Интервью

'НЫНЧЕ ВРЕМЯ ПИАРА'

Откуда он "родом" - из журналистики или пиара - точно не скажешь. Но всю жизнь на стыке: то ли журналист, то ли политтехнолог, то ли коммуникатор… Этот сплав в нем не истребим. Но все значимые, крупные события, происходящие в пресс-пространстве страны, без Александра Чумикова не случаются. Постепенно он стал чуть ли не классиком отечественного пиара. Успел написать десяток книг. А последняя, изданная недавно в соавторстве с коллегой Михаилом Бочаровым, - "Связи с общественностью: теория и практика" - позиционируется как ведущий в стране учебник и практическое пособие для вузов по этой дисциплине.

Нынче Александр Чумиков в возрасте пяти десятков лет. Юбилеи - всегда удобный повод спросить: "А что у вас, ребята, в рюкзаках" - за прожитую-то жизнь? Заранее прошу прощения у читателя за обращение к солидному собеседнику на "ты". Но "вы" выглядело бы "потемкинской деревней". А я - за правду жизни, да и давно Александра знаю…

- Саша, посмотришь на тебя - всегда элегантен, подтянут, собран, энергичен. Всегда удивлялась парадоксальной смеси в тебе английского джентльмена и военного. Как говорится, извольте прояснить происхождение.

- О своем родстве с английскими лордами мне ничего не известно. Но отец у меня был военный, хоть и … гражданский: закончил институт связи и в тридцатилетнем возрасте его призвали в армию как военного спеца-связиста в звании младшего лейтенанта. Он дослужился аж до полковника, но никогда и никем не командовал.

А мама работала преподавателем литературы в школе и в свои 72 года продолжает до сих пор работать.

- С происхождением понятно, а теперь изложи "краткую биографию героя". Ведь и правда: не многие знают, из каких "пенатов" появился такой весь из себя успешный Александр Чумиков.

- Родился в Москве и, как многие, - в роддоме Грауэрмана. Тут рядом - через дорогу. Жили в коммуналке. В школе мне сразу стало ясно, что я - самый что ни есть гуманитарий. Закончил гуманитарный класс 67-й школы - теперь одной из лучших гимназий Москвы. Еще в школе стал печататься в газетах. В 1972 году поступал на журфак в МГУ и в МГИМО - не поступил…

- А я уж заскучала, решив, что ты - такой перфекционист-отличник, у которого все как по маслу: школа-вуз-диссертация…

- Потом так и было. Но сначала я загремел на два года в армию. Служил на Украине. А потом началась "экзотическая" служба в чужой форме и в чужой стране. Туда нас отобрали троих из 800 человек.

- "Шпионское" прошлое? Уж не попал ли ты на поля сражений с "проклятым капитализмом"? В каких землях вас так маскировали?

- В Народной республике…Болгария, где наших войск в то время официально не числилось. Так выражалась наша помощь братскому народу.

После армии я все-таки поступил на журфак МГУ, но уже на вечернее отделение. А потом, как у многих моих сверстников, был комсомол - сначала Киевский райком комсомола, потом одноименный и самый крупный в Москве райком партии. Но всю свою "функционерскую" деятельность я рвался в журналистику.

- Ну а как "партеец" - за что отвечал?

- За наглядную агитацию. Причем, в центре Москвы! Все эти установки, щиты, плакаты, елки - чтобы все горело-светилось… Всю рекламу я узнал задолго до нагрянувшего рынка.

- Вот она - судьба! Журналистика и пиар изначально "душили" тебя в своих объятьях.

- Да, этот сплав так остался со мной на всю жизнь.

Потом, когда пришел Ельцин - "полетели" партийные головы. А я и сам в 1989 году с большой радостью и облегчением ушел из райкома в аспирантуру Академии общественных наук. Но параллельно с ней создал городскую газету "Точка зрения" и ее издавал. Тираж был по тем временам небольшой -30 тысяч, но просуществовала она несколько лет, чем я горжусь.

- Любимый журфак-то закончил?

- Конечно! И потом еще вечернее отделение института иностранных языков. А в аспирантуре занимался конфликтологией, особенностями ее диагностики и управления социально-политическими конфликтами. Наука эта была тогда непривычной для Академии. Защитился на год раньше срока. Но по-прежнему мучила ностальгия по журналистике.

- И скоро ли ты набрел на "колодец", где утолил наконец журналисткую жажду?

- В том же 1991 году была создана газета московской интеллигенции "Вечерний клуб" и я пошел туда работать. И вот тут я получил наконец то, чего в жизни недобрал - настоящую журналистику! Я наслаждался и растворялся в этом "кайфе" - писать все, что хочу, встречаться с теми людьми, которые мне интересны. Я публиковал огромные материалы про известных людей из абсолютно разных сфер деятельности - от Майи Плисецкой до Руслана Аушева. Поработал в газете год.

- Ну, по логике твоей судьбы на этом месте в твою жизнь должен ворваться пиар?

- Совершенно верно! Однажды приходит ко мне Леша Ситников (ныне - президент консалтинговой группы "Имидж-Контакт" - Л.С.) - мы были по Академии знакомы - и говорит: "Есть интересное дело. Про "Сити" слышал? Проект века! Пойдем работать". И так меня увлек, что я взял и пошел. Возглавил там пресс-службу, потом центр общественных связей.

Мы начинали проект "Сити" с нулевой отметки. Это была безумно интересная работа!

- И журналистика снова стала "золушкой"?

- Вовсе нет. Я не прерывал отношения с "Вечерним клубом". Да еще написал две книжки. Но пиар меня преследовал. И я стал воспринимать это уже как естественный путь в жизни. Общался с первыми нашими пиаровцами, учился разным технологиям проведения переговоров, конференций, внедрения идей… Это ведь только кажется, что все просто. На самом деле есть определенные алгоритмы, некие законы и процедура в любом деле - искусство коммуникации. Я этому учился.

- Но у тебя, как известно, проявилась еще и некая тяга к академизму - две диссертации, учебники, преподавательская работа…

- Мой академизм вплелся в судьбу естественным образом. В 1996 году в МГУ был создан новый факультет государственного управления и меня пригласили туда работать. Так я стал профессором. Кроме того, в Академии труда и социальных отношений в 1995 году защитил докторскую диссертацию. А журналистика моя выражалась в том, что я в то время активно участвовал в создании приложения к "Крестьянке" - журнала "Обыватель".

- И все-таки известен ты больше как генеральный директор Международного пресс-клуба…

- Шел 1996 год и в Москве был небольшой пресс-клуб, который уже "дышал на ладан". Тогда ко мне пришел Владимир Губернаторов и предложил: "Давай создадим в Центре международной торговли настоящий пресс-клуб". Мы нашли пять учредителей и создали Международный пресс-клуб. Начался его колоссальный взлет, клуб стал престижным - к нам приходили солидные люди государственного масштаба. Жизнь забила ключом.

Но постепенно менялись приоритеты в обществе и интерес к этому стал падать. Мы начали заниматься пиар-сопровождением крупных бизнес-проектов. Все шло великолепно. Но в 2002 году у одного из наших основных учредителей - Торгово-промышленной палаты - сменилось руководство. У Евгения Максимовича Примакова, возглавившего ее, были отличные от наших взгляды на пресс-клуб. И пути-дорожки разошлись.

Я создал свою структуру по пиару и консалтингу, оставив Международный пресс-клуб как часть ее названия, на что имел полное право.

- Ну, вот ты стал известным пиаровцем - организуешь грандиозные мероприятия и их пиар-сопровождение, двигаешь вперед отечественную дисциплину под названием "Теория и практика связей в общественностью"… А что ты еще умеешь делать в жизни хорошо?

- Писать могу. Любого рода статьи на любую тему.

- Но это-то понятно - твоя работа! Я имею ввиду - не вяжешь ли на спицах вечерами, не поешь ли оперные арии под фортепьяно?

- Ничего такого я не умею. Так же, как, например, пользоваться дрелью. Я не из тех, про кого жена может сказать: "Настоящий мужик - полку на кухне повесил!" У меня стойкая аллергия на такого рода работу. И крестиком не вышиваю, хотя много чего в жизни перепробовал.

Моя любовь - альпинизм. Им занимаюсь всю жизнь. Каждый год езжу в Альпы, на Эльбрус, на Килиманджаро. Еще всю жизнь бегаю. Живу в Крылатском, неподалеку от велосипедной трассы, и по ней и накручиваю свои утренние километры. Хожу на лыжах - прошелся даже по архангельской тайге. Боулингом было увлекся, начал выигрывать серьезные турниры. Но эта страсть прошла.

- По всему выходит: ты - человек с гладкой биографией. Никаких резких движений в жизни не совершал, профессиональных стрессов "на разлом" не испытывал?

- Нет. У меня все текло логично и естественно. Может, это потому, что я попадаю в свою предначертанную судьбу?

- Я в этом не сомневаюсь! А как ты думаешь - почему в народе так не любят пиарщиков? Раздражает цинизм?

- В том числе! И основания к этому есть. А сейчас поводов для раздражения стало еще больше. Связано это, прежде всего с тем, что руководители заказчиков и пиар-агентств входят в свои "особые" отношения и решают главную шкурную задачу - как выгодно "распилить" между собой выделенный на пиар бюджет.

- Наш рынок пока очень похож на базар?

- Увы - это так. Кроме того, есть прикормленные Кремлем пиар-агентства. Им говорят: "Будете работать с этим кандидатом". Они отдают честь и идут выполнять задание. Под это выделяются немалые деньги. А когда приходит срок подводить итоги, все начинают искать результат: куда уплыл бюджет, что сделано? И все об этом знают - шила в мешке не утаишь.

И потом - это наше российское упоение термином "пиар"! Ведутся бесконечные споры по поводу значения этого слова. На самом деле это не что иное, как "коммуникация". Сейчас есть правда, более развернутое определение: "сознательная организация коммуникации". Без всяких черных и белых оттенков.

А слово "пиар" стало символом нечистоплотности и имеет сегодня негативный смысл.

- А вот Ясен Николаевич Засурский в одном из интервью определил суть пиара в Америке так: "предотвратить конфликт", то есть тамошние пиарщики разрабатывают систему улаживания отношений с обществом. У нас же пиар пока более примитивный и, как и бизнес, не очень-то этичный. Именно поэтому в той же Америке перейти в журналистику из пиара очень трудно.

- А у нас в журналистику из пиара никто и не уходит! Естественный путь - обратный: из журналистики - в пиар. Для продвинутого журналиста есть только два пути: или в "золотые перья" или в пиар. Но в этой сфере нужно уметь выдавать более высокий уровень текста - анализировать, систематизировать, оттачивать... А СМИ - это не останавливающийся поток, конвейер, где уровень требовательности к качеству текста занижен. Именно по этой причине многие журналисты в пиаре работать не могут.

А путь из пиара в журналистику? Я этого не понимаю: все равно, что жить не по восходящей, а по горизонтали или назад. Другое дело, что человек, работая в пиаре, любит и хочет писать, что называется, для себя. Тогда он все равно не возвращается в журналистику, а начинает писать книжки.

- Количество вузов, обучающих профессии "специалист по связям с общественностью" у нас растет. Это обусловлено запросами рынка? Легко ли устроиться на работу пиар-специалисту?

- Рост числа вузов объясняется модой и мифологией вокруг этой специальности. Появился стереотип: мол, это престижная и высокооплачиваемая профессия. Отчасти это так. У нас в крупных городах очень высокая динамика и мы в пиаре быстро вырываемся вперед, догоняя западные стандарты, а в Москве и опережая их. Но если отъехать от Москвы 200 км, то картина там иная: устаревшие книжки, кураж вокруг нового "волшебного" импортного слова "пиар", огромные конкурсы в вузы на эту специальность…

- А где сегодня конкурсы выше - на факультетах журналистики или связей с общественностью?

- На пиар спрос больше. Ведь сами студенты становятся пропагандистами этой профессии - престижно: они идут работать на должности, которых раньше не существовало! Сегодня время, когда происходит пиар пиара.

- Сейчас и в журналистику, по-моему, больше идут не по велению души, а по расчету, ориентируясь на пиар- и рекламную журналистику, предполагая потом получение приличных денег. Останется ли, по-твоему, журналистика как способ реализации человека - честная, правдивая, принципиальная?

- Останется! Потому что другого выхода нет. Да, сейчас многие издания зарабатывают рекламой и коммерческими материалами. Но любая газета все равно вынуждена работать и на свой имидж, даже ограничивая рекламную площадь. Если в газете или журнале будет только "заказуха", их постепенно перестанут читать. СМИ все равно вынуждены подстраиваться под интересы читателя. Кроме того, в газетах всегда будут работать люди, которые живут профессиональным, а не только шкурным интересом.

Только в том случае, если печатное издание "садится на иглу" денежного потока, обслуживая интересы исполнительной или законодательной власти, ей читатель становится безразличен.

- Ну а прежняя журналистика - когда, говоря словами Окуджавы, "каждый пишет, как он дышит, не стараясь угодить" - останется? Будет ли на нее спрос?

- Путь для души останется, он не может исчезнуть. Я не просто в это верю. Я готов спорить. Не все решают деньги. Много интересных личностей, которым сами СМИ готовы заплатить, лишь бы они согласились на интервью. И поводов для журналисткой статьи в жизни - миллион. Профессионализм и гордость за свое дело убить невозможно. Я верю в нашу журналистику.

- Давно хочу задать тебе вопрос: а вот что будет с газетами и журналами лет этак через 10-15? Вытеснит ли Интернет бумажные СМИ? Люди захлебываются в информационных потоках, им некогда читать газеты, которые тоже вынуждены переходить на таблоидные форматы.

- Интернет, безусловно, потеснил печатные СМИ и еще потеснит. Правда, в глубинке - только лет через пятьдесят. А в крупных городах еще немного потеснит и остановится. Объясняется это просто - законами человеческого восприятия: одни воспринимают информацию глазами через изображение, другие - ушами через слух, третьи - глазами через текст... Ведь книжки не исчезают - их читают! И тиражи огромные! Всегда будут люди, которым нравится не смотреть в экран компьютера, а держать газету в руках, вникать пристальнее в то, что она пишет.

- Сегодня у нас появляется глобальное телевидение, глобальный Интернет, глобальные газеты - глобальная среда! Все это заставляет нас видеть мир одинаково. Хорошо это или плохо?

- Почему это одинаково? Абсолютно не так! Наоборот - попытки управлять сознанием людей через телевизор рассчитаны на самую отсталую аудиторию. С более-менее грамотными людьми это номер не проходит. Думающий человек всегда ищет альтернативы. Даже в информационном захлесте он не будет удовлетворен одной точкой зрения на проблемы. Тот же Интернет сейчас дает возможность разнообразия точек зрения. Глобальное давление трактовками информации может породить листовки на стенах, "самиздатовские" издания… Да что там - на этом самом глобализме целая наша империя сгорела!

- Ты один из учредителей и членов жюри объявленного недавно Первого всероссийского конкурса "Русский язык в электронных СМИ" - "Как наше слово отзовется". А чем отличается, на твой взгляд, язык Интернета, электронных СМИ от языка СМИ печатных?

- Язык в Интернете - это пока "белое пятно" даже для языковедов. Явление, пока не изученное. Мы хотели было взять его за проблематику конкурса, вовремя одумались - в этом можно утонуть.

А язык электронных СМИ - радио и ТВ - тяготеет к языку информационных агентств, но с повышенным уровнем эмоциональности. Если мы начнем читать газету, например, по радио - то будем постоянно спотыкаться о фразы письменной речи. "Печатный" язык сложен для прочтения вслух.

И наоборот: если записать речь, которая хорошо воспринимается на слух, то мы утонем в междометиях, вводных словах, просторечных выражениях… Речь радио и ТВ, если можно так выразиться, более "плановая", чем язык в газете или журнале, и не предполагает громоздких оборотов. Этот язык более образный, эмоциональный, но в то же время более простой. А наш конкурс преследует одну главную цель - сохранения русского языка при всех новых культурных и социальных аспектах коммуникации, рожденных сегодняшним днем.

- Хочу проверить твой политический пульс. Как ты, как специалист по связям с общественностью, относишься к недавним реформам власти, предпринятым после трагедии в Беслане?

- Отрицательно отношусь. И вопрос даже не в том, что существует угроза тоталитаризма. Если сравнить революции 1917 и 1991 годов: обе произошли практически легко и бескровно. И в том, и в другом случае система рухнула. Только после революции 1917 года началась война, а спустя 74 года - нет. Причина простая: в начале века была частная собственность, за нее, в том числе, и шла война. Но в том и другом случае картина была одна: система забюрократизировалась и съела сама себя.

То же начинает происходить и сегодня: назначенные полпреды в регионах, бюрократические надстройки над министерствами, назначение губернаторов - то есть выстраивание тотальной вертикали власти. Это прямой путь к 1917-му году. Такая империя постоит-постоит, да и упадет.

- Суть того что произошло в Беслане…

- … - это бардак, который продемонстрировали "вертикали" власти всех мастей. Бесконечные вертикальные согласования любого шага привели к неуправляемости ситуации вообще. Беслан показал, что "вертикаль" и число ее ступеней - огромное, а вот "горизонталь" реальных исполнителей сократилась. Да к тому же в этой "вертикали" никто ни за что не берет на себя ответственность.

- А твое мнение о новой пропорциональной системе выборов, то есть по партийным спискам, и о запрете на политические блоки?

- Это игра в неполноценную демократию с полным игнорированием политического меньшинства. Между прочим, на разного уровня международных переговорах, в которых мне доводилось участвовать, нам почти всегда задавали один и тот же вопрос: "А как у вас решается проблема спасения малых народностей Севера?". А почему? Да потому что учет мнения меньшинства и есть настоящая демократия. А у нас порог прохождения в Госдуму устанавливают в 7 процентов! А политические меньшинства куда? На обочину истории?

- А на что, по-твоему, направлены эти реформы? Мы идем к авторитаризму, уже построив манипулируемую демократию?

- Как там у Грибоедова? "Я сам обманываться рад!..". Но увы - многие политики и мэры уже выстроились "во фрунт" в президентской шеренге и сказали: "Конечно, надо назначать!" Уже есть готовность воспринимать такого рода решения. Как будто забыли времена тотальной КПСС.

- Так к чему это ведет?

- Мне бы не хотелось выступать в качестве политолога. Я не есть пламенный борец-правозащитник. На выборы не хожу, не голосую - слишком хорошо знаю политическую "кухню". Я, если хочешь, тот самый "протестный электорат".

Но знаю одно: сегодня у всех людей есть хоть какая-то собственность - да хоть плохонький сарайчик! Не важно, где они его взяли - первоначальное накопление капитала везде было несправедливым. Начать пересматривать и трогать сегодняшний рынок и частную собственность - самоубийственно: рынок не убить.

Нас вряд ли постоят в колонны и начнут отправлять снова в лагеря. Но есть другая серьезная угроза государству. У нас борьба с бюрократией порождает еще большую бюрократию, борьба с коррупцией - еще большую коррупцию, масштабы которой сегодня огромны. А все это ослабляет государство. В России все время перегибы: Ельцин показал, как можно не управлять государством совсем, а Путин пытается показать как им можно управлять тотально. От таких экспериментов страну спасает пока один резерв - высокие цены на нефть.

- Что-то слишком серьезен наш разговор накануне твоего юбилея. Расскажи "под занавес" пиаровский анекдот.

- Толкаешь меня на "антибрэндинг" пиара? Учти - эффект получается всегда обратный. Вот тебе анекдот:

У одного крестьянина стали дохнуть куры. Ему посоветовали обратиться в пиар-агенство - мол, пиарщики все могут. Крестьянин пришел в пиар-контору, изложил проблему. Ему сказали: "Конечно, поможем! Именно на курах мы и специализируемся". Дали за деньги крестьянину советы: солому перестелить в курятнике, стены другим цветом покрасить…

Приходит крестьянин в очередной раз. Спрашивают: "Ну как?" Отвечает: "Дохнут!" Ему новый совет: поменять конфигурацию курятника, проследить за "контактными" группами…

Крестьянин приходит и снова докладывает: "Дохнут!" Ему еще: понаблюдайте взаимодействие с другими фокусными группами - овцами, козами… Исчез крестьянин. Приходят пиаровцы к нему, спрашивают: "Ну как?" Крестьянин докладывает: "Спасибо большое - проблема решена! Все куры сдохли". "Как жаль, - сказали пиарщики, - а у нас еще столько разработок для вас было подготовлено".

Справка "Политком.Ру":

ЧУМИКОВ Александр Николаевич - доктор политических наук, профессор факультета государственного управления МГУ им. М.В. Ломоносова, ген. директор одного из ведущих российских PR-агентств "Международный пресс-клуб", вице-президент Российской ассоциации по связям с общественностью (РАСО).

Беседовала Людмила Столяренко

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}