темы – правительство в Киеве, антироссийские санкции, администрация Барака Обамы или Евросоюз, и т.п. Находился офис организации в пригороде Петербурга Ольгино, что с тех пор стало именем нарицательным.

Однако в 2015 году офисов агентства ни в Ольгино, ни в других местах, куда оно переезжало, уже не существовало. В частности, журналист The New York Times пытался провести расследование, по результатам которого была написана заметка под названием «The Agency», однако от фабрики к тому моменту не осталось и следа.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}