Мнение Юлия ЛАТЫНИНА ej.ru

САПОГИ В ДАГЕСТАНЕ

Президент Путин побывал в республике Дагестан, но о его визите стало известно только после его отлета. Если глава государства вынужден по соображениям безопасности летать в республику инкогнито, наверное, у республики есть проблемы.

И мы убедились, что Путин увидел эти проблемы. Он говорил о них прямо и открыто.

В частности, он обрушился со смелой критикой на обувь для горных дивизий. «В таких не то что по горам, а просто по земле ходить невозможно. С обувью разберитесь, все это в мире уже известно»,– приказал глава государства.

Надо сказать, что еще Квашнин, будучи назначен полпредом в Сибирь, начал с того, что на выставке вооружений лично распорядился о закупке стелек. Один про стельки, другой про обувь - глядишь, к 2008 году и до брюк доберемся.

Что же касается горных бригад, то они нужны затем, чтобы защищать республику от прорывающихся в нее боевиков. Ведь в южных регионах «находятся курорты Краснодарского края, а там миллионы наших граждан отдыхают, и эта зона должна быть защищена».

Надо сказать, что такое предназначение горных бригад меня сильно удивило. Во-первых, боевики не столько прорываются в республику, сколько живут в ней. Например, покойный Расул Макашарипов, лидер джамаата «Джаннат», никуда не прорывался. И ловили его в Махачкале, и застрелили там же. Вообще с Макашариповым - странная история. Потому что в первый раз его поймали еще в 1999 году, после вторжения чеченцев в Дагестан. Он был тогда переводчиком Басаева. Потом его отпустили, одни говорят, за взятку, другие - за подписку о сотрудничестве. После этого Макашарипов вернулся в Чечню и там сказал братьям-ваххабитам, что хочет бороться против неверных. Но братья-ваххабиты засомневались. «Да ты же стукач, - сказали ему, - как тебя иначе отпустили?»

Тогда Макашарипов поклялся доказать, что он не стукач. Он вернулся в Дагестан и начал там взрывать сотрудников силовых структур. Словом, история самого известного террориста Дагестана не имеет отношения к боевикам, приходящим извне. Однако она имеет отношение к чудовищной коррупции внутри, когда все равно, кого освобождать за деньги - убийцу, вора или террориста.

Не менее странным мне кажется и то, что в изъеденном терроризмом Дагестане президент Путин говорил о необходимости защищать курортников в Краснодарском крае. Может быть, это произошло подсознательно (все-таки Краснодарский край - это Сочи, Красная Поляна и новый курорт для президента). Однажды я уже писала, что Россия относится к Кавказу как к оккупированной территории. Говорить в военном Дагестане об угрозе мирному Краснодару - это, похоже, списывать самое Дагестан.

Возможно, президент Путин подверг острой критике не только качество сапог для горных бригад. Но публика не услышала этой критики и не увидела никаких отставок. Глава Госсовета Дагестана Магомедали Магомедов следовал за Путиным постоянно, и казалось, они в наилучших отношениях.

Между тем в Дагестане - ужасающая коррупция. Приведу простой пример. Из трех сыновей Магомедова один контролирует местный «Хлебопродукт», другой - производство минеральной воды (ОАО «Денеб»), третий - нефтеперевалку. Все остальные родственники тоже не обижены должностями.

Часто говорят, что в многонациональной республике один правящий клан - даргинцы. Это не совсем так: большинство должностей продается, а в супермаркете национальность покупателя не имеет значения. Часто одна должность продается нескольким, и они выясняют с помощью гранатомета, кто достоин ее занять.

Терроризм в республике стал следствием тотальной коррупции. Потому что в условиях коррупции единственным бизнесом является должность. То есть дележка одного миллиарда долларов федеральных субсидий республике.

Такой способ дележки ВВП приводит к простой вещи. Все жители Дагестана делятся на четыре категории. Одна получает должность (и доступ к кормушке) по родственным каналам. Другая - покупает должность и отбивает деньги. Третья категория - это вооруженная свита первых и вторых. А четвертая - это безработные молодые люди, к которым приходят ваххабиты и говорят: «У тебя нет денег? Ты не можешь жениться? Вот тебе деньги - иди и убивай ментов».

Если вы не зарабатываете деньги, а делите их, у вас нет нужды в работниках, но есть нужда в слугах, нукерах и родичах. Так исчезает закон, зато крепнут родовые связи. Никому уже не важно, убийца ты или нет. Ваххабит или нет. Важно - родственник ты или нет. Односельчанин или нет.

Недавно у Гимринского туннеля была перестрелка. Там обнаружили взрывчатку, ваххабиты хотели взорвать туннель, в перестрелке (со стороны ваххабитов) убили человека с удостоверением ФСБ. Но тут еще надо выяснять, что да как. Важно другое: когда в Гимры поехали арестовывать людей, заложивших взрывчатку (а кто это сделал, знает вся республика), то жители просто не пустили милицию в село.

Другая такая же перестрелка была в Хасавюрте. Люди Кадырова приехали арестовывать братьев Аджиевых. Перестрелка между чеченцами и кумыками продолжалась всю ночь. Подкрепление к Кадырову подойти не могло, потому что кумыки завалили мост через реку двумя машинами с гравием. Убили чеченца с одной стороны и кумыка с другой. Утром кадыровцы убрались в Чечню.

Такие перестрелки, митинги и демонстрации происходят каждую неделю. В них принимают участие от двух сотен до двух-трех тысяч человек. И вот в эту республику прилетает президент Путин и находит существенные недостатки - в обуви для горных бригад.

Зачем же Путин тогда прилетел? - спросите вы. Неужели он не знает, что происходит в республике? Неужели он не прочел доклад Козака, в котором говорится об опасности развала Кавказа и о фактическом возникновении в Дагестане ваххабитских анклавов, неподвластных Махачкале?

У меня есть гипотеза.

Похожая ситуация уже была почти год назад. Осенью один из лидеров аварской оппозиции, мэр Хасавюрта Сайгидпаша Умаханов созвал митинг оппозиции. Несколько десятков тысяч вооруженных людей обвиняли главу республики в политических убийствах и требовали его отставки. Умаханову в Кремле намекнули: «Созови митинг. Нам надоел Магомедов. Но нам нужен предлог». После митинга Магомедов срочно поехал в Кремль - мириться. Не знаю, во что ему это обошлось. Но после этого Умаханову намекнули, что он задачу свою выполнил и может больше не митинговать. В республике считают, что путинское окружение просто воспользовалось аварской оппозицией, чтобы вытрясти из Магомедова деньги.

Так вот сейчас происходит то же самое. Снова - слухи о скорой отставке Магомедали Магомедова, которые буквально наводнили Дагестан. Снова - заверения аварским лидерам в Кремле, что вот-вот, уже чуть-чуть, сейчас снимут. Доклад Козака - искренний и отчаянный. А потом тот же Дмитрий Козак вручает Магомедову в связи с 75-летием орден «За заслуги перед Отечеством» 1-й степени, и Путин прилетает в Дагестан и не расстается с главой республики.

Похоже, что это та же самая «разводка» с целью добывания денег, только на этот раз окружение Путина использовало в своих целях не Сайгидпашу Умаханова, а Дмитрия Козака.

Возможно, я клевещу. Возможно, я чего-то не понимаю в кремлевской политике. Возможно, есть другое логическое объяснение того факта, что полпред президента пишет доклад, в котором говорится о тотальной коррупции в Дагестане, а после этого президент прилетает в Дагестан - и самым суровым объектом его бескомпромиссной критики становятся кирзовые сапоги для горных бригад.

Назовите мне это объяснение.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}