Мнение Юлия ФАБРИЦКАЯ polit.ru

ТРИУМФ ГИПЕРЛОЯЛЬНОЙ ГЛУПОСТИ

Дума - против общественных организаций.

Одной из самых скандальных инициатив власти последнего времени является законопроект, в случае принятия обещающий создать серьезные проблемы отечественным и иностранным общественным организациям в России, который в целом призван усилить государственный контроль над гражданским обществом. Речь идет о поправках в два основных закона, регулирующих деятельность некоммерческих организаций (НКО) - "Об общественных объединениях" и "О некоммерческих организациях".

Против поспешного принятия законов выступили крупнейшие общественные организации и НКО, группа наиболее активных членов формирующейся и вполне лояльной властям Общественной палаты, члены комиссии при президенте по развитию институтов гражданского общества, уполномоченный по правам человека в РФ Владимир Лукин, эксперты-юристы и мн. др. Вопреки всем прогнозам и здравому смыслу, но в согласии с твердой позицией кремлевской администрации после бурного обсуждения Госдума одобрила законопроект в первом чтении (его поддержали 370 депутатов, 18 было против, трое воздержались).

Представлял законопроект член фракции «Единая Россия» Андрей Макаров, который известен как весьма разумный парламентарий, критикующий в том числе правительственные законопроекты, если они содержат глупости, допускают коррупционное толкование или могут привести к репрессиям в отношении граждан. Однако личное и профессиональное мнение даже разумных депутатов не влияет на принятие законопроектов, на которых настаивает Кремль, в чем сам Андрей Макаров тоже не раз признавался. Иллюстрацией решительности властей в этом вопросе могут служить давние заявления президента о том, что некоторые организации не столько думают о защите прав российских граждан, сколько отрабатывают зарубежные гранты, а значит, не могут кусать руку, которая кормит.

Данная законодательная инициатива оформилась на гребне страха, поразившего высшее российское чиновничество после «революционных» перемен в таких странах, как Грузия, Украина и Киргизия. Дело в том, что «контрреволюционные» политики и политические аналитики во всех этих странах отмечали участие иностранных - прежде всего американских - фондов в финансировании проектов революционной оппозиции, в том числе и в создании организаций, владеющих техникой уличного протеста. А на Украине как раз происходит довольно комичное выяснение вопроса о том, куда были потрачены деньги Бориса Березовского, которые он перечислял сторонникам Ющенко с целью «поддержать демократию».

И, как обычно и бывает на волне страха, российские власти принимают абсурдное, контрэффективное решение, не говоря уже о том, что оно является коррупционным и репрессивным и вынудит закрыться многие иностранные фонды и российские общественные организации, в том числе и те, кто тратит деньги на развитие российской культуры и образования, на увеличение культурных связей, на социальные и благотворительные программы.

Если бы выяснилось, что определенные иностранные фонды участвуют в финансировании отдельных партий или революционных молодежных организаций, то это бы и так было нарушением российского законодательства, согласно которому иностранные фонды не имеют право финансировать политическую деятельность. Вместо того чтобы расследовать и доказывать такие вещи, использовать их в политике, играть во влияния и контрвлияния, делать публичными скрытые интересы, отличать деятельность по захвату власти от общественной инициативы и социальной благотворительности – кремлевские законотворцы развернулись по полной, «наказывая невиновных и награждая непричастных», что только увеличит базу протестных настроений в обществе. Сложности в легальной деятельности гипотетическим шпионам и заговорщикам только на руку, а настоящие общественные организации и НКО привыкли работать легально и прозрачно.

Формально авторами документа, который должен вступить в силу с 1 января будущего года, выступила группа депутатов во главе с председателем комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций Сергеем Поповым, но наблюдатели очень сильно грешат на то, что инициатива исходит из Кремля. Впрочем, члены НКО уверены в одном – ни с одной из реальных общественных организаций этот документ не обсуждался.

Согласно предлагаемым поправкам все неправительственные организации в течение года должны будут пройти перерегистрацию, а иностранные и международные НКО и вовсе больше не смогут иметь в России свои филиалы и представительства - будь то “Врачи без границ”, “Human Rights Watch”, культурный или благотворительный фонд. Для того чтобы действовать в России, им придется преобразоваться в общественное объединение и заново регистрироваться. При этом иностранному филиалу нужно сначала закрыться, уволить всех сотрудников, распродать все имущество, приостановить программы, пройти многомесячную волокиту со сбором и оформлением необходимых документов и, наконец, в том случае если их деятельность не будет признана экстремистской или легализующей преступные доходы, открыться и заработать вновь. При этом определить степень “преступности” организации должна будет Росрегистрация, проводя собственные расследования.

"Предложение запретить иностранным НКО иметь на территории РФ филиалы и представительства - абсурдно, - считает Алла Толмасова, юрист Центра развития демократии и прав человека. - Из Гражданского кодекса РФ известно, что статус организации в качестве юридического лица и его организационно-правовая форма определяются на основе закона места, где учреждено юридическое лицо."

Например, сейчас в России успешно действует представительство Фонда Форда. По словам Толмасовой, ни закон, которому подчиняется фонд, ни просто здравый смысл не допускают создания отделения Фонда Форда на территории России в форме общественной организации. Следовательно, Фонд Форда и многие аналогичные ему иностранные организации будут вынуждены прекратить на территории Российской Федерации свою деятельность. Многие программы будут свернуты, а российские граждане потеряют рабочие места.

Кроме того, замечает юрист, есть в международном праве такое понятие, как реторсии - ответные ограничения прав граждан и юридических лиц тех государств, в которых осуществляются специальные ограничения: “Как мы будем реагировать, если Черноморскому филиалу МГУ в Севастополе будет приказано превратиться в общественную организацию?”

Еще одно нововведение, касающееся деятельности иностранных НКО, - это лишение иностранных граждан и лиц без гражданства, проживающих за пределами Российской Федерации, права учреждать некоммерческие организации. “По какой причине следует ограничить права иностранного гражданина создать в России фонд на основе своего имущества, не вполне понятно, - недоумевает Толмасова, - Почему потомки Пушкина, Толстого или представители дома Романовых, проживающие за пределами России, не могут создать в России фонд помощи малоимущим студентам или фонд содействия российскому искусству?”

Поправки не обошли стороной и российские некоммерческие организации. Разрешение на существование в Росрегистрации по новым правилам обязаны будут получать не только общественные объединения (которым это было предписано и до того), но и те НКО, которые до сегодняшнего дня должны были отчитываться только перед ФНС.

“Общественная организация может существовать без регистрации, если она не претендует на создание юридического лица, т.е. не заводит счет в банке и не открывает офис, теперь же полагается всем таким организациям заявлять о себе власти, - рассказала “Полит.ру” председатель Московской Хельсинкской Группы Людмила Алексеева. - В законопроекте говорится об уведомительном заявлении, т.е. власть не может запретить такую организацию, но у нас существует и уведомление о месте проживания граждан, и мы знаем, как на самом деле это уведомление превращается в очень жесткую разрешительную, а точнее - запретительную практику. То же самое будет с организациями. Непонятно, и что будет считаться организациями. Предположим, ко мне раз в неделю приходит группа людей, мы пьем чай и обсуждаем вопросы, которые нас интересуют, собираемся регулярно. Я должна сообщать об этом чиновникам? Или мне могут сделать предупреждение, что я их не уведомила, а у меня собирается “организация”? Да такого даже в советское время не было”.

Кроме необходимости получать разрешение, новые поправки вводят обязанность для общественного объединения представлять по требованию Росрегистрации финансово-хозяйственные документы. Причем специально не оговаривается, какие именно документы имеются в виду.

По словам Алексеевой, теперь каждый мелкий чиновник получит право вмешиваться в деятельность организации и оценивать, соответствует ли ее деятельность уставной, а также характеру деятельности, обозначенному при предоставлении организации какого-либо гранта, хотя это касается только взаимоотношений между грантодателем и грантополучателем.

В случае если будут “выявлены” нарушения, организация по требованию Министерства юстиции или Генеральной прокуратуры может быть распущена. Это при том, что на гражданские инициативы и без того уже оказывается сильное давление – был бы повод.

“Властям это нужно, чтобы разрушить гражданское общество, - говорит Людмила Алексеева. - Они уже поставили под контроль политические партии, разрушили судебную власть, которая сейчас стоит по стойке смирно перед исполнительной властью, законодательную власть тоже превратили в ее придаток, СМИ под контролем. У нас только и остался “третий сектор” - некоммерческие неполитические общественные организации – вот и принялись за нас”.

Сами разработчики законопроекта необходимость его принятия в пояснительной записке объясняют отсутствием в законодательстве о некоммерческих организациях механизма контроля за их деятельностью. По мнению юристов, это утверждение не соответствует действительности, так как “деятельность некоммерческих организаций, равно как и коммерческих, регулируется целой совокупностью правовых нормативных актов, начиная с Конституции Российской Федерации и заканчивая приказами органов исполнительной власти”.

В рамках уже существующего законодательства деятельность НКО - впрочем, как и коммерческих организаций - так или иначе контролируется Прокуратурой, милицией, ФСБ, Федеральной службой по финансовому мониторингу, Налоговой службой, Счетной палатой и Федеральной службой государственной статистики. Разработчики законопроекта, по-видимому, предполагают, что все перечисленные выше государственные службы не справляются с возложенными на них обязанностями и их следует заменить единым органом контроля. В итоге мы получим дублирование функций государственных органов.

По единодушным оценкам экспертов, проект закона является дискриминационным по отношению к неправительственным организациям, существенно и необоснованно сокращает конституционное право граждан на объединение. Правозащитники подготовили обращение к депутатам Госдумы, под которым подписались более тысячи представителей различных некоммерческих организаций. “Мы будем добиваться, чтобы этот законопроект не превратился в закон, - заявила Алексеева. - Если же все-таки это случится, мы будет добиваться его отмены. Будем обращаться к президенту, чтоб он не подписывал этот законопроект, в президентский совет по гражданскому обществу и правам человека с просьбой о срочном заседании на эту тему”. Алексеева категорически отрицает, что этот законопроект стал следствием их встречи с Путиным на первом заседании Президентского совета по содействию развитию гражданского общества и прав человека, где он и озвучил свое категорическое неприятие финансирования из-за рубежа политической деятельности в России, не обозначив границы понятия “политической деятельности”: “Ни одно уважающее себя государство этого не допускает. И мы не допустим”.

“Ни о чем таком речь не шла, - говорит Людмила Алексеева, - он сказал тогда, что считает недопустимым финансирование политической деятельности. А НКО не занимается политикой, если только президент это понимает. А ведь он должен понимать – он же юрист!”

Параллельно удушению общественных структур предполагается и специальная подкормка лояльных организаций (хотя данные законы ударят и по лояльным организациям тоже). Бюджет следующего года уже сейчас предусматривает выделение полумиллиарда рублей на субсидирование общественных организаций в России и за рубежом. Хорошо, конечно, что не только иностранные фонды, но и российское государство решили поддержать гражданское общество финансово, однако следует понимать, что само государство в этой роли неэффективно – оно будет клонировать гиперлояльные, безынициативные структуры, к общественной деятельности не имеющие отношения.

Государственные деньги в этой сфере могли бы быть, однако они должны быть пропущены через структуры фондов с негосударственным попечительским советом. А еще лучше для начала было бы показать бизнесу, что он может не бояться репрессий и даже рассчитывать на определенные льготы, если будет поддерживать общественные организации. Тем более, что многие из них работают в тех сферах, где государство не справляется со своими функциями, то есть объективно помогают России.

Пока страх приводит к неумным и затратным решениям, которые будут иметь для властей эффект, противоположный ожидаемому, а для общественных организаций и НКО может стать ударом, от которого многие из них могут и не оправиться.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}