Хроника Нарине ЭЙРАМДЖЯНЦ

«Не бойся», мы победим!

Сначала Арам Шахбазян снял фильм «Лаваш». Это удивительной красоты короткометражка на французском языке. Художественные достоинства фильма заставляют зрителя напрочь забыть о том, что лента, собственно, документальная, снятая по всем правилам этого серьезного жанра. Это было во второй половине девяностых – когда все таили робкую надежду, что в Армении скоро снова станут снимать большое кино. Но никто не знал, когда же наступит это «скоро».

Говорят, в Ереване премьера фильма проходила под шумную рекламную компанию… В Москве никакой рекламы не было. Люди просто пришли в кинотеатр «Ролан» утром в воскресенье, чтобы уйти ближе к вечеру, потому что весь «Ми вахецирь» был показан одним гигантским сеансом. Никто не ушел домой не досмотрев картины до конца.

Те кто не видел фильма, задают стандартный набор вопросов. Вопрос первый: возможно ли перевести фильм на другие языки? Да, возможно. Создателям фильма удалось достигнуть той планки, которая прославила художника Минаса Аветисяна – сделать настоящее армянское произведение искусства, которое может быть понятным представителю любой культуры. При этом яркие образы ленинаканца, карабахца, армянина, выросшего на западе не только узнаваемы, но и дают представление о типажах зрителю, для которого до того се армяне были на одно лицо. Так что риторическое сравнение «Не бойся» с фильмом «Мы и наши горы», абсолютно не уместно. ( перевод этой картины был обречен на провал: «Мы и наши горы» так и остались чисто армянской картиной, понятной только тем, кто вырос в этих самых горах).

Второй вопрос из этого джентльменского набора: «почему все в таком восторге?». А как не быть в восторге, господа, как? Арам Шахбазян озвучил тему, которой впервые коснулся непревзойденный Лев Николаевич, а именно: тему контраста между беспечной, легкомысленной жизни в тылу, когда человек ищет, чем наполнить свое существование, и жизнью на войне, когда герой обретает самого себя, становится выше суеты, которая его окружает.

В фильме нет ни грамма пафоса. Даже на войну герой попадает случайно, а не из-за высоких мотивов. Кажется, что война должна раздавить этого избалованного папенькиного сынка, но напротив, это он давит на ход войны, разрывая линию фронта противника в финале. В фильме вообще нет ни грамма фальши, одна сплошная правда – правда старой элиты, на пятки которой наступают те, кто едва прорвался к рычагам власти, и правда тех, кто «едва прорвался» – мстящих за старые обиды, и пытающихся сделать нормой свои волчьи правила. Правда тех, кто пытается выжить любой ценой, принимая эти новые законы, и тех, кто не смотря ни на что остается верен себе. «Не бойся» - это не только призыв не бояться вызова судьбы, в первую очередь, это клич не бояться остаться самим собой. Потому что без малого шесть часов экранного времени расставят всех на свои места – и зарвавшегося депутатского сынка, и предателей, и героев. Но – «Ми вахецирь» вместе с тем и очень христианская картина, хотя в ней нет ни одного фрагмента с храмом или с крестом. Зато есть главное – тема прощения. Не случайно одна из самых сильных сцен – встреча главного героя со старым врагом. Изменившийся до неузнаваемости сын чиновника-нувориша, из-за которого собственно, изменилась судьба главного героя подойдет к нему на похоронах матери. Теперь он директор этого самого кладбища. В их диалоге нет ни слова о прощении – но им проникнут весь диалог.

В главном отрицательном герое без труда можно узнать известных чиновников тех времен. Их жестокость оправдана нелегкой трудовой биографией – они не просто абсолютные злодеи – у них есть свои причины быть озлобленными. Точное изображение комплексов этих персонажей – сцена сауне, когда новые правители стоят, обернутые в простыни, в позах римских сенаторов.

Дела тыла и дела войны – два совершенно разных мира. Пока чиновники делят ресурсы в тылу, по ту сторону границы идет совсем другая жизнь. Армянский отряд где под руководством типичного ереванского «городского парня», интеллигента, воюют ребята из разных уголков страны. Это маленький коллективный портрет Армении – острый на язык Ленинакан, упрямый карабахец, ироничный «спюркахай»: среди них старики, и совсем молодые парни, крестьяне и горожане. Они воюют, что называется от души, поддерживают друг друга, ссорятся, и даже шутят, глядя смерти в глаза. А смерть выступает в лице прекрасно вооруженного врага. Какой контраст по сравнению с армянским отрядом… И какими абсолютно одинаковыми выглядят противники по сравнению с такими разными ребятами из отряда главного героя.

Редкому мастеру удается передать трагедию, не проронив ни единой слезы, как в картине «Не бойся» - герои постоянно шутят, в фильме много комичных сцен. Даже глядя смерти в глаза, они не строят из себя ни великих героев, ни жертв трагических обстоятельств. И что это, если не убиение минорности, плаксивости, которая до сих пор считалась характерной чертой национального искусства?

Так вот, возвращаясь к нашему маленькому предисловию: когда «Лаваш» показали на одном из ереванских фестивалей, автору фильма критики стали пророчить большое будущее. Он только отмахивался, и ворчал что-то не слишком оптимистичное… И тем не менее, критики, а точнее, кинокритик Сирануш Галстян, оказались правы. Именно Шахбазян стал пионером нового армянского художественного кинематографа. Именно он снял многосерийный фильм «Не бойся» - первую легенду о нашем современнике.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}