Интервью vedomosti.ru

Анатолий Быков: "Край будет наш"

- Принято считать, что ваш конфликт с Александром Лебедем разгорелся вокруг создания в Красноярском крае энергометаллургической компании. После вашего отъезда из России на этих планах поставлен крест? - Нет, я создам эту компанию, и я об этом Лебедю прямо в глаза сказал.

- Каким образом? - Законным способом. Во-первых, алюминиевый завод наш. Красноярская ГЭС наша - наша финансовая группа (ФПГ "ТАНАКО") имеет 65% акций. Второе - уголь. Мы не собираемся участвовать в аукционе по "Красуглю", с которого меня так цивилизованно вытеснили, - сказали, что Быков хочет его прикарманить. В крае есть новые месторождения угля - надо вложить средства, купить экскаваторы и разработать их.

Это произойдет после того, как я вернусь. Я все равно на примере края хочу показать, что экономика может нормально работать. Ведь все заводы в крае строились для единой промышленной цепи. Не надо ничего нового придумывать, надо просто все соединить.

Я об этом рассказал Лебедю. Он сказал: "Анатолий Петрович, в экономике ничего не понимаю, будете делать это вы". Но люди из его команды увидели программу, сказали ему: "Зачем тебе Быков? Если Быков осуществит эту программу, все очки пойдут ему. А если мы осуществим с тобой, то очки все тебе пойдут". Они это никогда не смогут осуществить.

Я хотел обанкротить "Красуголь". Я это делал законным способом, и это делал сознательно. Я хотел все склеить в холдинге, который бы в год зарабатывал $200 млн.

Я об этом говорил Лебедю, уже когда мы с ним разошлись. Я ему говорил: "Александр Иванович, мы создадим холдинг. Моя главная задача как бизнесмена - заплатить тебе налоги, а ты как государственный человек должен ими распорядиться. Если ты хочешь участвовать в бизнесе, спустись со своего кресла, я дам тебе большой экскаватор, ты будешь копать уголь. Хорошо будешь копать - я с тобой поделюсь прибылью, если плохо - я тебя выгоню".

- То есть причина ссоры с Лебедем не в том, что ему не понравилось, будто новая компания будет получать большую прибыль, а налоги будут меньше? - Нет, причина другая. Для меня страшно, когда ты кому-то оказываешь доверие, а это доверие не оправдывается. Мой округ, от которого я избирался в Законодательное собрание, там два города и пять районов, они дали ему 75% голосов. Как только он избрался, мы дали ему кредит $11 млн на решение острых социальных вопросов.

Но он оказался человеком без совести и чести. Я уверен, что он никогда не отдаст этот кредит. Я говорю своим противникам, что они мне еще спасибо скажут, что я спас Россию, дал ему возможность поуправлять в крае, где он полностью себя показал, экономику за год уронил вниз, еще два-три года понадобится, чтобы поднять ее на уровень, на котором она была.

- После вашего отъезда Лебедь не делал попытки примирения? - Да, он много сделал для того, чтобы сесть снова со мной за стол. Он присылал ко мне людей, достаточно известных и авторитетных, чтобы помириться со мной и начать заново. Но этого никогда уже не будет.

- Может быть, вы вынашиваете планы мести Лебедю? - Не хочу я никому мстить. Он себя сам дискредитирует сейчас.

"Они фабрикуют уголовные дела, чтобы остановить меня перед выборами" - Как Александру Лебедю удалось договориться о том, чтобы в край с проверками приехала комиссия МВД во главе с генералом Колесниковым? - Ему это удалось, во-первых, потому, что Березовский хотел видеть в нем президента. У них были между собой какие-то договоренности, хотя губернатором становиться он ему не помогал. Второе, Березовский создавал ему имидж, рисовал из него такого Де Голля второго. Но это искусственный генерал. Он приехал в Москву, пришел к Бордюже, Примакову, в ноги упал: "Помогите мне справиться с Быковым! Я не пойду на выборы, только уберите Быкова". Я и Березовскому объяснил: "Так не будет, как вы хотите". Пока мы живы и здоровы, край будет наш.

Я Лебедя очень хорошо знаю - это трусливый, амбициозный человек. Страшный для людей, не для меня. Но он включил сегодня диктатуру власти, систему борьбы.

Он не просто пригласил эту комиссию во главе с Колесниковым. За этим стоят другие люди, которые любым путем хотели завладеть этим заводом, - Олег Дерипаска, директор Саянского алюминиевого завода, ряд людей с сомнительным прошлым, которые крутятся вокруг Дерипаски, и бывшие генералы ФСБ.

- Каким образом у вас хотели забрать завод? - Лебедь хотел арестовать меня и сторговаться, чтобы я отдал свои 10% акций завода. Плюс 20%, бывший госпакет, и потом мне сказать "до свидания"и участвовать в бизнесе. Может, переманить потом на свою сторону других моих партнеров по КрАЗу и иметь контроль над заводом.

- По факту "незаконной приватизации"этого 20% -ного госпакета комиссия возбудила уголовное дело.

Как проходила приватизация этого пакета? - Эти акции приватизировал не Быков.

Тогдашний губернатор Зубов под залог отдал их в ФПГ "ТАНАКО", которой руководил Корней Гиберт. Они вместе, согласованно тогда это делали с губернатором Зубовым. Потом край не отдал "ТАНАКО" кредит. "ТАНАКО"забрала госпакет акций КрАЗа, а потом по такой же схеме забрала по 20% акций Красноярской ГЭС, Красноярского металлургического завода, Ачинского глиноземного комбината.

- Вы испугались, когда в край приехала комиссия МВД? - Я не боялся приезда комиссии. Я не думал, что она пойдет по этому пути, что появится несколько десятков уголовных дел.

Сейчас в прямом смысле слова идет фабрикация уголовных дел. Людей избивают, выбивают из них силой показания. Уже есть конкретные факты: документы привезли из Ачинской тюрьмы, куда четверых ребят из Назарова забрали, чтобы они давали показания на меня.

- Их допрашивают по одному из дел, возбужденных против вас уже после вашего отъезда. Речь идет о вашей причастности к убийству бизнесмена в вашем родном городе Назарове? - Если бы мне надо было решить с кем-то какой-то вопрос, я бы решил. Я в этом городе, в Назарове, депутат городского собрания, мэр города - мой друг. Я бы мэру позвонил, и он бы взял за шкирку этого человека и посадил куда надо.

А эти ребята, которых забрали, - они у меня сторожами работали. Представляете, сторож у меня работал - что он мог знать! Они сейчас фабрикуют уголовные дела против меня, чтобы остановить меня перед выборами в Госдуму.

- Сразу после вашего отъезда Колесников заявил, что против вас заведено уголовное дело. В чем его суть? - Как будто бы я отмывал деньги и вкладывал их в бизнес, а потом приобрел на эти деньги акции КрАЗа. Весь бизнес проходил в начале 90-х - как они докажут, что я отмывал деньги? Просто они увидели, каким путем я иду и какая команда за мной идет, такой второй команды в России сейчас нет.

- Вы реально претендуете на то, чтобы стать губернатором? - Да. Просто если бросить край, люди мне скажут: предатель, испугался, народ мне этого не простит. Другого пути нет, и есть команда опытных профессионалов, промышленники, политики, дружная команда, которая будет работать со мной.

"Если бы я был бандит, я бы давно уничтожил и Колпакова, и Лебедя... " - А как вы вообще попали на КрАЗ, чем вы занимались до этого? - Еще когда я спортом занимался, ездил по соревнованиям, я в Узбекистане, Киргизстане познакомился с ребятами. Они мне как-то однажды в начале 90-х позвонили, говорят: наши друзья едут к вам в Красноярск заниматься алюминиевым бизнесом, ты встреть их, помоги. Это они мне про алюминиевый бизнес рассказали, потом говорят: "Анатолий, давай, будешь помогать нам". Я тогда торговал продуктами питания. Потом я не раз присутствовал на встречах, где за столом сидели руководители завода. Я услышал, что завод закупает продукты, фрукты, одежду. Я предложил поставлять на завод все это. Два с половиной года к алюминию даже не прикасался.

Потом началась приватизация завода, мне один из моих партнеров - Геннадий Дружинин - предложил поучаствовать в скупке акций.

- Сколько вам это стоило? - Я уже не помню. Тогда это было немного - у меня еще и капитал остался. Акции купили на нашу совместную компанию "СТМ" ("Строительство, технология, металл"). Тогда на завод шли и другие компании: и TransWorld, и TransCIS Commodities, и из Казахстана, и из Москвы. Все скупали ваучеры, но в конечном счете потом они продали их тем людям, у кого был больший пакет. Мы с Геннадием Дружининым скупили в общей сложности 20% акций КрАЗа.

- Вам приписывают связи со многими красноярскими "авторитетами" - с Толмачевым, с Липняговым, с другими...

- Да, я знал многих людей, но дел с ними не имел. Я никогда ни возле них, ни под ними не был. В газетах дали мне кличку Бык. Никто меня так никогда не называл.

Возле них был еще один - руководитель Федерации рукопашного боя Слава Бык.

Фамилия такая - из трех букв. Журналисты слышали звон, и все меня путали. Слава Бык и сейчас жив и здоров, в Красноярске занимается своими делами.

- Как проходило формирование крупных пакетов акций КрАЗа? - Коммерческий директор и местная компания "Сибалко"скупили примерно по 20%. У TransCIS тоже было около 20%. Потом началось: то один хотел руководить, то другой, алюминиевая война и началась. Я в этом не участвовал. Я вообще долгое время не участвовал в распределении дивидендов, металла. Я стал участвовать во всем этом с конца 1996 г., когда меня избрали членом совета директоров завода. Тогда уже все войны закончились.

- У вас нет экономического образования. Как вы вникали в тонкости этого бизнеса? - Как только я стал членом совета директоров завода, я стал общаться с людьми, которые знают, что такое бизнес, экономика, финансы. Стал приглашать людей из институтов, они меня консультировали, потом я их взял на работу. Человек не может познать все направления, я стал организатором работы завода. В 1996 г. у завода был долг $200 млн. А сегодня - ноль.

Сегодня работает команда - три равных партнера, равных по бизнесу и по акциям: я, Лев Черной и Василий Анисимов, глава компании "Трастконсалт". У нас троих в общей сложности 76% акций завода.

Между нами заключен договор, по которому никто из партнеров не может продать свой пакет акций на сторону. Если захочет продать, то должен сначала предложить кому-то из партнеров.

- Черной и Анисимов - ваши надежные партнеры сейчас. Вы уверены в них? - Да, пока да. Но если человека под автоматом поставить, если посадить человека в тюрьму, я не уверен, что они не откажутся от меня так же, как назаровские ребята, которые начали рассказывать обо мне, что было, чего не было.

- Какова роль TransWorld на заводе? - Не надо представлять TransWorld как захватчика. Это нормальная структура, у которой многим нужно поучиться, как вести бизнес. А то, что они вывозили в те далекие годы капитал из страны, так это надо задавать вопрос тем людям, которые им в этом помогали, - Коржакову, Барсукову, Сосковцу и всем остальным.

- Почему прошлый год КрАЗ закончил с убытками? - У завода остался с 1996 г. долг - $200 млн.

Вот и тратили прибыль на то, чтобы погасить долги перед разными коммерческими структурами, которые могли подать на банкротство завода и стать его хозяевами.

- То есть вы таким образом предотвратили возможное банкротство завода? - Да. Тогда нам было тяжело. Гендиректор, который управлял заводом в 1996 г., Юрий Колпаков - подписывал такие бумажки, что на завод не возвращалось по $12 млн, по $20 млн, и никто не нес ответственности за это. Поэтому в 1997 г. и начался очередной алюминиевый скандал. Вот пресса пишет, какой Быков бандит.

Если бы я был бандит, я бы давно уничтожил и Колпакова, и Лебедя сегодня. Но есть цивилизованные методы. А то, что происходило деление сфер влияния в Красноярске, так это во всей России происходило. Везде есть кладбища.

"Я до операции не мог неделями ходить... " - Где вы сейчас живете? - В Америке, в Нью-Йорке. Там квартира, жена там живет. После моего отъезда начали всякие басни сочинять про меня, что там операцию сделал, здесь сделал...

- А где на самом деле ее делали? - В Швейцарии. Операция была очень серьезная. Удалил диск между четвертым и пятым позвонками. Я давно готовился к этой операции, целый год. Я предупредил всех в Законодательном собрании, что через две недели уезжаю. Все ждали меня, а потом возбудили уголовное дело.

Я до операции не мог иногда неделями ходить, у меня нога правая отнималась это первый симптом перед парализацией. После этого сделал операцию. В России делать операцию боялся.

- А Колесников знал о том,,что вы уезжаете? - Все знали..Я ехал спокойно из Красноярска, неделю в Москве был, потом я улетаю за границу, и через день они возбуждают уголовное дело. И я дней через 10 делаю операцию. Месяц восстанавливался после операции, потом поехал в санаторий, в Аризону, где занимался позвоночником.

- Вас столько времени не было в России. Вы не отстали от дел? - Нет, у меня телефон все это время 24 часа работал. Потом ко мне всегда люди прилетают, почти ежемесячно, поэтому я в курсе того, что происходит в бизнесе.

Может, Бог мне время дал разобраться с зарубежным бизнесом. Обычно приезжаешь на 10 дней, ничего не успеваешь, а теперь я узнал, что такое американский рынок.

За это время создал компанию по переработке алюминия - ALDeCO, она зарегистрирована в Швейцарии. У меня есть право на 30% алюминия с КрАЗа, эта доля и будет реализовываться через новую компанию. Она будет перерабатывать металл в Америке, продавать изделия из алюминия. Мы начали с 500 т, с 1000 т. С сентября начнутся постоянные поставки.

 

Опубликовано: 7 сентября 1999 г.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}