Неладно Андрей Карев novayagazeta.ru

Три года колонии

Прокуратура запросила реальный срок для муниципального депутата Юлии Галяминой за участие в мирных акциях

Тверской суд Москвы закончил рассматривать уголовное дело в отношении муниципального депутата Юлии Галяминой. В ходе прений сторон прокуратура попросила признать ее виновной в многократном нарушении правил проведения митингов (ст. 212.1 УК РФ) и назначить ей наказание в виде лишения свободы на три года в колонии общего режима. Адвокаты требуют оправдательный приговор, поскольку не видят в действиях подзащитной состава преступления. Сама Галямина считает, что ее преследуют за политическую деятельность и за ее амбиции изменить ситуацию в стране через выборы.

Судебное разбирательство против Галяминой завершили на месяц раньше, чем предполагали адвокаты и прокуратура.
Председательствующий Анатолий Беляков спешил с рассмотрением дела и почти сразу включил максимальную скорость, чтобы приговор вынести до нового года. Слушания проходили в ежедневном режиме. Хотя заранее согласованный со всеми участниками процесса план был рассчитан на два с половиной месяца судебного следствия. Планировалось, что во время процесса будут допрошены 38 полицейских, но вместо этого прокурор вызвала 13 свидетелей, от остальных отказалась.

По версии обвинения, муниципальный депутат неоднократно привлекалась к административной ответственности за участие в несогласованных акциях по ст. 20.2 КоАП РФ с июля 2019 года по июль 2020 года. Однако для уголовного преследования по ст. 212.1 УК РФ, имеющей так называемую административную преюдицию, недостаточно только лишь составленных протоколов, уверены адвокаты. Согласно решению Конституционного суда за 2017 год, суды обязаны учитывать вред, причиненный участником протестов либо имуществу, либо гражданам. Однако в ходе процесса над Галяминой ни один свидетель об этом не заявил. 

Судья Беляков в ходе слушаний неоднократно задавал наводящие вопросы полицейским и эшникам об ущербе и вреде, который якобы могла причинить Галямина во время участия в акциях. Но правоохранители не смогли сказать ничего внятного, скорее делились своими предположениями и утверждали, что участники акций «мешали проходу других граждан» и «препятствовали доступу к транспортной инфраструктуре». Показания полицейских были идентичны друг другу, как под копирку. 

Во время выступления некоторых силовиков были раскрыты тайны «политического сыска».

Эшники рассказали, как «целенаправленно вбивали» в поисковики запросы о протестах на Трубной площади в Москве.
Один из полицейских знал о Галяминой еще до акции и потому «составил протокол» на нее. Другой свидетель признался, что на утренних построениях до полиции «доводили ориентировки» на оппозиционеров. На вопрос защиты, какие преступления экстремистской направленности обнаружили сотрудники по борьбе с экстремизмом, оперативник центра «Э» Дмитрий Гребенщиков ответил: «Факт скопления людей и выкрикивания лозунгов». Но при этом оговорился, что лозунги, которые выкрикивала Галямина, не были экстремистскими. 

Подсудимая вину не признает и хочет добиться одного — оправдательного приговора. Перед каждым заседанием у здания суда она встречалась с жителями Тимирязевского района, своими друзьями, коллегами и всеми неравнодушными, кто захотел ее поддержать.

Галямина старалась сделать каждое заседание особенным — приходила в суд каждый раз в новом дизайнерском платье. На прения она пришла в ярко-красном платье. 

18 декабря у суда собралось несколько десятков человек, чтобы поддержать мундепа. У некоторых в руках были цветы, которые они подарили Галяминой. Спустя несколько минут в руках она держала увесистый букет. Сама Галямина традиционно выступила перед собравшимися, сказав, что скоро «будем жить нормально». В костюме Деда Мороза пришел ее поддержать депутат Мосгордумы от «Справедливой России» Михаил Тимонов, объяснив выбор своего костюма приближающимися праздниками и желанием, как он иронично выразился, «поддержать внучку» и попросить у людей помощи в том, чтобы Россия была свободной. Пришли и другие коллеги Галяминой: депутаты Мосгордумы Евгений Ступин и Сергей Митрохин. 

Заседание началось с часовым опозданием из-за небольшой заминки. Приставы отказались пустить в зал некоторых друзей Галяминой, в том числе фигурантку дела «Нового величия» Анну Павликову и ее мужа Константина Котова, которого 5 сентября 2019 года осудили по «дадинской» статье. В связи с «коронавирусными ограничениями» на слушания пустили только участников процесса и ограниченное количество журналистов. Подсудимая в знак протеста заявила, что не пойдет на процесс без них.

— Почему вашей подзащитной нет на заседании? — удивился судья Беляков. 

— Мы просим пустить на заседание еще несколько человек, — попросили адвокаты.

— Фактически заседание было назначено на 12 часов дня. Юлия Евгеньевна практически саботирует суд, — нервничал судья и напомнил, что у Галяминой подписка о невыезде и ей может грозить ужесточение меры пресечения.

После небольшого перерыва в зал все-таки пустили несколько человек. 

— Дорогая пресса, я всегда добиваюсь того, что хочу. Обратите на это внимание, — сказала Галямина, вернувшись в зал.

Прения начались с выступления прокурора Ирины Васильевой, которая подробно напомнила все обстоятельства уголовного дела. По ее мнению, вина Галяминой полностью подтверждается показаниями полицейских и оперативников из отдела по борьбе с экстремизмом, видеозаписями и письменными материалами дела. Помимо прочего, считает гособвинение, подсудимая призывала в соцсетях к участию в несогласованных акциях, на них скандировала лозунги, не выполняла законные требования полицейских, создавала условия нарушения правопорядка, привлекала внимание граждан и сотрудников СМИ, мешала проходу пешеходов и проезду общественного транспорта. 

«Люди реагировали на призывы Галяминой, ставили лайки, делали репосты и приходили на акции», — добавила прокурор. Она попросила суд учесть при вынесении наказания, что действия Галяминой «создавали реальную угрозу гражданам и общественному порядку».

Следом прокурор запросила для подсудимой три года в колонии общего режима. 
Со своими возражениями следом выступили адвокаты Михаил Бирюков и Мария Эйсмонт. Они уверены, что деяния их подзащитной не образуют состав преступления по ст. 212.1 УК, поскольку ее действия носили мирный характер, на акциях протеста чужое имущество она не повреждала и никого не травмировала. Вместе с этим административные эпизоды, которые вменяют Галяминой, разделены большими временными интервалами, а уголовное дело возбуждено позже, чем через 180 дней после первого из них. Так, две административки были заведены еще в июле 2019 года, но судебные решения по ним вступили в законную силу только в феврале 2020 года.

«Уголовное дело в отношении моей доверительницы должно быть прекращено. Мирный протест — это не преступление», — отметил Бирюков.

Адвокат Эйсмонт напомнила, как в Тверском суде рассматривалось аналогичное дело в отношении Котова. Тогда следствие особо не церемонилось с ним, ограничившись несколькими томами дела.

Следователи по делу Галяминой подошли к работе масштабно: допросили огромное количество свидетелей, прослушивали телефоны мундепа, вычисляли каждого поставившего лайк в соцсетях под постами обвиняемой. А потом пробивали по телефонным базам людей среди «лайкнувших» и тех, кто потом ходил на ее акции. Защита обратила особое внимание, что в деле нет ущерба и потерпевших, а мотив всех прошедших акций — защита конституционных прав граждан. 

«Для чего все это нужно? Юлия никогда не отрицала, что это ее посты, которые выражают ее политические взгляды. А призывать людей на встречу и обсуждать общественно важные темы — нормальная работа нормального политика. Это настолько очевидно, но приходится это говорить, — вздыхает Эйсмонт. — Не важно, выкрикивала ли какие-то лозунги Юлия Галямина. Важно только одно: было ли это собрание мирным».

Сама Галямина считает, что против нее возбудили дело за ее политическую позицию и за ее амбиции поменять страну с помощью выборов, но это противоречит целям тех людей, которые ее преследуют.

«Власти увидели во мне сильного политического противника. За мной начали следить в июне 2020 года. Тогда начиналась кампании по правкам в Конституцию. Следственные органы пытались найти, к чему бы прицепиться ко мне, проводили обыски по делу «ЮКОСа». Хотя я никогда не имела к этому делу никакого отношения. Они ничего не нашли и придумали самое простое — [завели] статью 212.1. Это самое позорное, что можно было придумать. Я политик, и меня судят за политику», — заявила Галямина.

В своем последнем слове Галямина поблагодарила родных, коллег, друзей и избирателей за поддержку. «Опыт научил меня, что если люди делают что-то против тебя, это пойдет тебе на пользу», — Галямина процитировала Индиру Ганди. 


ИЗ ПОСЛЕДНЕГО СЛОВА ЮЛИИ ГАЛЯМИНОЙ:

 «Хочу сказать спасибо еще всем тем, кто меня преследовал: сотрудникам полиции, оперативникам, следователям, судьям и лично Владимиру Путину. Вы не только помогли мне увидеть, как много людей встало рядом со мной. Вы не только сделали меня сильнее, дав опыт стойкости и умения радоваться жизни, несмотря ни на что. Вы доказали всей стране, что я представляю для вас реальную угрозу.

Я педагог, муниципальный депутат, политик, выступающая за ненасильственные изменения, за честную политическую борьбу, за достойную жизнь людей. Я, женщина, представляю угрозу для мужчины, который, казалось бы, облечен всей возможной властью. Но этот мужчина — всего лишь маленький человечек, который боится мягкой женской силы. Боится, потому что, как показало вчерашнее шоу, ему совершенно нечего предложить народу России, кроме дешевых макарон и насилия. <...> Я без страха смотрю на сегодняшний суд: неважно, буду ли я на свободе или в тюрьме, смогу ли я лично дальше быть депутатом или нет, — я точно знаю, что это движение не остановить, и я буду работать для того, чтобы оно стало заметно каждому гражданину России, нашло отклик в каждой душе. И вдохновило каждого сделать шаг навстречу будущему». 


Галямина добавила, что те три года, которые запросила прокурор, она использует в свою пользу, чтобы стать популярным политиком в России и потом принять участие в президентских выборах. На ее слова публика в зале отреагировала аплодисментами. Судья не выдержал, встав из-за стола, недовольно произнес, что приговор огласит 23 декабря в 14 часов. 

«Думаю, меня хотят посадить, раз дали столько времени перед приговором. Мне нужно успеть со всеми попрощаться», — сказала Галямина после заседания. 

 

Опубликовано: 18 декабря 2020 г

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}