На самом деле Екатерина Кирсанова flb.ru

Первая леди РФ глазами немецкой лесбиянки

"Купившись на название, я приобрела книгу Ирен Питч "Пикантная дружба. Моя подруга Людмила Путина, её семья и другие товарищи". Название напомнило почему-то Дж. Дарелл "Моя семья и другие звери".

Плакать от досады захотелось сразу. То ли перевод плохой, или наоборот, очень хороший. Но стиль - "благоухает" штампами любовного романа, и не простого, а экзальтированно- лесбийского. Много я перечитала этой любовной халтуры, но такой "шедевр" попал в руки впервые.
В надежде узнать что-нибудь новое о первой леди государства российского я все же пересилила себя и книгу читать не бросила на второй странице. Но все было как с плохим, занудным детективом. Ждешь, что вот сейчас, наконец, на следующей странице и развернётся кровавый сюжет, а там опять описание галстука случайного свидетеля...

Авторское предисловие слегка порадовало. Приведу несколько строк:
"...Железный занавес пал. Я представляла себе театральную сцену, на которой теперь, когда занавеса больше нет, откроется живая картина России... И вот я решилась выйти на сцену в надежде удостоверится в верности всех этих описаний, - но тут же заблудилась... И мне срочно потребовались проводники, которые возьмут меня за руку и поведут по этой сцене... Уже в первые часы знакомства с Людмилой, у нас состоялся честный и открытый обмен мнениями, а за этим разговором последовали новые встречи и захватывающие обсуждения, и так месяц за месяцем, год за годом. ...Я желаю каждому, кто решится на грандиозное дело - знакомство с Россией, испытать такое же счастье, какое испытала я, - я желаю каждому встретиться со своей Людмилой..."

А кто, собственно, против. Я тоже хочу, чтобы Людмила познакомила меня с Россией, или для начала со своим мужем. Ну, хотя бы чисто познавательно, тем более что муж - президент этой самой России. Он-то точно в курсе, что в ней, родимой, интересненького есть. Хотела бы я поприсутствовать при "честном и открытом" обмене мнениями на первой же встрече западной немки и жены бывшего кадрового сотрудника КГБ.

Из 286 страниц текста смело выбрасывайте 112, т.к. описание предыдущих подруг фрау Ирен Питч - неких Галины и Татьяны, - интересны разве что только автору книги и, наверное, ее издателям. На протяжении оговоренных 112 страниц я узнала, что Галина и Татьяна гадкие, вредные, противные и у них сало на боках, и большие животы, и о, ужас, они постоянно говорят не правду. Надо отдать должное христианскому смирению экзальтированой немки. Ни разу не сбилась в написании этих бедных баб на грубость, обошлась без прилагательных вроде "кошмарная" или "гадкая". Необъяснимо только почему перед именем "Людмила" не употреблялись эпитеты "сладкая" или "волшебная".

В трех словах дело было так: Городская сумасшедшая Ирен Питч приперлась зачем-то в наше консульство, ухватилась за наших совковых баб с криком: "Давай дружить! Расскажи да покажи, да объясни. Хочу в Россию. Бросайте все дела, спасайте меня все, я чахну от нетерпения!"
И что оставалось делать? И не пошлешь - неудобно, все-таки член какого-то страшно "нужного" кому-то российско-германского общества. Да и КГБ не дремлет, ещё вышлют к чертовой бабушке в нищую Россию за хамство в отношении местных жителей. Пришлось общаться.
Фрау Питч не права, осуждая своих бывших подруг. Именно они и познакомили её с российским укладом жизни. А если что-то не понравилась немке - ну, что ж, бывает.

И вот я приступила к главе "Людмила". Отвлечься от идиотического бреда и восторженного лепета удавалось с трудом. Словесный портрет нынешней первой леди РФ меня смутил:
"А у Людмилы есть вкус и собственный стиль", - подумала немецкая домохозяйка, которой вряд ли довелось большую часть жизни вращаться в высших кругах общества и лично видеть в этих самых кругах много безвкусицы. "С удовольствием глядя на совершенно естественную благородную осанку, - продолжает Питч описание Путиной, - на её прелестнейшее лицо в профиль, маленький, чуть вздернутый носик, небольшой, но выразительный рот. Припухшая нижняя губка придавала всему облику неповторимое своеобразие. Гордая осанка говорила о сдержанности, а зеленовато-голубые глаза цвета аквамарина - о готовности раскрыться перед собеседником...".

М-да. Надежда на получение хоть какой-то новой информации о Путиной начала угасать. Через каждые три страницы описаний собственных мыслей шла собственно пространная оценка человека, которого "милая" Ирен (я уже сбиваюсь на её стиль, прилипчиво, как ириска) видела считанные часы. Ещё 100 страниц текста, из которых максимум 100 строк все же отводилось Людмиле Путиной и 50 строк детям, я осилила с великим трудом, выяснив:
а) Дочери Путина воспитываются матерью достаточно строго, умеют соблюдать дистанцию и немного музицируют;
б) Людмила Путина коллекционирует ручки "Паркер" и красивые блокноты, переболела гепатитом и практически не употребляет спиртного, что "не мешало ей сохранять приподнятое настроение", как заметила наблюдательная Питч. С кем же, интересно, до Путиной общалась "несравненная" фрау Ирен, если решила, что у русских хорошее настроение бывает только от алкоголя (хотя?!).

Забыла упомянуть, что все захватывающие события из жизни фрау Питч и ее встречи с Путиной происходили в Гамбурге, куда та вывозила своих дочерей попрактиковаться в немецком языке. Познакомились дамы, когда Путина была еще женой заместителя мэра Санкт-Петербурга по внешнеэкономическим вопросам, и принимало её в Гамбурге наше консульство, т.е. казенная квартира, мизерные командировочные и т.п.

Наверное, Людмила была благодарна немке за то, что та хоть как-то скрашивала её пребывание в чужой стране. Дети учатся, а ей что делать (не считая магазинов)?
Дружба дам началась с элементарного "подкупа". Ирен передала для Людмилы блокнот со своей визиткой и письмом. Как пишет автор бестселлера: "Мой поступок объяснялся негаснущим желанием все-таки добиться взаимопонимания между немцами и русскими, причем не только сегодня, но и в будущем... Я добилась своего. Дмитрий (посольский работник) передал Людмиле конверт со всем его содержимым, и Людмила тут же позвонила. Такая быстрая и непосредственная реакция даже для меня оказалась неожиданной. Людмила сказала, что рада нашему знакомству. Она приедет в Гамбург в будущем году и хочет обязательно со мной встретиться..."
Далее переносимся уже в Гамбург: "Дни, проведенные в Гамбурге в этот раз, к сожалению, разнообразием впечатлений не отличались... Поэтому Людмиле пришла в голову мысль купить швейную машинку и поступить на курсы, чтобы научится шить. Коротать часы, пока не придет пора забирать детей из школы, потом следить за выполнением домашних заданий, и в качестве единственного развлечения - швейная машинка! Безрадостная перспектива!" - заключает фрау Питч. А я бы, честно говоря, поскучала в Европе, пока ребенок получает европейское образование.

В следующий приезд Людмилы в Гамбург, после того, как Владимира Путина уже прокатили на выборах в Петербурге в 1996 году, или, выражаясь высоким слогом Ирен: "Муж Людмилы, после поражения на выборах прежнего мэра потерял все, кроме своей чести", общение двух подруг стало более тесным.
Русскому читателю явно скучно будет следить за развитием дружбы Ирен Питч и Людмилы Путиной, так как. Ирен русских точно не заинтересует, а о "горячо любимой" русской подруге говориться немного.

Описывая прогулку с Людмилой и ее детьми в зоопарке, Ирен огорчается, когда узнает, что Путины побывали во многих зоопарках мира, и муравьи-листорезы её точно не интересуют. Подумаешь, муж между двух табуреток сел и неизвестно что дальше, а вот муравьи- листорезы - это да!
Но общение продолжилось, не взирая на полное равнодушие к муравьям со стороны Людмилы Путиной. Большое русское спасибо вам, фрау Ирен, что поддержали нашу будущую первую леди страны в трудную минуту... За книгу тоже особое спасибо.

А как бы мы, темные русские, иначе узнали, что Людмила - прекрасная жена, умеющая не мешаться мужу под ногами, и что они с Володей прекрасно подходят друг другу: "...Он - то, что ей пришло. Он не пьет и не бьет её". Неприхотливо. однако! "Владимир требует от неё подавать завтрак утром, и Людмила считает любимого энергетическим вампиром", - пишет далее Ирен Питч. А что, нормальная русская семья!

По характеристикам, проскальзывающей между строк, Ирен считает Людмилу человеком, подверженным резким перепадам настроения (при её-то нагрузках - понятно), увлекающимся гороскопом и прекрасной матерью (похвально).
Но ни одна женщина все-таки не может долго хвалить подругу. И Ирен с иронией отмечает, что Людмила "еще немного пополнела" и почему - то прилетает "всегда с немытыми волосами" (наверное, в Питере как у всех летом отключают горячую воду, но откуда об этом знать жительнице Гамбурга).
А эта замечательная фраза: "Она смеялась много и от души, так что становилось заметно, что вверху одного зуба не хватает"(Людмила Александровна! Непорядок!). Так отточено, так по-немки. Я влюбилась в эту фразу. Мои поздравления, фрау Ирен!

Ещё любопытная деталь. О пожаре на даче Путиных, который произошел перед приездом в Гамбург, сказано в книге вскользь. Но у Маши и Кати "в карманах брюк лежали аккуратно сложенные бумажки, с которыми они, видимо, не расставались. Мелким подчерком, в ровный столбик были записаны все игрушки и другие их личные вещи, которые погубил пожар. Кое-что было уже вычеркнуто. Значит, это уже куплено. В Гамбурге они тоже собирались кое-что приобрести..." Мне понравилось отношение родителей с детьми. Нет, правда. Судя по всему. Людмила тяжело переживала потерю своего дома, это и понятно.
Но вернемся к описанию характера Людмилы её "подругой"! "Людмила явно относилась к той категории людей, которые знакомятся с культурой стран не в музеях, а в ресторанах...не скрывала своей антипатии ко всему восточному (?), начиная с Ближнего Востока, и заканчивая всей Азией...Русское историческое восприятие отчетливо ограничило ту сферу, внутри которой Людмила могла свободно передвигаться". Здорово сказано, хоть и непонятно! У меня получился только один вывод - русская и любит поесть. Это хорошо. Значит, здорова. И ее плохое настроение от голода нам не грозит.

Далее Ирен рассказывает, как возила подругу с детьми в ресторан и театр за свой счет и изумлялась, почему Путина не позволяла детям сесть на шею "доброй тете Ирен".

Одними абзацем помянута попытка Людмилы Путиной "добиться признания и успеха в качестве коммерческого директора эксклюзивного бутика в Санкт-Петербурге, что привело к жестокому разочарованию, так как ей стало ясно, что востребована была не она сама, а всего лишь положение её мужа..."
Среди рутинных, но ставших уже привычными рассуждений Ирен о себе любимой, еще один штрих к портрету Людмилы Путиной: "Ее слабость - из всех идей ни одной не доводит до конца". Поклеп! Замуж-то за Путина вышла и двоих детей ему нарожала. Муж теперь - президент России. Конечно, не самое легкое дело, но и не самое плохое быть первой леди большой страны. Могла бы замуж за чтеца-декламатора, например, выйти. А вот ведь как получилось.

В один из приездов, когда "Людмилина красивая фигура с огруглыми формами стала еще более выразительной. Её роскошные, но немытые волосы свидетельствовали о поздних ночных сборах, а сероватая бледность лица и покрасневшие глаза выдавали усталость, фрау Ирен перешла в наступление, выясняя у подруги тайны русской души. Из всей этой лабуды достойна восприятия только информация о кончине отца, о которой Людмила поставила в известность подругу: "... Я только что узнала, что у меня умер отец, - спокойно сообщила она мне без видимой горечи в голосе. Это была просто констатация неизбежного, того, что она уже давно знала и о чем уже давно печалилась, - еще до того, как оно свершилось. Я положила Людмиле руку на плечо и заметила, что она не привыкла к таким проявлениям участия. Она не сдержалась, и после стыдливого сухого покашливания появились первые запоздалые слезы... Нет, она не поедет в Калининград на похороны. В Людмилином голосе звучала твердость. Все, что ей сейчас нужно, - это деньги. Я их вышлю прямо сейчас, сказала она. Позвоню Володиному шоферу и попрошу все устроить. Ей поскорее хотелось исполнить свой долг, чтобы избавится от неприятных воспоминаний, которые были тесно связаны в памяти с образом матери... Дома у Людмилы была нелегкая жизнь. Родители с детства старались привить ей дух коллективизма. За это прежде всего отвечала мать. Она была такой требовательной, что Людмила уже в юности из-за постоянных придирок сначала перестала видеть в чувстве коллективизма социальное благо, а потом и вовсе начала его ненавидеть. Она не любила знакомых отца, которые приходили в их до дом только для того, чтобы выпить с ним за какую-нибудь очередную идею, и из-за которых ей приходилось часами мыть посуду - зимой в ледяной воде, - в то время как мать развлекалась с гостями...". Да, наверное, детство у певрой леди было тяжелым!

А что же муж? В изложении фрау Ирен со слов Путиной портрет оказался достойный кисти Рембранта: "... Опиши мне Володю, - попросила я однажды Людмилу, и та погрузилась в раздумья. Его трудно описывать, - призналась она наконец. - особенно нос. Он небольшого роста. У него светлые волосы, которые никак не назовешь пушистыми... Он прирожденный объединитель с ярко выраженными миротворческим инстинктом. Он постоянно разрешает какие-то конфликты. И всегда выходит победителем. Даже когда мне кажется, что он вообще не прав, - те, кто должен был бы настоять на своем, уступают ему, даже не превращаясь при этом в его врагов, что у нас в Росси само по себе необычно...Но он часто забывает то хорошее, что ему делают другие, потому что никогда не смотрит назад, только вперед"...". И еще наш президент, ребята, из всех напитков предпочитает виски!

Далее следуют впечатления Ирен от личной встречи с будущим президентом РФ: "Я с интересом наблюдала за ним и недоумевала, почему Людмила ничего не сказала мне о его глазах. Меня поразили не нос и не волосы, а именно его чуть-чуть скошенные к вискам глаза, подобные двум голодным, подстерегающим свою добычу хищникам, которые, казалось, жили своей самостоятельной жизнью. Язык и взгляд его существовали совершенно отдельно друг от друга...мне не трудно было представить себе, что во время его работы в секретных службах кое-кому было очень неуютно под прицелом этих глаз. Однако, постепенно слово взяло верх и усмирило взгляд. Глаза как бы потяжелели, загорелись каким-то особым, выразительным блеском, стали глубже и пришли в гармонию с настроением, раскрыв, наконец, все обаяние его личности... У меня было такое чувство, что Володины глаза - не столько зеркало его внутреннего мира, сколько его оружие. Освободившись от робости и вооружившись терпением, можно было без труда расшифровать его мысли...". Интересно, правда? Вся страна, вооружившись терпением, второй год не может избавиться от робости и расшифровать, а фрау Питч - может. Правду люди говорят - что немцу хорошо, то русскому - смерть!

Далее пошел обмен мнениями о политике Европы и всего мира, о межнациональных отношениях и т. п. Очень размыто, восторженно и не ясно.

Однако оценки автора бывают иногда точными и подразумевают знание некоторых вещей, которые добропорядочный бюргер знать просто не может. Вот, к примеру, некоторые рассуждения фрау Питч о работе спецслужб: "...Профессия тайного агента за пределами защищаемых им этнических, географическихи социалогических границ внушает враждебные чувства именно благодаря страху перед её тайным, незримым успехом! Профессия разведчика поляризует, разделяет нации с беспощадной публичностью, вплоть до деморализующего психотеррора, на преуспевающие и неспособные. КГБ слыл преуспевающей, жизнеспособной организацией...". Спите спокойно, фрау Питч! Никто вас в шпионы не запишет, и откуда у вас такие глубокие познания предмета - не спросят.

Опускаем некоторые подробности об эмоциях нашей неугомонной писательницы, в которых явно теряются мелочи из жизнеописания семьи будущего президента. Так же, дорогой читатель, можно смело опустить робкие потуги автора описать и объяснить характер человека, практически незнакомого. Восхваления, которые здорово похожи на грубую лесть в адрес Путина, тоже опускаем. Но на последних 20-ти страницах, Ирен, словно спохватившись, вспомнила-таки о "прекрасной Людмиле". И с плохо скрываемым удовольствием описала случай, когда Путина от хождений по магазинам", натерла ноги и тут же переобулась в удобные сандали под эксклюзивный наряд. Немка была явно шокирована этой метаморфозой, хотя и признала право человека наплевать на условности. Если это - правда про Путину, - мне понравилось. Нормальный человек, со здоровой психикой. Отдыхать надо с удобством. Приехала в Европу - ходи по ресторанам и магазинам в тапочках, в них и дешевле, и приятнее. Очень, знаете ли, по-нашему.

Относительно познавательными оказались последние страницы книги, из которых можно узнать, что решать серьезные вопросы будущий российский президент любил в Финляндии. Наверное, в целях конспирации. Это уже по-питерски.

Достаточно неплохо читается последняя глава. Наверное, потому что именно последняя. Вот некоторые выдержки:
" Людмила в то воскресение несколько раз пыталась связаться со мной по телефону, и каждый раз оставляла мне сообщение на автоответчик голос у неё при этом был испуганный, в нем слышалась не то болезненная тоска по родине, не то мольба о помощи... Володю назначили начальником службы государственной безопасности, - произнесла Людмила... Санкт- Петербурга? - спросила я спокойно. Нет, России! - ответила Людмила, и краткость её ответа ещё больше подчеркнула весь и без того уже почти невыносимый драматизм ситуации". В чем заключался этот драматизм, автор не поясняет. А следующая фраза автора: "Нематериальный ущерб от случившегося пока даже невозможно было представить.." - привела меня в ступор. А какой мог быть материальный ущерб? И кто в накладе остался после того, как Путин стал директором ФСБ? Хотя можно поверить, что Людмиле назначение мужа могло и не понравится. Все вполне объяснимо.

"Людмила горько заплакала. Это ужасно!... - всхлипывала она. - Все начинается с начала. Он обещал мне никогда больше не возвращаться в КГБ. И мне даже казалось, он сам был рад тому, что все это осталось позади...Ну почему он всегда думает только о своих интересах?...Почему не думает обо мне и о детях? Людмила оказалась малозначимым фактором, не влияющим на его решение... Все сначала? - причитала она сквозь слезы. - Это ужасная изолированность? Ни поехать, куда хочешь, ни поговорить, с кем и о чем хочешь, ни подружится, с кем хочешь... Я ведь только начала жить, как человек! - в голосе её было столько искренней боли. - Ты не можешь себе представить, какая у меня была кошмарная жизнь. Я, по сути, вообще не жила...". По-человечески! Уважаемую Людмилу Александровну. Ее понять, конечно, можно, но что поделаешь - из обоймы не вылетают и от назначений не отказываются.

"Спроси своего мужа, не пострадает ли он как-нибудь, если вы все-таки будете поддерживать отношения со мной", - напоследок попросила наивная Ирен Питч. Расставаться с подругами и вольной жизнью Путиной явно не хотелось. Но пришлось. С той поры ее встречи с немкой, слава богу, прекратились навсегда
И еще небольшой штрих к портрету Путиной в тени Ирен Питч: "Ещё когда она была во Франции, в Петербурге умерла её свекровь, но у неё не было желания прерывать отдых на Средиземноморье, для того, чтобы успеть на похороны, - даже ради Володи, который очень любил мать. У неё были сложные отношения со свекровью, иногда в её рассказах о ней прорывалась даже ненависть..."

Вот и вся скудная информация о Путиной Л. А., которую мне удалось выжать из этого малолитературного опуса. Желающим познать неглубокий внутренний мир писательницы Ирен Питч настоятельно рекомендую эту книгу, желательно с большим количеством алкоголя. Без бутылки не разберешься.
Может, Людмила Александровна лучше сама о себе когда-нибудь что-нибудь напишет. Чтобы вопросов лишних не возникало (можно по-немецки). Будем ждать.

 

Опубликовано: 23 марта 2002 г

*_*

ОТРЫВКИ ИЗ КНИГИ НЕМЕЦКОЙ ПОДРУГИ ЛЮДМИЛЫ ПУТИНОЙ

Начнем с внешности. Вот как описывает Людмилу ее немецкая подруга Ирен Питч в своей книге "Пикантная дружба. Моя подруга Людмила Путина, её семья и другие товарищи", нашумевшей и не приоткрывающей завесы одновременно: "С удовольствием глядя на совершенно естественную благородную осанку, - продолжает Питч описание Путиной, - на её прелестнейшее лицо в профиль, маленький, чуть вздернутый носик, небольшой, но выразительный рот. Припухшая нижняя губка придавала всему облику неповторимое своеобразие. Гордая осанка говорила о сдержанности, а зеленовато-голубые глаза цвета аквамарина - о готовности раскрыться перед собеседником...".

А вот взгляд нашей соотечественницы: «Внешне Людмила Путина производит впечатление холодноватой и сдержанной дамы - подбородок всегда чуть приподнят, взгляд проницателен, улыбка... В одежде предпочитает светло-сероватые тона или ткани с металлическим блеском. Отдает предпочтение коротким стрижкам, которые ей делает знаменитый стилист Ирина Баранова. Среди ее клиентов - Наина Ельцина и Татьяна Дьяченко. На инаугурации многие обратили внимание на то, что прически всех трех присутствующих дам слишком похожи. После этого Путина немедленно сделала новую укладку.»

Людмила Александровна охотно носит костюмы из коллекции в стиле "Шанель" и шьет на заказ, не интересуется журналами мод. "Я не слежу за модой. Я смотрю, как одеваются мои подруги, и выбираю то же что-нибудь для себя. Я люблю необычную, стильную и оригинальную одежду". Она, по ее словам, сама покупает материал, а потом обдумывает, как мог бы выглядеть из него костюм. "Я это представляю, уже когда щупаю материал".

Ирен Питч сообщает нам о Людмиле Путиной, что она строго воспитывает своих дочерей и коллекционирует ручки "Паркер" и красивые блокноты, переболела гепатитом и практически не употребляет спиртного.

Жизнь Путиной в Гамбурге (Владимир Путин тогда еще работал в мэрии Санкт-Петербурга), по словам Ирен не отличалась особым разнообразием: «Людмиле пришла в голову мысль купить швейную машинку и поступить на курсы, чтобы научится шить.» Еще мы узнаем из книги, что «"Владимир требует от неё подавать завтрак утром, и Людмила считает любимого энергетическим вампиром", что Путина увлекается гороскопами, склонна к полноте и перепадам настроения.

Еще о Путине. Трудно представить, чтобы жена так описывала собственного мужа, но Ирен Питч приводит описание Людмилой Владимира Путина, утверждая, что это ее слова: «"... Опиши мне Володю, - попросила я однажды Людмилу, и та погрузилась в раздумья. Его трудно описывать, - призналась она наконец. - Особенно нос. Он небольшого роста. У него светлые волосы, которые никак не назовешь пушистыми... Он прирожденный объединитель с ярко выраженными миротворческим инстинктом. Он постоянно разрешает какие-то конфликты. И всегда выходит победителем. Даже когда мне кажется, что он вообще не прав, - те, кто должен был бы настоять на своем, уступают ему, даже не превращаясь при этом в его врагов, что у нас в Россиb само по себе необычно...Но он часто забывает то хорошее, что ему делают другие, потому что никогда не смотрит назад, только вперед".

Сама Ирен Путина в своем описании не пожалела: «Я с интересом наблюдала за ним и недоумевала, почему Людмила ничего не сказала мне о его глазах. Меня поразили не нос и не волосы, а именно его чуть-чуть скошенные к вискам глаза, подобные двум голодным, подстерегающим свою добычу хищникам, которые, казалось, жили своей самостоятельной жизнью. Язык и взгляд его существовали совершенно отдельно друг от друга...мне не трудно было представить себе, что во время его работы в секретных службах кое-кому было очень неуютно под прицелом этих глаз. Однако, постепенно слово взяло верх и усмирило взгляд. Глаза как бы потяжелели, загорелись каким-то особым, выразительным блеском, стали глубже и пришли в гармонию с настроением, раскрыв, наконец, все обаяние его личности... У меня было такое чувство, что Володины глаза - не столько зеркало его внутреннего мира, сколько его оружие. Освободившись от робости и вооружившись терпением, можно было без труда расшифровать его мысли...".

А вот о семейных взаимоотношениях: "Людмила в то воскресение несколько раз пыталась связаться со мной по телефону, и каждый раз оставляла мне сообщение на автоответчик голос у неё при этом был испуганный, в нем слышалась не то болезненная тоска по родине, не то мольба о помощи... Володю назначили начальником службы государственной безопасности, - произнесла Людмила... Санкт- Петербурга? - спросила я спокойно. Нет, России! - ответила Людмила, и краткость её ответа ещё больше подчеркнула весь и без того уже почти невыносимый драматизм ситуации. Людмила горько заплакала. Это ужасно!... - всхлипывала она. - Все начинается с начала. Он обещал мне никогда больше не возвращаться в КГБ. И мне даже казалось, он сам был рад тому, что все это осталось позади...Ну почему он всегда думает только о своих интересах?...Почему не думает обо мне и о детях? Людмила оказалась малозначимым фактором, не влияющим на его решение... Все сначала? - причитала она сквозь слезы. - Это ужасная изолированность? Ни поехать, куда хочешь, ни поговорить, с кем и о чем хочешь, ни подружится, с кем хочешь... Я ведь только начала жить, как человек! - в голосе её было столько искренней боли. - Ты не можешь себе представить, какая у меня была кошмарная жизнь. Я, по сути, вообще не жила...".

Из-за строгости мужа у Путиной однажды случился казус с наличными- супруге российского президента пришлось занять денег у своего переводчика. Первая леди "вышла из бюджета", когда делала покупки на благотворительном базаре, проходившем в московском отеле "Рэдиссон-Славянская". Эту благотворительную акцию ежегодно проводит Международный женский клуб.

Первая леди пожелала сама оплатить все свои покупки, но не рассчитала, и деньги кончились раньше, чем она предполагала. Однако на помощь пришел ее переводчик и доплатил недостающую сумму.

Еще не будучи Президентом, Владимир Путин запретил супруге пользоваться кредитными карточками и стал выдавать наличные. Это произошло после истории с кредитными картами Горбачевых.

 О свекрови Путиной Ирен Питч запомнила вот что: "Ещё когда Людмила была во Франции, в Петербурге умерла её свекровь, но у неё не было желания прерывать отдых на Средиземноморье, для того, чтобы успеть на похороны, - даже ради Володи, который очень любил мать. У неё были сложные отношения со свекровью, иногда в её рассказах о ней прорывалась даже ненависть..."

О семье Людмилы в Калининграде Питч рассказывает с момента смерти отца Путиной: «... Нет, она не поедет в Калининград на похороны. В Людмилином голосе звучала твердость. Все, что ей сейчас нужно, - это деньги. Я их вышлю прямо сейчас, сказала она. Позвоню Володиному шоферу и попрошу все устроить. Ей поскорее хотелось исполнить свой долг, чтобы избавится от неприятных воспоминаний, которые были тесно связаны в памяти с образом матери... Дома у Людмилы была нелегкая жизнь. Родители с детства старались привить ей дух коллективизма. За это прежде всего отвечала мать. Она была такой требовательной, что Людмила уже в юности из-за постоянных придирок сначала перестала видеть в чувстве коллективизма социальное благо, а потом и вовсе начала его ненавидеть. Она не любила знакомых отца, которые приходили в их до дом только для того, чтобы выпить с ним за какую-нибудь очередную идею, и из-за которых ей приходилось часами мыть посуду - зимой в ледяной воде, - в то время как мать развлекалась с гостями...".

Питч также рассказала, что, по словам Людмилы, Володя не пьет, однако проводит все вечера напролет с друзьями. Людмилу особенно возмущал тот факт, что во время такого рода вечеринок она должна была подносить выпивку и бутерброды. По словам Ирен Питч, Владимир Путин бывал резок в своих высказываниях о жене. Однажды он заявил, что заслужил "памятник за все те годы, что жил с Людмилой".

"Людмила говорила то "мой муж", то "Володя", но чем чаще разговор заходил о семье, тем чаще она употребляла уменьшительную форму имени своего супруга. Людмила много раз разговаривала с ним по телефону, и эти разговоры становились лейтмотивом, ядром наших бесед... Порой после этих международных разговоров казалось, что Людмила вот-вот разрыдается. Сердце ее как будто разрывалось, и на лице было написано отчаяние", - пишет Ирен Питч.

В то же время немецкая подруга Людмилы отмечает образцовое поведение детей Путина. "Это были самые воспитанные дети, которых я видела в своей жизни", - пишет Ирен Питч. Как рассказывает Питч, старшая дочь Катя - внешне вылитая мама, а по характеру похожа на Владимира Путина. Младшая, Маша, наоборот, похожа на папу, а характер у нее мамин.

"О да! И у нее всегда было отвратительное настроение, когда ее рано будили. А рано для нее - это одиннадцать утра. Она также не понимала, почему нужно идти за билетами в оперный театр именно сегодня, если спектакль будет только через месяц. Она просто ненавидела далеко идущие планы".

«Однажды, — вспоминает Питч, — во время пребывания Людмилы и ее дочерей в Гамбурге я с трудом достала для них три самых дорогих билета на оперу Моцарта «Волшебная флейта». Но Людмила раздраженно заявила: «Я эту оперу уже смотрела. К тому же она скучная». — «Но надо же подумать о своих детях, — возразила я, — они получат удовольствие от чудесной увлекательной сказки». Но тут появился еще более серьезный повод для раздражения и обиды Путиной: «Мне больше нравится сидеть в царской ложе», — заявила она. «Но в гамбургской опере таких мест никогда не было и нет, — ответила я, — здесь царем является рядовой зритель».

Любит подолгу смотреть телевизор, часами разговаривать по телефону. И еще очень любит заграницу. Летом, как правило, отдыхает с дочерьми на Средиземном море. Это юг Франции или Маврикий. Зимой — в Швейцарии, Австрии, Финляндии. Любит посещать зоопарки мира. Многие из них уже посетила. Но, конечно, главное ее пристрастие — еда...

«Пища для нее, — рассказывает Питч, — особая чувствительность. Ее слабость — кафе, рестораны. Она с самозабвенным наслаждением, постанывая, принимается за трапезу, расслабляясь при этом. Это для нее настоящий праздник, пир. Особенно любит баранину, улиток, грибы, пироги. Вообще гастрономическое удовольствие ее отличается большой смелостью и тягой к рискованным экспериментам. Она явно относится к той категории людей, которые знакомятся с культурой страны не в музеях, а в ресторанах. Она любит все. В сирийском ресторане высшего разряда «Салиба» весь ее стол был заставлен «бесчисленным множеством тарелочек, мисочек с дразнящими аппетит закусками». Она любит поесть даже в театре. «В гамбургской опере, — пишет Питч, — в ходе представления Людмила вместе с дочерьми «поглощала» большие бутерброды с сильно пахнущей копченой рыбой, чем вызвала неудовольствие окружающих и недоумение зрителей...»

"Я могу сказать, что в одном престижном бутике на улице Ам Аппендорфер Баум, принадлежащем госпоже Виссе, предлагающей эксклюзивную моду для «дам с не совсем идеальной фигурой», Людмила оставила более 6 тысяч марок. Или ещё пример. Девочкам в возрасте, в котором тогда были Маша и Катя, вряд ли нужен лосьон для тела самых известных марок и, естественно, по космической цене. Я вообще не знаю, зачем ребенку лосьон для тела, да еще и парфюмированный. Когда Людмила, закупая в больших количествах дорогой шампунь для Москвы, словно этот город находится на Луне, – увидела мой наморщенный лоб, то попыталась объяснить свое поведение. Поскольку я знала, что Людмила с трудом выносит критику в свой адрес, то передо мной всегда стоял вопрос, должна ли я ее критиковать и спрашивать: «Откуда у тебя столько денег?» или «Находишь ли ты правильным то, что швыряешься народными деньгами?». Однако, скажи я такое, это стало бы концом нашей дружбы. А я этого не хотела. Отношения с Людмилой были для меня очень важны. Я пыталась понять Россию. Сегодня я рассматриваю такой свой подход проявлением человеческой слабости."

"Она ест икру ложками, словно повидло. Однажды икра поставила меня в весьма щекотливую ситуацию. Вывоз икры из России строго запрещен или же подлежит декларированию... Так вот, Людмила каждый раз привозила мне 250-граммовые банки превосходнейшей икры. Такой, что пальчики оближешь! Себя она не хотела или не могла на время пребывания в Гамбурге лишать икры, словно это был для нее жизненно важный продукт. Когда мы с мужем были у Путиных в Москве, на столе, конечно же, стояла икра. Мой муж её не любит, но я пыталась склонить его: «Попробуй, она наверняка еще лучше той, которую привозила мне Людмила». После этих слов лицо Владимира стало непроницаемым. Он строго спросил Людмилу: «Когда ты возила икру?» – «Всегда» – кротко ответила она. Я тут же заметила, что сболтнула лишнее, поскольку невольно уличила Людмилу перед мужем в том, что за спиной Владимира она делала нечто, не совсем вписывающееся в рамки законности. Мне стало жаль своего поступка, но я уже ничего не могла изменить."

 Сейчас Путин очень близок к церкви, но, естественно, этого не могло быть раньше. Скажем, Ирена Питч удивлена сегодняшней набожностью Путина...

– ...однажды я наблюдала за тем, как он посмеивается над людьми, соблюдающими пост. Мы, мой муж и я, Путины и их друзья Люба и Сергей, также бывший «чекист» (почти все окружение Путиных состояло из личностей подобной закваски) - были на пикнике и жарили там мясо. Люба, несмотря на прошлое мужа, рьяно соблюдает все православные обряды. Так вот, сама она мяса не ела, и сыну не давала, хотя ему очень хотелось. Так вот этот конфликт очень развеселил Путина. Если же он сейчас публично демонстрирует свою набожность, то на мой взгляд это связано с пониманием того, что православие является неотъемлемой частью российской истории.

 

Источник: https://spletnik.ru

 

Опубликовано: 28 января 2017 г

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}