Неладно jour-control.ru

Беспредел по-барнаульски

В Алтайском крае осудили девять экс-полицейских за взятки и сбыт наркотиков. С такими громкими заголовками вышли местные СМИ в Алтайском крае. Но так ли все просто? За что и как на самом деле, были, судом, лишены свободы от 9 до 15 лет, девять оперативных сотрудников по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. И почему все обвинение построено на показаниях наркоманов и наркоторговцев.

Итак, в Барнауле осудили 9 полицейских, семь из них оперативные работники главного управления по незаконному обороту наркотических средств МВД РФ по Алтайскому краю и двое оперативные сотрудники районного отделения полиции номер 3 по Ленинскому району города Барнаула. Всем им вменяется в вину превышение должностных полномочий, получение взятки, хранение и распространение наркотических средств. Абсолютно всё обвинение построены на свидетельских показаниях людей, ранее неоднократно судимых, в том числе за производство и сбыт наркотических средств, людей, как в прошлом, так и в настоящем употребляющих синтетические наркотики, о чем они не однократно говорили во время судебного заседания.

В чем вообще заключается работа оперативного сотрудника и что вообще такое оперативно-розыскная деятельность? Оперативный сотрудник - это человек, исполняющий гласные и не гласные действия по выявлению и предотвращению правонарушений. Тут важное слово исполняющий, его работа регламентирована законом и его полномочия этим же законом ограничены.

Оперативник не ищет доказательства, он ищет информацию для следователя, с помощью которой следователь и должен найти потом доказательства. Он не принимает решения о задержании, его принимает его начальник на основе информации, которою оперативный работник собрал. То есть он - исполнитель, зависимый от следователя и своего начальника.

Вся эта громкая история началось в феврале 2014 года, когда обвиняемый в производстве и распространении наркотических средств Владимир Тютиков написал заявление на четырех оперативных сотрудников: майора Олега Брагина, старшего лейтенанта Владимира Исаева, капитана Максима Яценко и майора Сергея Мастюкова, которые задерживали его с поличным в декабре 2013 года, и он сообщил, что это они подбросили ему наркотики в карман и квартиру и вымогали взятку за не возбуждение уголовного дела. Только вот почему два месяца Тютиков молчал, а тут вдруг опомнился, как раз тогда, когда ему предъявили обвинения и замаячил реальный срок. Наркотики в квартире Тютикова нашла и соответственно среагировала на них полицейская собака, во время санкционированного обыска. Вопрос: как оперативники могли знать, что в этой квартире будет обыск, чтобы пробраться и подложить туда наркотики? А еще они хорошо знали, что если наркотики найдут, то повлиять как-либо на процесс они не смогут. В этой истории много нестыковок, но на них следователь, почему-то не обращал внимания и уголовное дело против полицейских было заведено. Есть подозрение, что именно адвокат Тютикова Кручин, кстати бывший оперуполномоченный и коллега тех самых оперативников, что задержали его клиента, надоумил Тютикова написать заявление. Вроде тут ситуация понятная - адвокат хочет спасти клиента, но как то уж он больно бойко взялись за раскрутку этого дела. И тут как раз пишет еще одно заявление с похожими обвинениями, в то время обвиняемая по делу о сбыте наркотиков, ранее судимая Рудакова.

Она обвиняет в превышении должностных полномочий и взятке снова все того же лейтенанта Владимира Исаева, но уже в составе с майором Сергеем Кнолем и капитаном Александром Стояновым.

Особые вопросы вызывает и само обвинение бывших офицеров в получении взяток от наркоторговцев и наркоманов. Из обвинения следует, что Мастюков, Яценко, Брагин, Исаев получили взятку от наркоторговца Тютикова в сумме 265 000 рублей, а Кноль, Исаев, Стоянов, по мнению следствия, вымогали и получили от наркоманов Рудаковых (брата и сестры) взятку уже в 400 000 рублей. Удивительно, но каких-либо оперативно-розыскных мероприятий и их результатов, подтверждающих факты передачи взяток, в уголовном деле нет. Органом следствия не установлены ни обстоятельства передачи денег, никому конкретно эти деньги были переданы и за что. Но самое главное, нет ответа на вопрос откуда у Тютиковых, официальный доход которых на семью из трех человек составляет менее 20 000 рублей, взялись денежные средства в размере 265 000 рублей, а у двух неработающих наркоманов Рудакова и Рудаковой, которые употребляют синтетику внутривенно более 10 лет, живут на случайные криминальные заработки- 400 000 рублей? Объяснение наркоманов «накопили» или «были у нас деньги» устроили и следователя и суд. И если взятку так легко доказать просто словами наркоманов, то почему офицерам не вменили взятку в размере 4 миллиона или 40 миллионов. Ведь сам факт того, что у так называемых «потерпевших» этих денег попросту не было, не имеет никакого значения.

Однако, несмотря на это, два уголовных дела сразу объединяют, и с этого момента следствие начинает собирать посыпавшиеся на них жалобы потерпевших наркоторговцев на действия оперативных сотрудников открывая все новые и новые уголовные дела привлекая новых обвиняемых. Только вот ни одной жалобы, кроме двух первых, ни в деле, ни далее в суде представлено так и не было, хотя потерпевшие на судебном процессе настаивали на том, что их писали. Секрет громкого дела - это много обвиняемых и много эпизодов, и благодарность начальства с повышением тебе гарантирована, палочная система до сих пор диктует правила игры. Следователь по особо важным делам 2-го отдела следственного управления следственного комитета по Алтайскому краю Виктор Сергеевич Ватутин наверняка это знал. И с весны 2014 года, возглавив следствия, он активно начал собирать преступную группу и искать новых свидетелей и потерпевших.

Свидетелями он хотел привлечь и работников полиции, которые когда- то работали с обвиняемым Сергеем Кнолем, предлагая в частной беседе дать обвинительные показания оперуполномоченным районного отделения полиции номер три Ленинского района Барнаула капитану полиции Евгению Полохову и лейтенанту Антону Распопову. Но, получив отказ, Ватутин не без помощи человека внутри этого РОВД достает секретную информацию, а точнее, фигурантов по уголовным делам, которые еще не дошли до суда, где оперативные мероприятия проводили уже обвиняемый Сергей Кноль совместно с Евгением Полоховым или Антоном Распоповым.

Так в деле появились еще двое обвиняемых только потому, что они не стали лжесвидетельствовать против своих коллег. А на вопрос отца Распопова Антона «Ты же знаешь, что мой сын не виноват» следователь Ватутин ответил: «Знаю, но поскольку он оказался не в то время и не в том месте – система его сожрет».

В июле следствие завело уголовное дело о превышении служебных полномочий на оперативного работника подполковника Александра Тарасова и снова по некой жалобе, которой так никто и не увидит. А до кучи, чтобы тянуло на полноценную банду с целым букетом уголовных статей, оперативников по борьбе с незаконным оборотом наркотиков обвинили в незаконном хранении наркотиков. Это такой же абсурд, если бы хирурга после операции обвинить в нанесении пациенту колюще-режущих ранений, повлёкших ощутимый урон здоровью!!!!

За полгода следствие набрало: 19 уголовных дел, в их числе 9 превышений служебных полномочий, 2 эпизода взятки, 1 эпизод по сбыту наркотических средств (сбыт звучит громко, но если бы не тот факт, что наркоман 6 месяцев хранил, а потом принес наркотик следователю, пояснив, что именно этим наркотиком с ним рассчитался Брагин) и 7 дел по хранению наркотиков, восемь обвиняемых. Следствие методично выбирало нужные дела, не дошедшие до суда, и затем свидетели после проведенной с ними работы давали показания на оперуполномоченных.

Ни по одному делу с приговором суда жалоб следствию не поступало, потому что такое дело развалить в разы сложней. А последним девятым обвиняемым полицейским в этом деле был оперативный работник майор Сергей Мастюков, который на протяжении 11 месяцев следствия был свидетелем, а когда следователю Ватутину надо было продлять срок уголовного дела, то он стал обвиняемым, хотя никаких новых доказательств и обстоятельств в деле не прибавилось. И до самого приговора, пока шли следствие и суд, работал, принимал участия в задержаниях и контрольных закупках наркотических средств. И никто жалобы за этот срок на него не писал и дела не проверял.

Свидетели - это основная часть данного дела, на чем строится обвинение, но в то же время это и самая слабая часть в деле! Не только потому, что большая часть из них - люди наркозависимые, неоднократно судимые, в том числе и за производство и распространение наркотиков. И только поэтому их показания не могут быть основанием обвинения в суде без дополнительных объективных доказательств, каких у следствия не было. Главное то, как эти показания следствием добывались. Мы встретились с одним из фигурантов этого дела, по объективным причинам в которых он не сомневается. Он просил не показывать его лицо.

В распоряжение нашей программы попала аудио запись допроса оперативником свидетеля обвинения по трем эпизодам Дмитрия Лошманова, где он обратился в УБОП за государственной защитой.

В материалах суда есть видеозапись, где этот-же свидетель говорит, что показания из него фактически выбили, но суд посчитал её малозначительной. В данный момент этот свидетель мертв. Он так и не дожил до суда, но его первоначальные показания, историю происхождений которых он рассказал на аудиозаписи, судом учтены.

Может быть, начал говорить не то, что хотели от него услышать. Надо сказать, что в этом деле в общем имеется семь умерших фигурантов. Причина смерти почти у всех - передозировка, предположительно героином - наркотиком дорогим и очень редким в Барнауле и всем крае. И тот факт, что люди, годами сидящие на синтетике, которой очень трудно сделать передозировку, переходят на героин. В кино мы привыкли, что свидетелей обвинения убивают, против кого они свидетельствуют, а если ситуация со свидетелями обратная, если они не надежны и могут повести себя неадекватно, и развалить дело, а их первоначальные показания, не важно, как они получены, будут приняты в суде. То тут картина рисуется совсем другая. И совсем не удивительно, что люди боятся говорить не только на камеру, а даже общаться на эту тему.

А вот характеризующий факт самого следователя Ватутина и одного из свидетеля по делу Косихина. В 2014 году свидетель Косихин проходил как потерпевший по другому уголовному делу о нанесении ему телесных повреждений, и его телефон прослушивался. И вот для того чтобы отмазать от уголовной ответственности, скорее всего не бесплатно, одного из своих обидчиков, против которого он дал уже обвинительные показания по другому делу (Косихин не знал, как это сделать) за консультацией обратился к следователю Ватутину, позвонив ему.

Звонок совершен 26 ноября 2014 года Косихин далее «К», разговаривает с Виктором Сергеевичем далее «В»

В. Да

К. слушай, а вот такой вопрос последний, по закону че я могу сделать для Артёма, чтобы он не сел в тюрьму

В. Да че, сказать, что он тебя не бил

К. и все да

В. Да

К. а вот чё я показания давал похуй

В. Ну ошибся сейчас, я повспоминал

К. ага понял

В. Ну

К. то есть проканает это все

В. Конечно проканает

К. ну все ладно, давай давай, ага спасибо

Вот как следователь Ватутит и один из свидетелей обвинения полицейских относится к показаниям. Проканает? Да, конечно, проканает. Вот вам и цена показаний, на которых, еще раз повторим, построено все дело против полицейских.

По данному разговору далее Ватутин дал следующие объяснение в Следственный комитет по Алтайскому краю, что, Косихин обращался к нему за консультацией. Но скажите, с каких это пор давать консультации, это работа следователя, а не адвоката?! Этот вопрос хочется задать руководителю Следственного комитета по Алтайскому краю.

Дело рассматривалось в Октябрьском районном суде города Барнаула судьёй Шепшелевой Анной Александровной. То, что происходило в суде, заслуживает отдельного рассказа. Суд не только не отнесся критически к откровенно лживым показаниям наркоманов и наркоторговцев, которые открыто говорили о своей преступной деятельности в суде, насмехаясь над наркополицейскими, напротив, судья откровенно «вытягивала» таких свидетелей- задавала наводящие вопросы, подсказывала ответы, закрывала «рот» защите. Но особый шок вызывает другое. Удивительно, но в своем приговоре от 07.07.2017 г., оценивая достоверность показаний свидетелей стороны обвинения и стороны защиты, суд указывает, что не доверяет свидетелям стороны защиты, которых, к слову, было значительно больше, чем свидетелей стороны обвинения, так как большинство из них является сотрудниками полиции, а значит, лгут суду из чувств товарищества и солидарности, другие свидетели стороны защиты, которые сотрудниками полиции не является, по мнению суда также лгут, на этот раз из чувства сострадания. А вот свидетели обвинения-наркоманы и наркоторговцы, преступная деятельность которых подтверждена и установлена в ходе судебного разбирательства и судом не оспаривается, по мнению судьи Шепшелевой не имеют оснований лгать! То есть тот факт, что уголовное дело в отношении полицейских позволило самим наркоманам и наркоторговцам избежать собственной уголовной ответственности за совершенные ими преступления оказывается, не свидетельствует о какой-то заинтересованности с их стороны. То есть этим самым наркоманам и наркоторговцам, по логике Шепшелевой, все равно сидеть им 10 лет в тюрьме или нет.

А когда один из свидетелей по делу, все тот же Косихин, стал давать в суде не совсем уже правильные показания, после объявленного судьёй перерыва, сотрудники в штатском утащили горе – свидетеля поговорить. После разговора судебный процесс продолжился в нужном направлении.

На прямой вопрос адвоката, за что вы хотите привлечь к ответственности подсудимого Стоянова? - Потерпевший отвечает: «Объяснить не могу». Как мы и говорили ранее, в суд так и не было предоставлено ни одной жалобы от потерпевших, в деле их тоже нет, кроме заявления Тютикова и Рудаковой. Хотя потерпевшие в суде заявляли, что писали жалобы, и не одну. За почти два года судебного разбирательства суд полностью согласился с обвинительным заключением. Просто переписав его в приговор, даже сохранив ошибки первоисточника, кроме одного очень показательного эпизода, о хранении наркотиков, где массы вещества было недостаточно для возбуждения уголовного дела. И следователь Ватутин наверняка знал это! вес наркотиков - это первое, на что смотрит следователь, но дело все равно возбудил, видно обстоятельства диктовали именно такие действия, а прокурор это дело подписал, возможно, не читая, а зачем? На написание приговор в 150 страниц судье хватило часа, поразительная скорость письма! это было 7 июля 2017 года, пятница. Наверное, судьба сотрудников была решена задолго до вынесения приговора, или судье очень хотелось домой?! А вот девять полицейских могут еще долго в свой дом не вернуться.

В сентябре в Барнауле прошел митинг, организованный родственниками осужденных полицейских. Они хотели сказать только одно, что их дети, мужья, братья - не те преступники, которых из них сделали следствие и суд, и никто из них не заслуживает такого сурового наказания, которое вынесла судья Шепшелева.

Кто за всем этим стоит, кому нужно было запускать такую мощную машину следствия, кто добивался нужных показаний и зачем оправлять на такие огромные сроки невинных людей. Нельзя забывать, что наркобизнес - это большие деньги, и эти деньги кого-то хорошо кормят. Может Барнаульские наркополицейские кому-то испортили аппетит, и им решили показать, что так делать не надо, да так показать, чтобы и другим не повадно было.

Мы не смогли рассказать всех нюансов этого дела, а за два с половиной года их скопилось не мало, но все, с кем мы встречались, и кто в курсе этого дела, точно знают одно: сейчас сидят не те, кто должен!

27 октября 2017 года состоится апелляционный суд, и медиа портал Журналистский контроль надеется, что судья второй инстанции справедливо и всесторонне разберётся в этом деле и вынесет решение согласно закону, а наш портал продолжит следить за развитием ситуации.

 

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}