Мнение Владимир СЕМЕНОВ globalrus.ru

ВРАЧИ-ВРЕДИТЕЛИ

Политическая ошибка хуже преступления

Власть не могла, не имела права не бороться против Ходорковского. При этом метод физических репрессий (а как еще назвать тюрьму?) – серьезнейшая ошибка власти не только в этой борьбе, но и вообще, на пути модернизации страны.

Высказанный тезис - не хитрая и трусливая "срединная" позиция.

Жизнь предъявила запрос на творчество, и власть ситуацию "про...ла" - какой уж в таком подходе центризм...

Во второй половине 90-х годов только ленивый не сокрушался по поводу установления "олигархического капитализма" в России. Не кто иной, как господин Немцов с гордостью утверждал, что в новой истории он первый употребил это бранное слово - "олигарх". Что не мешало "Яблоку" ежечасно обвинять СПС в служении "олигархату". А коммунистам в этом грехе обличать Явлинского. В 2003-м "красные" сами растянулись на той же кожуре.

Вне эмоций, неоспорим факт: российская степень концентрации богатств в руках нескольких лиц никак не соответствует стандартам сколь-нибудь развитых стран. Экономические, политические, социальные, моральные последствия подобных диспропорций очевидны. Аналитики много говорили про опасность "чеболизации" экономики России; потом из Юго-Восточной Азии пришел финансовый кризис, лишний раз показавший, что наши "чеболи" еще вреднее и беспринципнее, чем на родине этого термина.

Ко всем стандартным "прелестям" монополизма (невнимание к издержкам, качеству и прочее) здесь еще добавилась неуплата налогов с использованием политических средств.

Власть сочла, что ей надо со всей решительностью "ударить по штабам" этой системы. Но не по всем – чтобы не осталось "выжженной земли" - а по самой крупной, сплоченной, строптивой монополистической группе.

Логика понятна, поскольку донельзя прямолинейна. Впрочем, вполне очевидны и результаты подобной "кавалерийской атаки".

Даже если предположить, что цель достигнута. (А почему, собственно? Степень концентрации собственности изменилась? А рост собираемости налогов вполне коррелирует с процессом их снижения).

Пусть и с обретенным максимумом позитива – какой баланс имеет страна? Монополизм, налоги – предметы бесконечно важные. Но кремлевский удар оказался нанесен по самому становому хребту современной экономики – легитимности собственности. Факт юридически сомнительного отъема имущества, густая тень на российской судебной системе, атмосфера подозрительности, возбуждение социального реваншизма – все перечисленное работает против поступательного развития России. И противоречит самым фундаментальным установкам самого Кремля – того же удвоения ВВП, например.

То, что экономику потравили основательно – сомнений не вызывает. Но так ли принципиальна произошедшая смена лиц? Старые "олигархи" тоже были не биллы гейтсы, а люди назначенные. Пришел Путин, огляделся, и осознал, что "назначенцы" не слишком радуют – расточительны, политически амбициозны, да и вообще – не патриоты какие-то. Вот, в США "нефтянка" принадлежит "простым техасским парням", это же не IT бизнес, в конце концов. И теперь у нас происходит обычная смена элит. Конечно не без российской специфики.

Однако при Ельцине назначали все же не просто так. Выдавали миллиард тем, кто уже имел миллион. Но чтобы заработать даже такие "смешные" деньги, даже тогда были необходимы и разум, и талант, и смелость.

Да, лучше бы было раздавать активы позже – не в середине 90-х. Цена их оказалась бы повыше, "пена" раннего капитализма – пониже. Но не было у тогдашней власти времени совсем – история не дала.

Наверное, Ельцин назначил не лучших людей. Но метод отбора все же существовал, и опирался на определенные объективные критерии.

Сегодня назначили людей только по принципу личной преданности. Чем это может способствовать хозяйственному развитию страны – непонятно.

Однако вообще никакой экономики не будет, когда рухнет власть. Ходорковский с властью боролся. Инвестировал немалые средства в замысел создания парламентской республики, которая, в российских условиях, гарантированно означает развал страны.

С вредными идеями, поддерживаемыми толстыми конвертами, бороться нужно. Прокурор может разобраться с конвертами. Но никак не с идеями.

Но что страна имеет сегодня? Ходорковский в тюрьме. Депутаты получают конверты достаточно "тощие", зато из "правильных" рук. А идей как не было, так и нет: то и дело возрождается проект парламентского правления, теперь уже не для премьерства мультимиллиардера, а для увековечения власти Путина. С тем же неизбежным катастрофическим результатом, естественно.

Ходорковский сидит, потому что представители российской законодательной, как, впрочем, и исполнительной, и судебной власти излишне падки на деньги? Ситуация выглядит не вполне справедливо. Кроме того, очевидно, что и без владельца ЮКОСа есть на Руси другие богатые люди. Но самое главное – стал ли богат мыслями сам политический класс страны?

Изоляция Ходорковского никак не могла этому способствовать. Даже наоборот, поскольку любые идеи закаляются и находят популярные формы именно в борьбе. Вокруг фигуры и денег владельца ЮКОСа собрались самые последовательные адепты западническо-либеральной общественной мысли. Их ряды ныне разметало – и представители государственническо-патриотической идеологии разом сиротливо оказались в смысловом вакууме, не стимулирующем творчество.

Опять то же самое: власть целится в Ходорковского, а "попадает" по конкурентной среде в целом. Это не просто "сбился прицел": бывший владелец ЮКОСа – плоть от плоти российского бизнеса и политического класса, со всеми достоинствами и недостатками последних. И эту среду можно либо радикально искоренить (со всеми последствиями), либо исправлять долгой и кропотливой терапией.

Процесс над Ходорковским был "показательным" - заявил помощник президента. Видимо, логика такого экстравагантного заявления такова: отсутствием лицемерия мы демонстрируем свое отличие от Андрея Януарьевича Вышинского, который в "показательности" своих процессов не признавался.

Стремление власти подвести черту под «лихими» девяностыми весьма похвально. Однако не следует забывать и про известный маршрут дорог, вымощенных благими намерениями.

Восприятие проступка преступлением зависит от не поголовности его совершения и не от избирательности за него наказания.

Некогда студентам, даже самым пьющим пиво, со всей силы вдалбливался Маркс. Вот цитата классика из «Дебатов по поводу закона о краже леса». Если народ «…видит наказание там, где нет преступления, он перестает видеть преступление там, где есть наказание».

И не может быть ничего опаснее этого.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}