Пазлы debri-dv.com

Семейный альбом рода Чайки. Два генпрокурора, бывший и нынешний, родом из одного города

О том, что бывший и нынешний генпрокуроры родом из Николаевска-на-Амуре узнал на теплоходе, отправившись вниз по Амуру в очередную командировку. Местная жительница, которая приезжала в Хабаровск за покупками, выложила как на духу: «Устинов правда не долго у нас жил, он здесь родился, а через два года его родителей перевели на другое место работы, в западную часть России. А вот Чайка - и родился, и вырос, и школу окончил, и в армию пошел в Николаевске. Да вы можете и сами все расспросить у его родственников, у него же брат с сестрой тут живут…».

Мы без труда нашли семью Чайки: Эдуарда Яковлевича и Светлану Яковлевну. Созвонились и напросились в гости. Правда в последний момент, Светлана Чайка приболела, и не смогла нас встретить, зато ее брат, не только рассказал, но и показал семейный альбом рода Чайки.

…На столе фотография, датированная 8 октября 1953 годом. «Прочтите на обороте, а потом переверните и вам сразу будет понятно, кто изображен на картинке», - говорит Эдуард Яковлевич.

Читаю: «Светланочка! На долгую и добрую память тебе фото от братиков – твоего маленького братишки Юрчика и от меня…». Переворачиваю…

- Здесь я почти взрослый, мне исполнилось тринадцать лет, - говорит Эдуард Чайка. Мы пошли с Юрой в фотоателье, чтобы обменяться фотографиями с сестрами. Я подарил карточку Свете, а Юра – Люде. Тогда было модно собирать свои фотоальбомы. Из моего альбома сохранилась лишь одна эта фотография.

- Родители наши приехали в Николаевск-на-Амуре после окончания педагогического института из Благовещенска, - рассказывает старший брат Эдуард Чайка. - Отец, Яков Михайлович стал директором ремесленного училища, затем пошел по партийной линии, несколько лет проработал на судостроительном заводе. А мама, Мария Ивановна – всю жизнь проработала учительницей…

Родители воспитали четверо детей: двух братьев - Эдуарда и Юрия, и двух сестер - Светлану и Людмилу. Девочки родились в Благовещенске, а мальчики уже в Николаевске: Эдуард в сороковом году, Юрий в пятьдесят первом…

- Учился Юра неплохо, не хулиганил, был правильным мальчиком, - продолжает рассказ Эдуард Чайка. - После окончания школы поехал в Комсомольск-на-Амуре, где поступил в политехнический институт по специальности кораблестроение. Но видно предмет ему пришелся не по душе, и через два года он вернулся в Николаевск. Устроился к отцу на судостроительный завод электриком, отсюда ушел в армию. И уже после службы, поехал в Свердловск и поступил в юридический институт. Так началась его карьера.

Теперь генпрокурор РФ Юрий Чайка, а ранее министр юстиции, приезжает в Николаевск – в отпуск.

По словам брата Эдуарда, раз в два года Юра обязательно бывает в родных краях.

- А как же: отдохнуть, повидаться с родными, сходить на поклон к могилкам родителей, - говорит брат.

- А когда он приезжает, у кого останавливается? – спрашиваю.

- Он живет в гостинице, стеснять нас не хочет, - смеется Эдуард Яковлевич. - А потом видно по статусу ему не положено. Мы не обижаемся…

- Расскажите, как встречаете родного брата?

- Когда Юра в Николаевск собирается приехать, то чиновники звонят и спрашивают у меня: как готовиться, что делать. Я им говорю: бросьте вы эти приготовления, он едет ко мне, а не к вам. Ну посидим с ним за столом, поговорим, вспомним годы молодые. Из еды – он любит все самое обычное – что есть на столе. Он неизбалованный. Красную икру и рыбу, чем славится район, – не любит.

- Как он здесь отдыхает?

- Да если честно, то отдохнуть ему и не дают. Он то свои службы проверяет, то разные чиновники его донимают с просьбами. Юра нам помог храм построить, школу отремонтировать, а когда деньги на судостроительном заводе задерживали, то посодействовал, и зарплата рабочим стала вовремя выплачиваться. Правда, было это недолго.

- А брат вас звал в Москву?

- Звал. Поначалу. Но что мы там будем делать? Всю жизнь прожили на Дальнем Востоке, уже приросли. Я сам то в Москве был всего один раз в прошлом году. Юра приглашал в гости. Шумно там, народу много, цены на продукты большие. Мне не понравилось.

- А как сложилась ваша судьба и еще двух сестер?

- После школы, я четыре года служил в армии, потом закончил судостроительный техникум, отработал сорок с лишним лет на судостроительном заводе. Специальность называлась: старший строитель военных кораблей. Недавно уволился. Завод обанкротился, работы для меня там нет …

Моя сестра Светлана – сейчас на пенсии, всю жизнь проработала в Николаевской школе учителем химии и биологии. Живет на соседней улице. Другая сестра - Людмила - закончила благовещенский сельхозинститут, переехала в Приморье, в Хорольском районе в совхозе была агрономом, потом главным экономистом района, откуда и ушла на пенсию.

- Как узнали, что Юрий Чайка стал генпрокурором?

- А он сам позвонил, сказал, что президент предложил ему должность. Я ему говорю: коль тебе доверяют, надо идти. Когда ему предлагали должность министра юстиции, он тоже нам первым позвонил, рассказал, спросил совета. Мы перезваниваемся с ним почти каждую неделю. Он всегда звонит.

- Как реагируют на вашу фамилию?

- Фамилией своей я не пользуюсь. У нас в семье так повелось и родители нам говорили, что надо быть скромными и честными людьми. Вот мы такими все и выросли.

 

-------------------------------------------------------------

Архив:

За какие заслуги Юрий Чайка сел в кресло №1 российской юстиции?

Люди, знакомые с послужным списком бывшего прокурора Иркутской области, недоумевают

Байкальская Открытая газета, 28.09.1999

Виктор Юрьев

Наверное, одним из последних документов, который подписал Юрий Чайка перед тем, как уйти из Генпрокуратуры на должность министра юстиции, было информационное письмо № 28-18/452-99 «О положительном опыте специализированных подразделений по раскрытию убийств и иных особо тяжких преступлений против жизни и здоровья Иркутской области» (орфография и пунктуация документа сохранены – такие вот перлы грамотности…). В этом документе, адресованном всем прокурорам субъектов РФ, военным прокурорам и т.д., предлагается перенимать опыт Иркутской области в расследовании тяжких преступлений.

Конечно, если не знать «оперативной обстановки» в Восточной Сибири, то, прочитавши сию бумагу, можно предположить, что в Иркутской области вот-вот с преступностью будет покончено. Так ли это?

В послании и.о. Генерального прокурора затронута деятельность лишь одного подразделения по расследованию «особо тяжких», в которое входят, помимо одиннадцати следователей прокуратуры, прокурор-криминалист и 19 сотрудников службы криминальной милиции. Это не считая того, что по любому «тяжкому», кроме того, работают (выполняя большую часть черновой работы) работники территориальных подразделений – попросту говоря, райотделов милиции, а когда надо, подключаются еще и РУБОП или ФСБ.

Стоит ли говорить о том, что это спецподразделение как нельзя более обласкано – имеет отдельное помещение, закрепленный транспорт, у каждого следователя – отдельный кабинет, персональный компьютер и прочая оргтехника. Технико-криминалистическое сопровождение осуществляет закрепленный за подразделением сотрудник экспертно-криминалистического отдела, для работы которого оборудован специальный кабинет со всем необходимым оснащением. Налажен доступ по модемной связи в информационную сеть областного управления внутренних дел, в том числе для оперативных проверок по автоматизированной дактилоскопической информационной системе «Папилон», другим справочным и розыскным учетам. Обеспечена охрана здания. Можно понять тех милиционеров, которые служат не в подобных «спецах», а в обычных райотделах – им бы такое обеспечение! Но оперативные работники в основном компьютеров не видят (правда, в кабинетах иных начальников их по паре штук бывает). В кабинетах сидят по трое-четверо – это в областном центре, а что на периферии творится, лучше о том не говорить.

Если брать цифры реальные, а не для показухи выведенные, то в Иркутской области с начала нынешнего года зафиксировано 37 600 преступлений, что на 23 процента больше, чем в прошлом году. Особенно резкий рост как раз тяжких преступлений – почти на тридцать процентов, а число разбоев и грабежей подскочило на все 40. По росту бандитизма на 125 % Приангарье обгоняет общероссийские показатели. Растет число похищений людей: за весь 1998 год было 36 случаев, а только за шесть месяцев этого года – уже 33. Правда, стали меньше угонять автомобили – снижение аж на три процента! «Резвятся» и малолетние преступники: 2222 преступления совершены несовершеннолетними. Не все в порядке и в самих правоохранительных органах: за полгода против сотрудников милиции возбуждено около 100 уголовных дел. По данным аналитиков, 30 % сотрудников милиции обеспечивают «крышу» коммерческим структурам. Участковые инспектора «держат» коммерческие киоски, оперативники защищают ООО и АО, а их начальство присматривает за банковскими структурами. О какой борьбе с преступностью можно говорить, если, по данным Российской Академии наук, «55 процентов акций, имеющих право голоса, было передано во время приватизации в руки иностранного и отечественного преступного капитала». Между тем, в Иркутской области нет до сих пор ни одного уголовного дела о незаконной приватизации. Хотя средства массовой информации уже устали твердить об этой проблеме. Конечно, сейчас «братва» стала другой, исчезли малиновые пиджаки и бритые затылки. В большинстве случаев бандиты стараются выглядеть респектабельными, являясь членами «закрытых» клубов, в том числе на Западе, отправляя своих детей в дорогостоящие частные школы. Двадцать процентов учащихся одного швейцарского колледжа, стоимость обучения в котором 75 000 долларов в год – русские, среди которых есть и иркутяне. Но настоящие – «отмороженные» - бандиты все равно остались. В Восточно-Сибирском регионе за истекшие полгода пресечена деятельность 25 бандитских групп и 7 преступных сообществ, которые совершили 390 преступлений, в том числе 38 убийств. В области к уголовной ответственности привлечены члены 9 бандформирований, совершившие 89 тяжких преступлений. Вот фон, на котором бывший иркутский прокурор и бывший и.о. Генпрокурора, ныне благополучно перебравшийся в кресло министра юстиции, предлагает перенимать здешний «позитивный опыт».

 

Возможно, Чайка действует по привычному для себя шаблону?

 

Родился Юрий Яковлевич в 1951 году в Николаевске-на-Амуре Хабаровского края, в семье секретаря горкома КПСС. Успешно окончил 10 классов, отслужил в армии, учился в Свердловском юридическом институте вместе с Юрием Ильичем Скуратовым. По получении диплома в 1976 году по распределению направлен следователем в Усть-Удинский райотдел Иркутской области. В начале 1980 года (оцените темпы роста!) становится прокурором Тайшетской транспортной прокуратуры, через четыре года он уже начальник следственного отдела Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры, еще полтора года – и Юрий Яковлевич инструктор отдела административных органов Иркутского обкома КПСС. В конце 1986 года получает новое назначение - заместитель прокурора области по следствию. Вот когда пригодились уже наработанные партийно-хозяйственные связи.

Судьба к нему благоволила: в марте 1987 года дело маньяка-насильника Кулика, всколыхнувшее всю область, было возвращено судом на доследование. Вряд ли начальник следственного отдела остался бы на своем месте, если бы дополнительное следствие (а Кулик на суде начисто отказался от своих первичных показаний) зашло бы в тупик. Чайка назначил нового руководителя следственной бригады, пошел на известный риск, доверив ему формирование группы. Для следователей выбил отдельный кабинет, машину, деньги для командировок. Члены той следственной группы вспоминают: «Для нас у Чайки было два ответа: «нет проблем» – это означало твердое «да», а «порешаем» – это означало: «так или иначе - решим».

Кулик, как известно, свою «вышку» получил, а весной 1988 года Чайка стал уже начальником отдела обкома КПСС. Интересны некоторые подробности его перехода в партноменклатуру: в марте того года Юрий Яковлевич выступал с докладом на партийном собрании прокуратуры – говорил хорошо поставленным голосом, красиво, много и ни о чем. После его выступления даже известный своей выдержкой прокурор Плешивцев, выйдя на трибуну, сорвался на крик, заявив, что так работать нельзя. Вскоре после этого Чайка слег в урологическое отделение железнодорожной больницы. Когда его пришли навестить сослуживцы и поинтересовались, останется ли он после такого скандала в прокуратуре, Юрий Яковлевич твердо заявил – да, обязательно. Однако по выходе из больницы ушел «под крышу партии». Но первые секретари обкомов меняются реже, чем прокуроры - в начале 1991 года Чайка становится прокурором Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры, в феврале 1992 года - прокурором Иркутской области. Чтобы оценить это повышение, скажем просто: «потолок» даже регионального транспортного прокурора – генерал-майор, а областной прокурор – это уже генерал-лейтенант.

Примерно в это же время в преступном мире области начинается усиление «авторитетов». Дошло до того, что Сергей Бойцов (вор в законе по кличке «Боец») справил свадьбу в Тулунской спецтюрьме СТ-2 (знаменитая «Тулунская крытка»). Первую брачную ночь молодожены провели в кабинете начальника тюрьмы Остапенко. Жених был в модном костюме и белой рубашке, невеста – в красном платье. Стол ломился от деликатесов, ведер с цветами и тортов, сделанных на заказ. Бойцу вообще удалось сделать из тюрьмы отменную «гостиницу» для уголовных авторитетов. По ночам некоторые заключенные СТ-2 в сопровождении офицеров-работников учреждения выезжали «на промысел». В расположенных поблизости предприятиях, колхозах-совхозах они воровали горючее, запчасти, технику, не брезговали и «зачисткой» дачных участков.

Другой вор в законе, Владимир Тюрин (кличка «Тюрик»), проводил сходки братвы в помещении бассейна «Чайка». «Резвились» как могли и иные из прокурорских работников. Николай Небудчиков в свое время работал в следственной бригаде по делу Кулика. Закончив свою «легальную» карьеру межрайонным прокурором, в 1993 году он сколотил банду и начал… убивать. В его группу входили и бывшие милиционеры, и спецназовцы. Сам Небудчиков осенью 1993 года оценил обстановку в области следующим образом: «Как профессионал, вынужденный в свое время уйти из облпрокуратуры, скажу прямо – навести порядок в части кавказской преступности можно и сейчас в кратчайшие сроки, при наличии мозгов и профессиональной воли, а главное – чести и совести…».

Формально дело банды Небудчикова было передано в Хабаровскую прокуратуру, но реально его вели иркутяне – только руководителем группы был капитан-хабаровчанин. Он и получал выговоры за все ошибки и недочеты следствия. Расследование затянулось, не обошлось без казусов – один из членов банды по элементарной оплошности спокойно, безо всякого побега ушел из-под стражи.

Хотя Чайка много (и красноречиво) выступал в средствах массовой информации о борьбе с бандитизмом, почти все дела по статье 77 УК РСФСР («Бандитизм») при нем возвращались судом на дополнительное следствие и тихо-мирно разваливались. Николай Небудчиков до сих пор не осужден.

Хотя прокуратура и призвана следить за точным и неукоснительным соблюдением законов, при Юрии Чайке это соблюдалось весьма слабо. Например, осенью 1994 года был уволен директор областного центра занятости (федеральный чиновник!) Анатолий Мазалов. Прокуратура не реагировала, несмотря на неоднократные заявления, и только в 1997 году, когда Юрий Яковлевич уже был в Москве, Мазалова восстановили на работе. Государству прокурорское равнодушие обошлось в 160 тысяч рублей, которые пришлось заплатить руководителю Центра занятости за вынужденный прогул.

Некоторые следователи сбегали из областной прокуратуры в другие следственные подразделения. Объясняли они это примерно так: мы работаем, добываем информацию, но после доклада прокурору она почему-то утекает в криминальные структуры и дело в результате рассыпается: свидетели исчезают, потерпевших запугивают, и т.д. Может быть, все это и случайность – просто слишком уж часто такие случайности происходили...

Самого Чайку «перебежчики» характеризуют так – «следователь и юрист он средний, а вот по части достать, пробить, делегацию встретить, свозить на дачу, на Байкал – тут ему равных нет».

Зато отношение к простым людям у прокуратуры было, мягко говоря, наплевательское. В Железногорске-Илимском на мясокомбинате было обнаружено пять тонн (!) радиоактивных костей – мясо жители Иркутской области уже съели. После проведенной проверки Госатомнадзора эти кости бесследно исчезли – вероятно, были переработаны в костную муку. В Тайшете некоторые при заливке фундаментов домов использовали «позаимствованную» на железнодорожной станции урановую руду. На эти факты прокуратура как-то не обратила внимания. Но к некоторым делам у нее отношение было особое: в 1993 году по приказу атамана Иркутского казачьего войска Николая Меринова были подвергнуты телесному наказанию несколько казаков Георгиевской станицы. Чайка тихо «спустил на тормозах» уголовное дело в отношении казачьего атамана, который «подпадал» аж под три статьи УК. Оказывается, прокурор являлся «почетным казаком» ИКВ.

Ловко умел уходить Юрий Яковлевич и от различных просителей. Например – «дело антиквара» Григория Красовского: он был приговорен по сфабрикованному уголовному делу к семи годам лишения свободы, причем на его неоднократные жалобы прокуратура не реагировала. Отсидев срок и выйдя на свободу, Григорий добился отмены судебного приговора и начал восстанавливать свое доброе имя. Вот что он рассказывает: «Я отправился на прием к прокурору Иркутской области Юрию Чайке. По-моему, он меня даже и не слушал… Потом попросил оставить у него заявление и удалиться. Разобраться по моей жалобе он, как я выяснил далее, поручил Сергею Трофимову (прокурору по надзору за оперативной деятельностью милиции), от которого я получил отписку из трех строчек, что к уголовной ответственности фальсификаторов моего уголовного дела областная прокуратура привлекать не намерена. Естественно, меня не удовлетворил этот ответ, я пришел и спросил: «Почему?» Мне сказали, что если по таким многочисленным жалобам как моя они будут принимать меры, то есть привлекать к уголовной ответственности и сажать всех работников Фемиды – от милиционера до судей и прокуроров, тогда пересадят всех и некому будет работать в судах, прокуратурах, УВД и МВД с КГБ, поэтому мои требования неосуществимы… Спасибо им за такие откровения и главное за то, что взяли мне без очереди, с заднего хода гастронома, бутылку водки – залить всю горечь моральных страданий…»

Шофером служебной «Волги» у Чайки был некто Галькевич. У обычного «водилы» с собой всегда было удостоверение, где он значился… следователем областной прокуратуры. Его задерживали сотрудники милиции, находили в машине боеприпасы, но уголовные дела каждый раз затухали, не возникнув – вмешивался шеф. Позднее Юрию Яковлевичу был задан вопрос – как же так вышло с его шофером? Ответ потряс «святой простотой»: дескать, сволочь он, конечно, порядочная – но водитель классный, вот и приходилось его выручать.

Между тем Галькевич, кроме служебных удостоверений, имел – и раздавал – оперативные путевые листы, при предъявлении которых машина не подлежит задержанию автоинспекцией. Также водитель получал без счета и документов кучу любых запчастей для своего «железного коня» – автомагнитолы, чехлы, зачем-то телефонные аппараты, мыло и даже веники. В этом ему способствовала весьма влиятельная сотрудница областной прокуратуры.

Сын прокурора, Артем Чайка, также не был обижен: областная прокуратура регулярно предоставляла ему служебный транспорт для личных целей и деньги «на бензин», конечно же, не спрашивая с него отчета за расход топлива. Причем это происходило уже тогда, когда сам Юрий Яковлевич пересел в высокое московское кресло: служебный пиетет зависит от расстояний не горизонтальных, а вертикальных.

Осенью 1995 года Чайка перебирается в Москву, в Генеральную прокуратуру, где курирует следствие. Не хочется бросать тень на человека, но вот что говорит о кураторах следствия доктор юридических наук Чингиз Абдуллаев: «Курирование следствия – это самая прибыльная часть «левых денег». С согласия куратора закрываются уголовные дела, меняются статьи уголовного кодекса, переквалифицируя более тяжкое преступление на тяжкое, а то, в свою очередь – на менее тяжкое. Деньги при этом иногда получаются неплохие… Советская власть приучила людей к лицемерию, и многие считают, что подарок за исполнение своих служебных обязанностей – всего лишь проявление благодарности».

Как бы то ни было, Юрий Яковлевич, бывая наездами в Иркутске, уверенно заявлял, что, так как он курирует следствие, убийцы и Дмитрия Холодова, и Владислава Листьева скоро будут найдены. Не вполне понятно за что, но в 1996 году Чайка становится заслуженным юристом Российской Федерации. Убийцы же Холодова и Листьева так и гуляют на свободе…

Ныне Чайка перешел на работу более, скажем так, престижную; фигурально говоря, одел белые перчатки. Только вот когда перебираешь послужной список нового хозяина Минюста, поневоле лезет в голову этакая крамола: коль скоро всю жизнь он занимался строительством «потемкинских деревень» – можно ли надеяться, что став у руля министерства, призванного обеспечивать законность в стране, он изменит своим многолетним привычкам, кои, как говорили древние, суть вторая натура?

P.S. Сейчас И.О. Генпрокурора России является также уроженец Николаевска-на-Амуре Владимир Устинов…

---------------------------------------------------------

Карьера Юрия Чайки

Новая газета, 06.09.2001

Александр Васильев

После шумного «прокурорского» скандала, результатом которого стало смещение Юрия Скуратова, в коридорах Минюста и Генпрокуратуры, а также в кабинетах, занимаемых слугами российской Фемиды, наступила благословенная тишина. Пережив ряд кадровых перестановок, чиновники от юриспруденции продолжили работать над построением правового общества теперь уже под новым руководством. А руководит отечественной юстицией бывший прокурор Иркутской области, бывший заместитель генерального прокурора по следствию, бывший и.о. генпрокурора, а ныне министр юстиции Юрий Яковлевич ЧАЙКА.

Родился Юрий Яковлевич в 1951 году в Николаевске-на-Амуре Хабаровского края, в семье секретаря горкома КПСС. Учился в Свердловском юридическом институте вместе с Юрием Скуратовым. По распределению направлен следователем в Усть-Удинский райотдел Иркутской области. Уже в начале 1980 года становится прокурором Тайшетской транспортной прокуратуры, через четыре года — начальником следственного отдела Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры. Еще полтора года – и Юрий Яковлевич становится инструктором отдела административных органов Иркутского обкома КПСС. В конце 1986 года получает новое назначение — заместитель прокурора области по следствию. Весной 1988 года Чайка — начальник отдела обкома КПСС, в начале 1991 года — прокурор Восточно-Сибирской транспортной прокуратуры, а в феврале 1992 — прокурор Иркутской области. Чтобы оценить это повышение, скажем просто: «потолок» даже регионального транспортного прокурора – генерал-майор, а областной прокурор – это уже генерал-лейтенант.

Примерно в это же время в преступном мире Иркутской области начинается «сращивание криминала с властью». А если говорить конкретнее, то с органами следствия и охраны правопорядка. Например, ранее работавший в следственной бригаде вместе с Чайкой Николай Небудчиков, уйдя с поста межрайонного прокурора, сколотил банду, занимавшуюся грабежами и убийствами. В его группу входили и бывшие милиционеры, и спецназовцы.

Дело банды Небудчикова вели иркутяне. Видимо, поэтому расследование затянулось. Хотя Чайка много говорил в СМИ о борьбе с бандитизмом, почти все дела по статье 77 УК при нем возвращались судом на дополнительное следствие и тихо разваливались. Николай Небудчиков до сих пор не осужден.

В апреле 1995 года сотрудники Восточно-Сибирского РУБОПа около полуночи ворвались в одну иркутскую квартиру, где был устроен частный публичный дом. Обслуживали клиентов девочки разных профессий. Но были среди них и молодые работницы МВД и прокуратуры. Чайка, тогдашний областной прокурор, все же упросил начальника РУБОПа Александра Егорова не давать хода материалам.

За время руководства Чайки в областной прокуратуре сильно поменялся кадровый состав. И было отчего: некоторые следователи сбегали из областной прокуратуры в другие подразделения. Объясняли это примерно так: мы работаем, добываем информацию, но после доклада прокурору она почему-то утекает в криминальные структуры, и дело в результате рассыпается: свидетели исчезают, потерпевших запугивают. Может быть, все это и случайность – просто слишком уж часто такое происходит.

Самого Чайку бывшие коллеги характеризуют так: «Следователь и юрист он средний, а вот по части достать, пробить, делегацию встретить, свозить на дачу, на Байкал – тут ему равных нет».

В свое время Чайка затеял строительство в Иркутске Юридического института. Правительство эту идею одобрило и выделило деньги на строительство. Проведенная сотрудниками ФСБ проверка показала, что отчетность по строительству оказалась не в порядке – пропало около миллиона долларов. Заместитель начальника ФСБ Александр Николюк отправился к преемнику Чайки на посту областного прокурора Анатолию Мерзлякову с предложением возбудить уголовное дело. Увидев в деле оперативного учета фамилию Чайки, Мерзляков отказался выступить против Чайки и предложил Николюку забыть о своих открытиях. Затем в Иркутск прилетел тогда еще замгенпрокурора Юрий Чайка, и здесь состоялась его встреча с Николюком и Мерзляковым.

Информация об оперативном деле попала в Москву, откуда в Иркутск прибыла комиссия из трех работников центрального аппарата ФСБ и двух сотрудников Генпрокуратуры. Их работа подтвердила, что в местном ФСБ есть материалы не только на Юрия Чайку: к исчезновению средств имел отношение и начальник Юридического института Игорь Звечаровский. Материалы были ксерокопированы и ушли в столицу по линии Генеральной прокуратуры. Они легли на стол к Юрию Скуратову и тогдашнему директору ФСБ Николаю Ковалеву. Чекисты и надзирающий орган пришли к выводу, что оперативное дело огласке предавать не стоит. Вероятно, Юрий Скуратов теперь об этом жалеет – ведь Чайка, мягко говоря, предал своего шефа.

Сейчас Юрий Чайка работает в Москве. Но и здесь его периодически преследуют неприятные эпизоды, не улучшающие имиджа слуги закона. В начале 1999 года некая одинцовская фирма, уставшая от наездов рэкетиров, обратилась в местный РОБОП за помощью. Бандитов задержали, а машина, на которой приезжали вымогатели, в базе данных числилась за Чайкой. А на ней, между прочим, разъезжали два ингушских бандита из Иркутска. Кроме оружия и наркотиков, у задержанных нашли спецталон, запрещающий проверку авто, и доверенность на машину от имени сына Чайки Артема. Ингушей отправили этапом в «родной» Иркутск, где историю благополучно замяли...

-------------------------------------------------------------------

Похождения Чайки

Полет Чайки. Часть вторая

Байкальская Открытая газета, 13.10.1999

 

Скромность красит прокурора

Любимец Российской Фемиды, бывший областной прокурор, бывший заместитель генерального прокурора по следствию, а ныне министр юстиции Юрий Яковлевич Чайка не любит вспоминать иркутский период своей деятельности, а зря. Ведь раньше-то со скромностью у него было попроще. Так, осенью 1987 года Чайка исполнял обязанности областного прокурора (сам прокурор, Александр Плешивцев, был в отлучке). Не мудрствуя лукаво и не страдая угрызениями совести, Юрий Яковлевич отправил в Генпрокуратуру представление на себя, любимого, - на внеочередное присвоение звания «Старший советник юстиции», каковое благополучно и незамедлительно получил.

А в феврале 1992 года Юрий Яковлевич уже сам стал начальником областной прокуратуры. Первое, чем он занялся на высоком и ответственном посту, было рассмотрение разнарядки на награды – в мае того же года по советскому летоисчислению исполнялось 70 лет прокуратуре, а по такому поводу, сами понимаете, положена «раздача слонов». К званию «Почетный работник прокуратуры» он представил своего зама Виктора Лебедева, страдающего перманентными запоями. Во время празднеств Лебедев свой «знак почета» получил, и на радостях так загулял, что аж четыре месяца (!!!) не появлялся на работе. В отчаянии Чайка посылал к нему кадровиков, в дверь ему подсовывали записки с вызовами в прокуратуру – все было втуне. Новоявленнный «почетный работник» пил старательно и изумительно, и в конце концов к концу года его заставили написать заявление на увольнение, причем в Москву об истинной причине ухода сообщать не стали – видимо, по причине природной скромности.

Верный принципам показушничества, Чайка умудрился сделать героя из Киренского районного прокурора Вадима Вольского, в чью квартиру по ошибке постучались два пьяных мужика. Вышедший Вольский стал с ними ругаться, его побили, но жена Вольского схватила хранящийся дома табельный пистолет мужа и задержала пьяниц. Чайка же расписал это происшествие так, что Вольский с риском для жизни задержал двоих ранее судимых преступников. Это «донесение» пошло в Генпрокуратуру и в журнал «Человек и закон», а сам Вольский был удостоен от Чайки награды. Правда, в Киренске истинный ход этой истории известен, что служит источником веселья для местных жителей – зато для Иркутска и Москвы Чайка выглядел «вождем героических прокуроров».

Во второй половине 1994 года в газете «Советская молодежь» прокурор Иркутской области Юрий Чайка лично заверил жителей, что надо покупать бумаги «Хопер-Инвест» – он-де так и сделал. После такой рекламы, понятно, многие иркутяне свои деньги «Хопру» доверили и… остались ни с чем. А в августе этого года многотомное уголовное дело по мошенничеству «Хопра» Генеральная прокуратура РФ передала в суд. Стоит ли говорить, что рекламное заявление Юрия Яковлевича в этом деле не фигурирует… Да и как оценить заявление «ока государева», как во времена оны именовалась прокуратура!

С приходом Чайки из областной прокуратуры вынужден был уйти ряд опытных следственных работников. При нем следственнную, часть возглавил Петр Лукин, о стиле руководства которого можно судить по следующему эпизоду. В феврале 1995 года, во время обычного рабочего дня, следователи и другие прокурорские работники устроили прямо в кабинетах банальную пьянку, коя продолжалась до самого вечера. Дежурные по РУОПу (а следственное управление, как известно, размещается в одном с ним здании, по Байкальской, 129) несколько изумились, наблюдая в десятом часу вечера «исход» изрядно набравшихся начальника следственной части Петра Лукина, начальника отдела Сергея Трофимова, прокурора одного из отделов Бориса Михалева. После того щедрого возлияния Трофимов таинственно исчез, не появляясь ни дома, ни на работе. Собутыльники сами толком не могли объяснить, где они «потеряли» своего спутника. Труп его «оттаял» на Ушаковке только в марте следующего года, где его случайно нашел иркутянин, выгуливающий собаку. Дело оказалось простым до банальности: пьяный Трофимов, брошенный в невменяемом состоянии коллегами, заблудился, забрел на реку Ушаковку и замерз… Хоронили его в закрытом гробу. Опасаясь возможного гнева родственников, Чайка быстренько отправил на пенсию Лукина, а Михалев перевелся в транспортную прокуратуру. В Москву же Юрий Яковлевич отрапортовал: с происшествием разобрался, виновные наказаны. Правда, о том, что рыба с головы воняет, начальник «веселых прокуроров» предпочел умолчать.

В апреле 1995 года сотрудники Восточно-Сибирского Регионального отделения по борьбе с организованной преступностью (ВС РУОП) около полуночи ворвались в одну иркутскую квартиру, где был устроен частный публичный дом. Обслуживали клиентов девочки разных «основных» профессий: продавцы, учителя, студентки. Были среди них и молодые работницы МВД и прокуратуры. Полуголых прокурорш засняли на видеокамеру, и в том же месяце фрагмент с участием сотрудниц правоохранительных органов в роли «жриц любви» был показан по местному телевидению – только лица закрыли. Комментировал фрагмент начальник РУОП Александр Егоров. Он на всю область объявил, что «героини» работают именно в прокуратуре. Чайка, тогдашний областной прокурор, все же упросил Егорова не давать хода материалам. Генпрокуратуру оставили в неведении о своеобразной «смычке» работниц правоохранительных органов области и уголовной клиентурой борделя. По всей России такого телесюжета не было – что ж Чайке скромничать!

С Иркутском Чайку связывает также строительство на берегах Ангары Института прокуратуры, и публикации небезынтересных статей в журнале «Законность» (это официальный печатный орган генеральной прокуратуры сначала СССР, а ныне России). Когда Юрий Яковлевич и не думал о работе в Москве, а старался закрепиться на теплом месте областного прокурора, он совместно с преподавателем кафедры уголовного права юридического факультета государственного университета Игорем Звечаровским написал и опубликовал пару статей. Кто собственно был автором, а кто только поставил свою подпись, не так важно, важно другое: в столице России обратили внимание, что областной прокурор умеет не только руководить следователями, но еще и оригинально мыслит, а это весьма не традиционно для чиновника такого ранга.

Вероятно за эту помощь Игорь Звечаровский, который не когда не занимался практической работой становится начальником Института прокуратуры - государственным советником юстиции третьего класса (это соответствует армейскому званию генерал-майор). Теперь сей теоретик дает ценные указания – как работать практикам, то есть реально действующим операм и следователям, по раскрытию преступлений.

В начале девяностых годов в Иркутской области австралийской фирмой «Стар Технолоджи Системс Лимитед» была предпринята и успешно проведена попытка завладеть золоторудным месторождением «Сухой лог», где запасы «желтого металла» оцениваются более чем в полторы тысячи тонн. Хотя региональное управление ФСБ своевременно и регулярно докладывало по всем инстанциям о проводящейся инофирмой операции, возглавляемая Чайкой прокуратура отнеслась ко всем этим сигналам с олимпийским спокойствием. Уголовное дело за № 18/221847-96 удалось возбудить только после отбытия Юрия Яковлевича в Москву. В постановлении о возбуждении дела, в частности, сказано: «…Заместитель председателя Госкомимущества России Мостовой П.П., являясь уполномоченным представителем Российской Федерации в АОЗТ «Лензолото» и представляющий интересы государства, злоупотребляя служебным положением, в нарушение действующего законодательства, путем обмана и злоупотребления доверием на основании протокола № 12 собрания акционеров АОЗТ «Лензолото» от 27 мая 1994 года и фиктивного решения акционеров от 20 апреля 1995 года единолично, без согласования с Российским фондом федерального имущества, неправомерно внес изменения в учредительный договор и устав АО «Лензолото», согласно которым корпорация «Стар…» вносит свой первоначальный вклад не в иностранной валюте, а в российских рублях из расчета 1 рубль – 0,4 доллара США, что эквивалентно 312 млн. 500 тыс. рублей или 1,5 млн. долларов США.

Таким образом, в результате умышленных и неправомерных действий Мостового П.П. государству причинен значительный ущерб в виде недополучения российской стороной иностранной валюты в крупных размерах…»

Примерно в это же время Юрий Яковлевич получил в подарок часы «Longin» с золотым браслетом. За что бы такие царские подарки?

К сожалению, подполковник ФСБ Петр Мазанников силы свои переоценил – не тягаться ему со столицей! Уголовное дело благополучно и негромко кануло в Лету.

В свое время Чайка затеял строительство в Иркутске Юридического института. Цель вроде бы благая – следователи с Дальнего Востока должны были повышать свою квалификацию на берегах Ангары, а не мотаться для этого в Москву. Правительство эту идею одобрило и выделило (распоряжением за подписью Черномырдина) деньги на строительство. По непонятным причинам подряд на строительство получили югославы (известная в Иркутске фирма «Ксеми-Трейд»). Проведенная сотрудниками ФСБ проверка показала, что отчетность, мягко говоря, не в порядке – сказать проще, обычные приписки, каковые вылились в ущерб на сумму около миллиона долларов. Заместитель начальника ФСБ Александр Николюк отправился к преемнику Чайки на посту областного прокурора Анатолию Мерзлякову с предложением возбудить уголовное дело. Увидев в деле оперативного учета фамилию Чайки, Мерзляков наотрез отказался выступить против предшественника, предложив Николюку попросту забыть о своих открытиях. В начале ноября 1996 года в Иркутск прилетел и сам заместитель генпрокурора Юрий Чайка, и здесь состоялась его встреча с Николюком и Мерзляковым. О чем шла речь на этом рандеву неизвестно. Однако информация об оперативном деле неведомым путем попала в Москву и летом 1998 года в Иркутск прибыла комиссия из трех работников центрального аппарата ФСБ и двух сотрудников генеральной прокуратуры. Здесь им была придана от местной прокуратуры старший прокурор отдела по надзору за расследованием особо важных дел и оперативно-разыскной деятельностью Ирма Калугина. Вся эта дружная команда направилась в архив ФСБ проверить, есть ли там материалы на Юрия Чайку. Оказалось – да, есть, и не только на него: к исчезновению средств имел отношение и начальник Юридического института Игорь Звечаровский. Начальник регионального управления ФСБ по Иркутской области приказал своим офицерам перепроверить оперативное дело – вдруг ошибка – но проверка все подтвердила. Более того, сумма исчезнувших «баксов» возросла примерно до полутора миллионов. Материалы были ксерокопированы и ушли в столицу по линии генеральной прокуратуры. Они легли на стол к Юрию Скуратову и тогдашнему директору ФСБ Николаю Ковалеву. Чекисты и надзирающий орган пришли к консенсусу – оперативное дело огласке не предавать. Вероятно, Юрий Скуратов сейчас об этом жалеет – ведь Чайка, мягко говоря, предал своего шефа. А материалы этого дела лежат в опечатанном кабинете генпрокурора. Интересно, будет ли новый глава прокуратуры также будет держать у себя «под спудом» компромат на министра юстиции, или все же поступит по закону и совести?

----------------------------------------------------

Секретная переписка и. о. Генерального прокурора России

Новая Газета, 09.07.1999

К нам в руки случайно (может быть, почта ошиблась?) попало письмо и. о. генпрокурора РФ Ю. Я. Чайки руководителю Временной комиссии Совета Федерации по изучению проблем борьбы с коррупцией О. П. Королеву. Мы решили сделать его достоянием гласности - в последние годы наши власти ее, бедную, по своей воле не балуют.

Уважаемый Олег Петрович!

В соответствии с Вашим запросом сообщаю, что органы Прокуратуры, реализуя полномочия по осуществлению уголовного преследования, в 1998 г. расследовали целый ряд дел о преступлениях, связанных с проявлениями коррупции. Дела о должностных преступлениях, вызвавших наибольший общественный резонанс, возбуждались и принимались к производству непосредственно Генеральной прокуратурой.

В настоящее время Управлением по расследованию особо важных дел Генеральной прокуратуры продолжается предварительное следствие по следующим делам.

- О злоупотреблениях должностных лиц, допущенных при проведении реставрационных работ фирмой "Мабетекс".

По указанию Генерального прокурора Российской Федерации по результатам проводившейся с апреля 1998 г. проверки советником Генерального прокурора 8 октября 1998 г. было возбуждено и принято к своему производству уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных статьями 285 и 290 УК РФ. Из имевшихся материалов усматривалось, что должностными лицами Управления делами Администрации Президента Российской Федерации при проведении реставрационных работ фирмой "Мабетекс" в корпусе N 1 Кремля и на других важных объектах были допущены злоупотребления должностными полномочиями, получение взятки. В течение 5 месяцев по делу выполнен незначительный объем следственных действий. Работа активизирована с 10 марта 1999 г. после передачи уголовного дела в производство Управления по расследованию особо важных дел.

По моему указанию следственная группа увеличена, обеспечена криминалистической и другой техникой. В ходе расследования произведены выемки документов, которые исследуются, допрошен ряд свидетелей, подготовлены международные следственные поручения. Обвинение по делу никому не предъявлялось.

- О преступлениях в системе Государственного комитета Российской Федерации по статистике (Госкомстата России), совершенных организованной преступной группой в составе Председателя Госкомстата России Юркова Ю. А., его заместителя Далина В. В., директора ГМЦ Госкомстата Саакяна Б. Х., директора филиала Вычислительного центра Госкомстата России "Информатика" Барановского В. Н. и других руководителей структурных подразделений ГМЦ и Госкомстата России.

По материалам дела указанной преступной группой за период 1995-1998 гг. похищено около 12 млн деноминированных рублей, выявлены факты получения и передачи Юрковым, Саакяном и другими должностными лицами взяток в крупных размерах. На квартирах, дачах и в служебных кабинетах участников преступной группы изъято более 2,5 млн долларов США. Следственным путем выявлены объекты недвижимости (квартиры, коттеджи, дачи) общей стоимостью около 1 млн долларов США.

Юркову, Далину, Саакяну, Барановскому, начальнику Управления Министерства труда и социального развития Российской Федерации Малышеву М. Л., заместителю директора ГМЦ Госкомстата России Сальникову В. А. предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 159 УК РФ; начальнику отдела Главного управления информационных ресурсов ФАПСИ РФ Гурову Е. Н. и заместителю начальника отделения НИЦ "Контур" ФАПСИ РФ Сторчевому И. Н. предъявлено обвинение по п. п. "а", "б" ч. 4 ст. 290 УК РФ; заместителю директора ГМЦ Госкомстата России Денисенковой З. А. предъявлено обвинение по п. п. "а", "б", "в", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ.

Юрков и Барановский были арестованы, в отношении остальных обвиняемых в качестве меры пресечения избрана подписка о невыезде. 12.05.99 Юркову и Барановскому мера пресечения изменена по состоянию здоровья на подписку о невыезде.

- Уголовное дело по факту хищения средств федерального бюджета в сумме 13 млрд руб. руководителями коммерческого банка "Эскадо". В ходе расследования были получены сведения об открытии первым заместителем Министра финансов Российской Федерации Петровым В. А. счета в одном из зарубежных банков, на который в январе 1996 г. поступило 520 тыс. долларов США со счетов заместителя правления КБ "Эскадо" Франгопулова А. Д. и компании, принадлежащей руководству этого коммерческого банка.

В связи с этим в отношении Петрова В. А. возбуждено уголовное дело по ч. 3 ст. 285 и п. п. "б", "г" ч. 4 ст. 290 УК РФ. Петрову и Франгопулову предъявлены обвинения, оба они были взяты под стражу, однако по состоянию здоровья мера пресечения Петрову изменена на подписку о невыезде.

На основании материалов, полученных в ходе следствия, возбуждены два уголовных дела о хищении государственных средств, которые направлены для расследования в прокуратуры Калининградской и Владимирской областей.

- По материалам проведенной Генеральной прокуратурой Российской Федерации проверки сведений, содержащихся в статьях "Почему слоны не летают" и "Аэрофлот держит черную кассу в Лозанне", опубликованных в газетах "Московский комсомолец" и "Общая газета", возбуждено и расследуется уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных п. "а" ч. 3 ст. 159, ч. 2 ст. 198, ч. 2 ст. 201, ст. 289 УК РФ, в отношении ряда руководителей ОАО "Аэрофлот - российские международные авиалинии", 51% акций которого принадлежат государству.

Из материалов дела усматривается, что руководящими должностными лицами - первым заместителем генерального директора по финансово-экономической деятельности Глушковым Н. А., заместителем по коммерческой части Красненкером А. С. и другими совершен ряд злоупотреблений служебными полномочиями. В частности, имевшиеся на счетах загранпредставительств авиакомпании валютные средства были незаконно переведены на банковский счет фирмы "Андава С. А." в одном из швейцарских банков, а в мае 1996 г. генеральный директор ОАО "Аэрофлот" Шапошников Е. И. вопреки требованиям валютного законодательства дал указание о перечислении до 80% валютной выручки зарубежных представительств авиакомпании в швейцарский банк на счет акционерного общества "Андава С. А.", учредителями и основными акционерами которого, а также членами административного совета фирмы являлись Березовский (41% акций) и Глушков (37% акций).

В результате на банковский счет "Андава С. А." без соответствующего разрешения Банка России поступила валютная выручка ОАО "Аэрофлот", эквивалентная 1 737 142,5 млн неденоминированных рублей. В качестве комиссионного вознаграждения участвовавшие в этом лица получили 10 943 450,97 доллара США, которые в последующем были легализованы путем совершения финансовых операций.

В апреле 1999 г. Березовский Б. А., Красненкер А. С. и Глушков Н. А. привлечены к уголовной ответственности. Красненкеру и Глушкову, который находится в розыске, предъявляется обвинение по п. п. "а", "б" ч. 2 ст. 171 и ч. 3 ст. 174, Березовскому предъявлено обвинение по п. п. "а", "2б" ч. 2 ст. 171, ч. 3 ст. 174 и ст. 289 УК РФ.<...>

И. О. Генерального Прокурора Российской Федерации Ю. Я. Чайка

------------------------------------------------------------

Чайка и анаша

Полет Чайки

Байкальская Открытая газета, 20.11.1999


Свидетельские показания

В третий (думаем, отнюдь не в последний) раз «Байкальская Открытая газета» обращается к личности и , так сказать, трудовой биографии Юрия Яковлевича Чайки. Мы убеждены, что моральный облик нынешнего министра юстиции, одного из самых высокопоставленных чиновников российского государства (известно, что кандидатура Ю.Я.Чайки рассматривалась и на должность секретаря Совета Безопасности РФ!) не может не быть интересен самому широкому кругу читателей. Отметим, что наши материалы замечены столичной прессой – некоторые авторитетные СМИ используют их в своих публикациях.

Касаться темных сторон жизни и деятельности таких замечательных людей, как Чайка, разумеется, весьма небезопасно. И мы очень скоро это почувствовали на себе. Управление юстиции Иркутской области ни с того, ни с сего назначило проверку деятельности региональной организации партии «ЯБЛОКО», которую возглавляет учредитель «Байкальской Открытой газеты», кандидат в депутаты Государственной Думы от «ЯБЛОКА» Виталий Камышев. Когда в указанный день и час в офис управления юстиции пришел юрист иркутского «ЯБЛОКА», ему было сказано, что документы у него не примут, а «ЯБЛОКУ» вынесено предупреждение и вообще с ним примерно разберутся. Поясним: по закону об общественных объединениях, органы юстиции могут вынести организации два предупреждения (зацепка всегда найдется, ее в конце концов можно просто высосать из пальца), а затем - и закрыть ее. Правда, только по суду. До сих пор в Иркутске таким образом была прекращена деятельность только одного общественного объединения – сектантского Богородичного центра. Мы бы хотели сказать начальнику управления юстиции г-ну Колосову: «ЯБЛОКО» – организация законопослушная; она не боится критиковать коррумпированную власть – из-за этого у нее возникают проблемы; но когда люди, призванные стоять на страже закона, выступают в роли исполнителей неких заказов – это попросту страшно.

Кстати, какие еще политические организации проверяет иркутское управление юстиции в разгар избирательной кампании? Утвержденный план такого рода проверок юристу «ЯБЛОКА» в управлении показать отказались.

Можно предположить, что имеет место «двойной заказ»: чем вызван «праведный гнев» министра юстиции Чайки, объяснять излишне, а губернатор Говорин, от которого господа законники зависят едва ли не больше, к критике нетерпим, как юная институтка и в «полемике» с «ЯБЛОКОМ» прибегает исключительно к силовым методам.

Мы же в своей работе и дальше будем руководствоваться старым рыцарским девизом: «Делай, что должен, пусть будет, что будет».

В 1979 году в Тулунской спецтюрьме №2 (Тулунская «крытка», где содержатся особо опасные преступники), произошел бунт заключенных. Подавление его стоило жизни пятерым. По делу о бунте проходило девять человек. Юрий Яковлевич ЧАЙКА был членом следственной группы.

О некоторых методах, применяемых следствием «а-ля Чайка», дают представление следующие документы.

=

Председателю КПК при ЦК КПСС

Т. Пельше А.Я. от осужденного Хасаншина

Минсаита, 1952 г.р., урожденца с.Рычково

Оренбургской области,

Ст. 206, ч.3, 102 п. «з» УК РСФСР.

ЗАЯВЛЕНИЕ

Хочу сообщить Вам про случаи антипартийного, аморального поведения работников прокуратуры Иркутской области.

После беспорядков в тюрьме г.Тулуна я был осужден в декабре прошлого года Иркутским облсудом, 21 числа, к 15 годам лишения свободы.

Основные показания в протоколах моего дела я давал в состоянии наркотического одурманивания, оговорил себя и других. Наркотики я употребляю разные, какие придется, но врачам об этом не говорил и не лечился.

Анашу мне должен был принести следователь В.Дидковский, но он передумал, и вместо него принес то ли помощник, то ли заместитель тулунского прокурора Чайка Юрий. Он принес вначале граммов 15 в бумажном кулечке. Я покурил и подписал протокол, он писал, что хотел, я все подтверждал.

Потом я еще два раза получал анашу от Чайки Ю. В прозрачных мешочках. Он говорил, что оперативники у кого-то отняли и хранят у себя много анаши, они дают ее. Я курил в кабинете на допросе, а остаток приносил в свою камеру и там курило 4-5 человек. Я им говорил, откуда наркотик, они могут все это подтвердить. Я готов на очной ставке с Дитковским и Чайкой все это подтвердить.

С моих слов записано верно, мною прочитано,

М.ХАСАНШИН.

=

Председателю КПК при ЦК КПСС

Тов. Пельше А.Я.

От осужденного Купрякова Сергея Георгиевича

1954 г.р., уроженца г.Якутска,

содержащегося в тюрьме № 2 г. Тулуна,

до осуждения Иркутским облсудом по ст. 206 ч.3,

77-1, 15-102 п. «3», 102 п. «3».

ЗАЯВЛЕНИЕ

Обращаюсь по фактам недостойного антипартийного поведения работников прокуратуры Иркутской области.

По факту беспорядков 1978 года в Тулунской тюрьме я осужден в прошлом году, 21 декабря 1979 года Иркутским областным судом к 15 годам лишения свободы.

Прошу учесть, что большинство моих показаний, в которых я признавал вину и оговаривал себя и других осужденных по этому делу, были даны мной в состоянии наркотического опьянения. Несколько лет я употребляю наркотики и плохо себя чувствую без них. Лечению от наркомании никогда не подвергался.

Меня снабжал анашой член следственной группы Юрий Чайка, было это по моей просьбе. Перед этим я просил наркотики у работников областной прокуратуры К.Акулова и В.Дидковского, они сначала отказали, но потом сказали, что передадут анашу при условии моих признаний в протоколы. Первый раз Ю.Чайка принес малый пакетик с анашой, я дал хорошие показания. Потом он еще три раза давал полиэтиленовые пакетики с анашой. Часть ее я приносил сокамерникам покурить, они могут подтвердить, я тоже могу на очных ставках со следователями это подтвердить.

С моих слов записано верно, мною прочитано

С.КУПРЯКОВ.

----------------------------------------------------------

Возвращение Чайки

Коммерсант-Власть, 26.06.2006

Екатерина Заподинская, Николай Гулько

 

На прошлой неделе Россия обрела нового генпрокурора -- Юрия Чайку. Как и предполагала "Власть", этот выбор означает, что Генпрокуратура останется важным силовым инструментом Кремля, но потеряет самостоятельное политическое значение.

Назначить Юрия Чайку генпрокурором все равно что назначить Михаила Фрадкова главой правительства или Сергея Собянина главой администрации президента. С той разницей, что Чайка чуть больше на слуху, чем были Фрадков и Собянин до назначения,-- все-таки он побывал и. о. генпрокурора, пусть и всего несколько месяцев, и министром юстиции почти семь лет отработал.

55-летний Юрий Чайка прошел в Сибири все ступеньки прокурорской карьеры. Существует легенда, что первым делом Чайки стало дело об убийстве, в котором он сам был подозреваемым. Но доказательств не было: орудие убийства -- нож -- преступник выкинул в реку. И будто бы юный Чайка лично примотал к удочке магнит и выловил этот нож из реки. Убийца был осужден.

В начале 1990-х Чайка возглавлял Восточно-Сибирскую транспортную прокуратуру и прокуратуру Иркутской области. На последней должности он первым в стране начал направлять в суд уголовные дела по статье УК "Бандитизм". Осенью 1995 года Юрий Скуратов, став генпрокурором, вспомнил про институтского однокашника и предложил ему пост своего первого зама (после того как от этой должности отказался бывший прокурор Москвы Геннадий Пономарев, заявивший, что не впишется "в образ прокурора 'на поводке', который нужен властям"). Так Чайка оказался в Москве.

Несколько лет он был в тени Скуратова, курируя международно-правовое управление Генпрокуратуры и так называемый общий надзор. В это время Юрий Чайка подписывал самые громкие иски Генпрокуратуры об отмене противоправных сделок (например, иск о возврате в собственность государства 351 млн акций РАО "ЕЭС России", переданных его руководством в залог Сбербанку). Но о его персональных заслугах никто не знал: всякий раз он уходил от общения с журналистами.

Первый звездный час Чайки настал в 1999 году, когда администрация президента запустила механизм отстранения генпрокурора Скуратова. Генпрокурор проявил излишнее рвение в расследовании ряда громких дел (о злоупотреблениях в управлении делами президента при реставрации зданий Кремля фирмой Mabetex, дела "Аэрофлота" и частной охранной фирмы "Атолл", занимавшейся прослушкой политиков и бизнесменов).

Отстранив Скуратова от должности в феврале 1999-го, Борис Ельцин назначил Юрия Чайку исполняющим обязанности генпрокурора. Чайка все понял правильно: он сразу же заявил, что уголовное дело под кодовым названием "Проститутки против Юрия Скуратова" возбуждено заместителем прокурора Москвы Вячеславом Росинским "на законных основаниях" (в мае 1999 года Мосгорсуд признал, что Чайка был не прав: постановление Росинского о возбуждении дела против Скуратова было отменено как вынесенное с превышением полномочий).

Скуратов так и не смог простить своему протеже "предательства", хотя какое уж тут предательство – понятно же, что ничего личного.

Юрий Чайка надеялся избавиться от приставки и. о. и стать полноценным генпрокурором, однако Кремль предпочел ему Владимира Устинова. Виноват в этом был сам Чайка. Он не смог правильно выбрать, к кому примкнуть. Впрочем, и время тогда было непонятное -- исход борьбы премьера Примакова с "семьей" при больном президенте был неясен. А потому Чайка хоть и выполнял прямые указания "семьи" (например, перевел на другой участок работы замгенпрокурора по следствию Михаила Катышева, который прославился тем, что давал санкции на арест Бориса Березовского и Александра Смоленского), скандальные "семейные" дела все же не прикрывал (но и не форсировал). К тому же очень некстати для Чайки в прессу (возможно, не без помощи "доброжелателей") просочилась темная история о связи его сына с бандитами.

Вот как вспоминал обо всем этом Юрий Скуратов в книге "Вариант дракона": "Он (Чайка.-- 'Власть') лавировал, часто занимал половинчатую позицию. С одной стороны, послушно выполнял указания Кремля, в частности по моей травле, а с другой -- осторожничал. При нем, например, продолжалось вялое расследование дел по 'Мабетексу', по 'Аэрофлоту'. Березовский думал, что Чайка не будет продлевать сроки расследования по 'Андаве-Аэрофлоту' и вообще прикроет дело, а Чайка продлил эти сроки. Березовский не знал, что Чайка никогда не брал на себя решение, особенно решение вопросов спорных, поэтому БАБ напрасно рассчитывал на Юрия Яковлевича. БАБу нужен был новый прокурор... Подкосило Чайку и то, что семейство его оказалось связанным с ингушскими бандитами, братьями Оздоевыми [Кодзоевыми?],-- с ними был дружен сын Чайки Артем. Оздоевы втянули Артема в сомнительные коммерческие операции еще в Иркутске. Не менее опасные связи имелись у Артема и в Москве. Здесь Артем Чайка отдал преступникам Ибрагиму Евлоеву и Хункару Чумакову машину отца с правительственными мигалками и спецталоном, запрещающим останавливать и осматривать автомобиль. Евлоев и Чумаков с оружием в руках отправились на этой машине выколачивать деньги. И занимались этим довольно успешно, пока их не задержала милиция (в 2000 году Одинцовский горсуд Московской области приговорил Евлоева и Чумакова к шести годам лишения свободы каждого за вымогательство и грабеж.-- 'Власть')".

Об этой истории стало известно в марте 1999-го. Конечно, компромат сам по себе еще никому не мешал подниматься по карьерной лестнице (более того, наличие компромата иногда даже, наоборот, помогает, потому что если нет на человека компромата, как же ему, этому человеку, доверять?), но до тех пор, пока он лежит в папке. А тут дело просочилось в прессу.

К тому же вскоре сменился премьер. Сергей Степашин потащил наверх своего хорошего знакомого Владимира Устинова. А Чайка не сопротивлялся. В конце июля 1999 года он ушел в отпуск, оставив вместо себя Устинова. Чайка открыто признался, что ему предложили должность замсекретаря Совета безопасности. Чтобы совсем очистить место для Устинова, 9 августа он ушел на пенсию. А уже 17 августа получил новую работу, правда, не в Совбезе. Очередной новый премьер Владимир Путин предложил ему пост министра юстиции.

На этом посту Чайка проявил себя с лучшей стороны. Неудивительно: осенью 1999 года уже стало понятно, что многовластие в стране закончилось. Сам Чайка по-прежнему избегал участия в громких делах, но все положенное исполнял. Он взялся устанавливать "диктатуру закона", о которой объявил Владимир Путин. В частности, Минюст начал мониторить все региональные законодательные акты на предмет их соответствия федеральным. В том же 1999 году Чайка начал борьбу с экстремизмом: благодаря ему к выборам не было допущено националистическое объединение "Спас" во главе с лидером РНЕ Баркашовым. РНЕ было запрещено. Чайка с воодушевлением регистрировал "Единство", а позже "Единую Россию". Он отказался выносить предупреждение партии власти за то, что ее лидер Борис Грызлов незаконно совмещает партийную деятельность с государственной (в то время Грызлов был министром внутренних дел). Чайка разъяснил всем заинтересованным лицам, что никакого нарушения нет: Грызлов не является членом партии и не входит в состав ее руководящих органов, потому что высший совет -- это не руководящий орган.

Чайка обеспечил отправку в самые дальние колонии Крайнего Севера и Забайкалья Платона Лебедева и Михаила Ходорковского, а также постоянные преследования бывшего главы ЮКОСа силами УФСИН по Читинской области. И не только обеспечил, но и отстоял в суде правильность отправки в столь далекие края экс-олигарха, тогда как Уголовно-исполнительный кодекс требует направлять заключенных в ближайший субъект РФ. Другие достижения Чайки за последние годы -- запрет НБП, снятие с региональных выборов по представлению входящей в Минюст Федеральной регистрационной службы ряда неугодных Кремлю партий (таких, как "Родина" и Российская партия пенсионеров), отказы в регистрации других партий, которые можно отнести к оппозиционным. Особенно отличился глава Минюста в деле со скандальным законом о некоммерческих организациях. Он лично привез из Страсбурга письма экспертов Совета Европы, признавших: закон об НКО вполне соответствует международным нормам.

При этом излишней кровожадностью Чайка не отличался. При нем Минюсту были переданы исправительные учреждения ФСБ, правозащитники хвалят его за открытый доступ в тюрьмы, Чайка выступает за отмену смертной казни. Правда, в 2001 году он оговаривался: чеченские террористы не являются "в прямом смысле людьми" и заслуживают смерти.

Назначение Чайки большинство рядовых сотрудников Генпрокуратуры вполне устраивает -- он свой, из прокурорских, хотя последние семь лет и работал в другом ведомстве. Другие кандидаты в генпрокуроры, в частности полпред президента в Южном федеральном округе Дмитрий Козак, грозили Генпрокуратуре серьезными потрясениями. Козак давно обещал реформировать органы прокуратуры: оставить за ними функции надзора и представительства обвинения в судах, а следствие передать в единый следственный комитет, который объединит следственные органы прокуратуры, МВД и ФСБ. Чайка в Совете федерации сразу заявил, что никаких реформ в его ведомстве не будет и он вообще против каких-либо изменений.

Но изменения, безусловно, произойдут, и прежде всего их ждут в руководстве Генпрокуратуры. Возможно, именно этим объясняется пусть робкая, но публичная попытка оказать противодействие Чайке. За четыре дня до внесения его кандидатуры в СФ на официальном сайте Генпрокуратуры появилось представление замгенпрокурора Сергея Фридинского (человека, которого с Северного Кавказа в Москву привел прежний генпрокурор Устинов), в котором говорилось о грубых нарушениях в подведомственной Минюсту Федеральной службе исполнения наказаний. Последнее время подобные представления крайне редко обнародовались Генпрокуратурой (если не считать случай с главой Минтранса Левитиным, связанный с авиакатастрофой самолета Ан-24 в Ненецком автономном округе в 2005 году, и борьбу военной прокуратуры с Министерством обороны).

Это представление легко объяснимо. Не сопротивляться назначению Чайки нынешние руководители Генпрокуратуры просто не могли. Многие из них, учитывая выслугу лет, достигли удобного для отставок пенсионного возраста и последнее время своими действиями вызывали раздражение как в Кремле, так и в обществе.

Первый замгенпрокурора Юрий Бирюков, курирующий следствие, оскандалился в деле "Трех китов" -- именно он санкционировал все решения об уголовном преследовании следователя Зайцева, таможенников Волкова и Файзулина, занимавшихся расследованием контрабанды мебели. Но после вмешательства президента Путина в это дело выяснилось, что не правы были именно гонители следователя и таможенников. Знающие люди говорят, что это дело было вытащено из-под сукна ровно для того, чтобы избавиться от Бирюкова.

Подчиненные замгенпрокурора Николая Шепеля наделали немало ошибок в ходе расследования уголовных дел по теракту в Беслане -- дошло до того, что потерпевшие решили жаловаться на следственные органы в Европейский суд по правам человека. Кому это понравится?

Еще один заместитель генпрокурора, Владимир Колесников, явно перегнул с уголовными делами в отношении руководителей Северной Осетии. Под следствием или подозрением оказалось чуть ли не все правительство республики. Не случайно после одобрения кандидатуры Чайки Колесников, являвшийся последнее время лицом Генпрокуратуры, заявил, что поработает с год и покинет ведомство -- пойдет в депутаты.

А очищенная от, ничего не скажешь, ярких личностей Генпрокуратура будет и дальше работать на благо государства в строго

---------------------------------------

Чайка сменил мундир

Чайку "ассоциируют" с Собяниным. Теперь прокуратурой будет заниматься другая группировка в президентской администрации

Новая газета, 22.06.2006


Назначение Юрия Чайки генеральным прокурором не означает качественных изменений в прокурорской системе, так полагают эксперты из числа бывших ее работников, считающие, что Генпрокуратура осталась под жестким контролем президентской администрации, просто этот контроль будут осуществлять люди другой группировки.

Отсюда и техническая замена Устинова на Чайку.

Если Владимира Устинова тесно связывали с заместителем главы президентской администрации Игорем Сечиным - давним соратником Владимира Путина, то Юрия Чайку ассоциируют с Сергеем Собяниным - новым руководителем администрации президента.

Карьера Юрия Чайки началась в Сибири. В 70-х годах он был межрайонным прокурором в Иркутской области, в начале 80-х работал в Восточно-Сибирской транспортной прокуратуре. В 1986-м стал первым зампрокурора Иркутской области, начальником следственного отдела. С 1990-го - восточносибирским транспортным прокурором.

Сергей Собянин тем временем строил карьеру на северо-западе Сибири. В 1990 году он стал начальником налоговой инспекции в г. Когалыме, в 1991 г. - главой администрации города, а с 1993-го - первым замглавы администрации всего Ханты-Мансийского автономного округа.

В Сибири Собянин и Чайка (хотя их и отделяла пара тысяч километров) могли пересекаться "по партийной линии". С 1988 по 1990 год оба работали в комитетах КПСС. Сергей Собянин был заместителем заворготделом Ханты-Мансийского окружного комитета партии, а Юрий Чайка - заведующим государственно-правовым отделом Иркутского обкома.

Анализируя этап работы Юрия Чайки в Генпрокуратуре (в 1995-м стал замгенпрокурора, а в 1998-м непродолжительное время исполнял обязанности генпрокурора), а затем и в Министерстве юстиции РФ (летом 1999-го Чайка - министр юстиции), эксперты рекомендуют обратить особое внимание на роль Назира Хапсирокова - бывшего завхоза Генпрокуратуры, который впоследствии стал помощником главы президентской администрации.

О Назире Хапсирокове, его роли в "правильном" разрешении многих уголовных разбирательств и в так называемом "деле нехорошей квартиры и Юрия Скуратова", которое инициировали для отставки прокурора, "Новая газета" сообщала еще в 1998-1999 годах, как в принципе и о специальном фонде Генеральной прокуратуры, на средства которого покупалась недвижимость для высокопоставленных чиновников этого ведомства.

На взгляд экспертов, Юрий Чайка, которого Скуратов, будучи генпрокурором, пригласил на работу в Москву, со временем оказался в другой команде.

"Когда Скуратов приступил к громким разоблачениям, касавшимся ельцинского окружения, его вынудили уйти, а Чайка выбрал "правильную" сторону, и на его поведение обратили внимание, - полагает один из бывших сотрудников госбезопасности. - Впоследствии, будучи министром юстиции, Чайка доказал свою исполнительность в деле "ЮКОСа". Обеспечение конфискации имущества компании, его четкой реализации, прохождения денег и вообще оперативная работа судебных приставов тоже не осталась без одобрительного взгляда из Кремля".

Что касается скандалов, в которых упоминалось имя Чайки, то они в основном были связаны с бизнесом его сына Артема. В 2001 году, как неоднократно сообщалось в прессе, Артем Чайка заключал соглашение с Верхнеленским речным пароходством (ЗАО "ВЛРП") о том, что пароходство примет указанного им человека на должность финансового директора.

Верхнеленское пароходство обеспечивает функционирование одного из главных транспортных путей Сибири. По нему, в частности, идет северный завоз топлива и продовольствия.

Затем фирма Чайки-сына (учредителем числился он и депутат Госдумы Башир Кодзоев) взяла в аренду около 10 судов для передачи их во фрахт по цене в два раза выше, чем арендная плата. Взамен пароходству на льготных условиях был предложен кредит на 2 млн долларов.

После конфликта, связанного с досрочным требованием вернуть деньги, было возбуждено уголовное дело. А руководитель пароходства, с которым Артем Чайка подписывал соглашение о финансовом директоре, был найден повесившимся в гараже.

Официальная версия - самоубийство.

--------------------------------------------------------

Что в прошлом у будущего генпрокурора

Московский Комсомолец, 20.06.2006

Марина Гриднева

 

Говорят, что назначение Чайки на должность министра юстиции в 1999 г. было личной инициативой тогдашнего премьера Путина. [...]

Первым заместителем Генпрокурора Юрий Чайка пробыл 4 года, а исполняющим обязанности — 4 месяца, после скандальной отставки Юрия Скуратова. Кстати, с Юрием Скуратовым Чайка учился вместе в Свердловском юридическом институте. Скуратов и взял в 1995-м году своего бывшего однокурсника в заместители. Он так охарактеризовал Чайку: “Я обратил на него внимание как на человека очень энергичного, требовательного и жесткого в борьбе с преступностью”.[...]

Запишем в негатив

До назначения Чайки министром юстиции на свет вылезла история, связанная с его сыном. В начале 1999 года некая одинцовская фирма, уставшая от наездов рэкетиров, обратилась в местный РОБОП за помощью. Бандитов задержали, а машина, на которой приезжали вымогатели, в базе данных числилась за Чайкой. На ней, как установили позже, разъезжали два ингушских бандита из Иркутска — Чумаков и Евлоев. У них нашли спецталон без права проверки автомобиля, разрешение на парковку у здания Госдумы, а также револьвер, гранату РГД-5 с запалом и героин. И — доверенность на машину от имени сына Чайки Артема, работавшего адвокатом. По оперативной информации, Евлоев и Чумаков были друзьями и охранниками Чайки-младшего. Ингушей потом признали виновными в вымогательстве. Сам же Чайка заявил: “Евлоева и Чумакова я не знаю, а спецталон и номера я делал для себя, так как периодически пользуюсь этой машиной вместо служебной”. При этом Чайка выразил уверенность, что его сын будет впредь более осторожен в выборе знакомых.

Кстати, на компромат-сайтах размещено немало “наездов” на Чайку-старшего. Но все они касаются его работы в Иркутской области и никаких официальных подтверждений не получили.

----------------------------------------------------------

Чайка сменил мундир. Быстро, но ненадолго

Ведомости, 20.06.2006

Алексей Никольский, Анастасия Корня, Елена Руднева, Александр Беккер

[...] В Генпрокуратуре официально обсуждать личность будущего начальника отказались, но один из сотрудников ведомства рассказал “Ведомостям”, что Чайка — “не худший вариант и не будет рубить сук, на котором ему сидеть”, и подвергать Генпрокуратуру реформе. Но это не означает, что новый генпрокурор обойдется без кадровой чистки.Некоторые из заместителей генпрокурора, например нынешний и. о. генпрокурора Юрий Бирюков, а также кое-кто из работников ведомства с Северного Кавказа, приведенных Устиновым, постепенно будут уволены, прогнозирует сотрудник ведомства. Устинов не раз публично подвергал критике Минюст. В ежегодных докладах бывшего генпрокурора деятельность министерства Чайки оценивалась как провальная. “Будет странно, если Чайка не перетряхнет аппарат Генпрокуратуры и не избавится от наиболее преданных Устинову людей”, — предположил сенатор, близкий к органам прокуратуры.[...]

-----------------------------------------------------

Генпрокурор - Чайка, Слиска - "утка"

Известия, 19.06.2006,

Виктория Соколова, Кирилл Привалов, Владимир Перекрест

[...] Года два назад в Минюсте воплотили давнюю задумку: организовали всероссийский песенный конкурс среди осужденных - "Калина красная". Осужденным петь понравилось. А тогдашнему генпрокурору Устинову - нет.

- Фантазия чиновников ГУИНа бьет ключом, на всю страну идет пропаганда преступной субкультуры, - такую рецензию выдал как-то генпрокурор. - Могу представить, что думают пострадавшие, наблюдая с экрана уркаганское веселье.[...]

Что известно о Чайке

55-летний Юрий Чайка в Генпрокуратуре не чужак: с ноября 1995 года он - первый заместитель генпрокурора, а с апреля по август 1999 года - руководитель этого ведомства. На Большой Дмитровке он запомнился тем, что в 1996 году курировал знаменитое "дело о коробке из-под ксерокса", в которой во время избирательной кампании из Дома правительства было вынесено более $500 тыс. Чайка спустил это дело на тормозах. Кроме того, ему приписывают и активную роль в "заминании" скандала с нецелевым использованием кредитов Международного валютного фонда. И впоследствии ничто не сбило Чайку с намеченного курса, проложенного ему Владимиром Путиным в 1999 году (когда нынешний глава государства был премьером). Именно такая позиция - стремление не лезть в политику, не участвовать в "дворцовых интригах", не слишком светиться на экранах и в прессе, возможно, сыграла решающую роль в выборе кандидатуры Юрия Чайки на должность генпрокурора. Чайка начал свою трудовую биографию в 1976 году следователем райпрокуратуры Иркутской области. На повышение в Москву в 1995 году ушел с должности прокурора Иркутской области. Женат. Имеет двоих детей.[...].

15.07.2006

Опубликовано: 15.07.2006

* Согласно требованию Роскомнадзора, при подготовке и размещении материалов о специальной операции на Украине все российские СМИ обязаны пользоваться информацией только из официальных источников РФ. Мы не можем публиковать материалы, в которых проводимая операция называется «нападением», «вторжением», «войной» либо «объявлением войны», если это не прямая цитата (статья 53 ФЗ о СМИ). В случае нарушения требования со СМИ может быть взыскан штраф в размере 5 млн рублей, также может последовать блокировка издания.

** Компания Meta и принадлежащие ей соцсети Facebook и Instagram признаны экстремистскими, их деятельность запрещена в России.

Данное сообщение (материал) создано (или могло быть создано) и/или распространено (или могло быть распространено) иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и/или российским юридическим (или физическим) лицом, выполняющим функции иностранного агента.

Комментарии

{{ comment.username }}

Спасибо за сообщение, Ваш комментарий отправлен на модерацию.

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}