Неладно ura.news

Главный актив Навального под угрозой закрытия

Министерство юстиции РФ внесло Фонд борьбы с коррупцией, который в 2011 году основал блогер Алексей Навальный, в реестр некоммерческих организаций, «выполняющих функции иностранного агента».

Основанием для этого, как объяснили в Минюсте, стало то, что ФБК «имеет все признаки» иностранного агента: занимается политической деятельностью и получает финансирование из-за рубежа. Чтобы разобраться в сути закона об иноагентах и узнать о возможных последствиях для ФБК из-за попадания в специальный список, «URA.RU» отвечает на главные вопросы.

В чем подозревают Фонд борьбы с коррупцией?

Инициатором включения фонда в реестр иноагентов выступил Минюст по итогам собственной проверки. Как объяснил директор департамента по делам некоммерческих организаций Минюста Владимир Титов, основанием стало участие ФБК в политической деятельности и финансирование из-за рубежа. «Только в 2019 году были получены из-за рубежа средства на сумму 140 тысяч в рублевом эквиваленте. Были два транша из Испании», — объяснил Титов.

В самом фонде заявляют, что «никогда не получали ни копейки иностранных денег». «Все деньги ФБК — ваши пожертвования (граждан РФ). Действия Минюста абсолютно незаконны», — написал на своей странице в Twitter глава ФБК Алексей Навальный. На момент публикации связаться с представителями фонда «URA.RU» не удалось. Юрист ФБК Вячеслав Гимади отказался отвечать на вопросы агентства. На своей странице в Twitter он заявил о намерении обжаловать решение Минюста.

При этом в августе, когда в соцсетях был запущен флешмоб «Я финансирую Навального», записи с таким хэштегом публиковали, в том числе, жители зарубежных государств. Среди них (согласно геотэгам, которые указаны в их профилях в Twitter) — француз Симон Блюдзе, окончивший Санкт-Петербургский госуниверситет, пользователь Константин Жуков из Германии и Александр Ваал из Великобритании. На момент публикации ни один из них не ответил на вопрос корреспондента «URA.RU».

В чем суть закона об иностранных агентах?

Закон об иностранных агентах вступил в силу в 2012 году. С того момента любая некоммерческая организация, которая получает деньги из-за рубежа и занимается политической деятельностью (под это понятие попадают не только попытки повлиять на власть, но и, к примеру, изучение общественного мнения), обязана принимать статус «иностранного агента». Организация может сама обратиться в Минюст, чтобы ее внесли в соответствующий список, или это сделают сами власти по итогам проверок, как в случае с ФБК.

Такие НКО должны указывать статус иноагента на своем сайте, во всех соцсетях (в случае ФБК это также платформа YouTube), на всех материалах и продукции. Кроме того, на организации накладывается обязанность отчитываться перед Минюстом о своем руководстве и деятельности, о расходах денег, полученных из-за рубежа, а также ежегодно проводить аудит и предоставлять Минюсту заключение.

К примеру, «Левада-центр» после внесения в список иностранных агентов на своем сайте разместил запись: «АНО „Левада-Центр“ принудительно внесена Минюстом в реестр некоммерческих организаций, выполняющих функции иностранного агента». С 2017 года закон касается не только некоммерческих организаций, но и СМИ.

Какие еще последствия ждут ФБК?

Поскольку ФБК ранее не подавал заявления о включении в список иноагентов, работу фонда могут приостановить на полгода. В таком случае ФБК не сможет регистрировать банковские счета для пожертвований и проводить массовые акции. Когда организация подаст заявление и ее включат в соответствующий реестр, власти снимут блокировку. Если НКО продолжит работу, несмотря на запрет, ей может грозить штраф от 30 до 50 тысяч рублей.

Если ФБК откажется предоставлять информацию о своей деятельности в Минюст, его могут наказать штрафом от 100 до 300 тысяч рублей, если откажется вступить в реестр — штрафом от 300 до 500 тысяч рублей. Такое же наказание -штраф от 300 до 500 тысяч рублей — может последовать, если ФБК не будет ставить на свои материалы пометку о внесении в список иноагентов.

О неформальных последствиях для НКО, признанных иноагентами, в интервью «Коммерсанту» в 2017 году рассказывал председатель совета правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов: «После получения статуса иностранного агента совместные проекты с государством, приглашение ведомств на семинары перечеркнуты». Глава «Левада-центра» Лев Гудков тогда же отмечал, что из-за решения Минюста «руководящие работники администраций на местах стали отказываться от интервью, порой ссылаясь на якобы запрет ФСБ».

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}