Мнение Михаил Шевелев echo.msk.ru

Михаил Шевелев: Мой Путин

Каково это — всю жизнь с одним президентом? В день рождения Владимира Путина об этом рассказывает 19-летний корреспондент «МБХ Медиа» Михаил Шевелёв.

Я родился в январе 1999 года. Прошло чуть меньше года, и Владимир Путин стал сначала исполняющим обязанности, а потом и полноценным президентом России. То есть формально я немного пожил и при Ельцине, но помню те времена смутно. Гораздо лучше я помню те несколько моментов, когда Владимир Путин вмешивался в мою жизнь.

В первый раз это произошло зимой 2003 года. Вторая война в Чечне к тому моменту уже закончилась, но Грозный, как и многие другие города республики, по-прежнему был в развалинах. Местный водитель Алихан тогда занялся тем, что забирал детей из Грозного и привозил в Москву, чтобы они хоть немного пожили спокойно и не среди разрушенных домов. Несколько московских семей, в свою очередь, увидев объявления Алихана в газетах, соглашались взять маленьких чеченцев к себе на пару месяцев.

Одной из этих семей оказалась моя, одним из чеченцев — Аслан. Не помню, как мы познакомились и как папа с мамой объяснили мне, что это за парень, с которым я теперь должен делить комнату и просмотр мультиков. Но могу хоть сейчас перечислить команды, которые мы выбирали себе, когда ожесточенно играли в настольный футбол. «Челси», «Манчестер Юнайтед», «Барселона» — в моих руках (буквально) тогда была вся футбольная элита. Аслан всегда выбирал «Терек». О клубе, а уж тем более о реке с таким названием я до этого не слышал и возмущался, почему он не выберет себе нормальную команду.

У четырехлетнего меня и одиннадцатилетнего Аслана было примерно поровну общих знаний об окружающем мире, хотя по количеству житейского опыта он обгонял всех членов нашей семьи. Судя по дневнику моей мамы, который она позже опубликовала в «Новой газете», Аслан знал, сколько патронов в обойме автомата Калашникова и как незаметно прошмыгнуть мимо большинства блокпостов в Грозном, но о существовании салюта до приезда в Москву не догадывался.

С Асланом мы очень подружились, и я плакал, когда он уезжал обратно. Не от того, что представлял те ужасы, которые ждут его дома, а потому что лишался товарища. Так, увеличивая свой рейтинг чеченской войной, Путин познакомил нас с Асланом. Но за ту жизнь, которая у него была до нашей встречи и возобновилась через пару месяцев, я российскому президенту отнюдь не благодарен. За друга обидно.

Во второй раз я с Путиным столкнулся нескоро, через 9 лет. А именно — на Болотной площади 6 мая 2012 года. Отец и раньше брал меня на митинги: много народу, крики — мне нравилось. Сейчас я немного злюсь на него из-за этого. Тогда я невольно принимал участие в совместном выражении политической позиции протестующих. И, как бы сегодня я им не сочувствовал, в 13 лет суть происходящего я осознавал плохо.

Так или иначе, пройдя 6 мая по Якиманке, мы с отцом уперлись в сотни полицейских, охраняющих Путина от нас. В легендарной «сидячей забастовке» мы не участвовали, но были где-то поблизости, а к началу давки оказались в первом ряду митингующих, прямо перед рядами полицейских.

Становилось все напряженнее и отец вывел меня оттуда за несколько минут до того, как полицейские стали надвигаться на людей и бить их. Но те минут 10, что мы провели в самой гуще предстоящих событий, были самыми страшными в жизни. Это именно то чувство, когда от страха у тебя подкашиваются ноги, и ты не можешь сдвинуться с места, я помню его очень отчетливо.

Полицейские в итоге отлично справились со своими обязанностями по охране Путина.

А через несколько лет он пришел откуда не ждали. Я заканчивал одиннадцатый класс в 2016 году, когда Крым уже окончательно был наш. Мы с одноклассниками собирались туда поехать после всех экзаменов и поступлений.

Без родителей и учителей уже, наконец. Естественно, мы все спланировали заранее. Как прилетим в Симферополь, а оттуда поедем по побережью. В лицее мы много ходили в походы, ездили в разные места, поэтому в том, что касалось туризма, были не новичками (смешно сейчас эти слова смотрятся рядом). Поэтому же последняя совместная поездка казалась нам такой важной.

Когда теоретическая подготовка была закончена, пришлось искать спонсоров этого путешествия. Вариантов было немного, и я начал аккуратный разговор с родителями. Прощупывание почвы закончилось жестким запретом отца, который аргументировал свою позицию тем, что «ехать веселиться на оккупированную территорию не стоит». Контраргумент «да плевать я хотел на то, что там чье и кем оккупированное» был отвергнут. Так я и лишился, как мне тогда казалось, самого важного путешествия.

Обидно было уже за себя. Аннексию Крыма я и до этого не поддерживал, но тут я возненавидел ее и тех, кто ее совершил.

Так сегодняшний именинник вмешивался в мою жизнь, и не сказать, что оставил о себе приятные воспоминания. Теперь хотелось бы и мне как избирателю и гражданину поучаствовать в его.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}