Скандалы&Слухи&Стук Александр Минеев novayagazeta.ru

Скандал из-за утечек и «другие преступления вооруженных групп»

Что происходит на слушаниях в Гааге по сбитому «Боингу» рейса МН17. Публикация в Нидерландах неизвестных записей прослушек телефонов пророссийских боевиков в Донбассе стала поводом полемики в Окружном суде Гааги.

В четверг и пятницу он провел очередные слушания в рамках предварительного судопроизводства по делу о крушении малайзийского «Боинга» 17 июля 2014 года.

В аудиофайлах, записанных украинской спецслужбой СБУ и переданных в воскренье в программе Nieuwsuur («Час новостей»), есть голоса всех четырех обвиняемых: граждан России Олега Пулатова, Игоря Стрелкова-Гиркина, Сергея Дубинского и украинца Леонида Харченко.

Судья Хендрик Стейнхейс в начале заседания дежурно объявил, что им снова по домашним адресам направлены повестки в суд. Но только Пулатов с самого начала присутствует, пусть даже незримо. Его представляет международная адвокатская бригада. Остальные трое просто игнорируют процесс, и их судят заочно.

Адвокаты посвятили этому инциденту большую часть своих выступлений с претензиями к следствию и суду. Сторона обвинения тоже считает эту утечку незаконной, отрицает свою причастность, но не знает, как «тысяча записей» попала в руки журналистов телерадиокомпании NOS.

Адвокаты Баудевейн ван Эйк и Сабине тен Дуссхате, представляющие Пулатова, настоятельно попросили суд провести тщательное расследование обстоятельств утечки и найти ее источник. Они также просят суд обязать прокуратуру предоставить им все имеющиеся в ее распоряжении записи перехваченных разговоров. По их словам, неприемлемо, чтобы журналисты имели доступ к возможным уликам, которых нет у суда и защиты. Ведь в этих разговорах могут быть данные, которые касаются их клиента.

Одако, по словам прокурора Манон Риддербекс, среди перехваченных разговоров Дубинского многие не имеют отношения к трагедии MH17. Они «свидетельствуют о других преступлениях этих вооруженных групп, преследование за которые — это дело украинского правосудия».
 
В прослушках переговоров Дубинского защитники Пулатова действительно нашли для себя полезное. Они усмотрели, что Дубинский игнорировал своего заместителя Пулатова, напрямую связываясь с Харченко. Значит, Пулатов мог и не иметь отношения к транспортировке из России и охране «Бука», из которого, предположительно, был сбит «Боинг». В чем, собственно, четверку и обвиняют. Да и вообще роль их подзащитного в иерархии «ополчения» преувеличена, полагают адвокаты. Действительно, их программа — оправдать клиента, а не выиграть процесс.

Из последних выступлений адвокатов у меня сложилось впечатление, что защита нервничает, цепляется к мелочам, процедурным деталям, одновременно сылаясь на нехватку времени, ковидные ограничения, даже на предвзятость суда, слишком часто, по их мнению, отклоняющего запросы защиты. Адвокаты требуют все новых дополнительных следственных действий, даже если очевидно, что они не дадут ничего нового. Они возвращаются к тем, которые суд счел уже завершенными. Это затягивает время. Предварительная стадия процесса приближается к концу.
Начало разбирательства по существу намечено на 8 июня.

Суд пошел навстречу некоторым запросам защиты. Так, он согласился провести дополнительный опрос эксперта российского концерна «Алмаз-Антей». Следователи уже опрашивали представителя отдельно, и есть протокол на 80 страницах. Но на следующей неделе он прилетит в Нидерланды и будет опрошен на этот раз в компании с экспертами Аэрокосмического центра Нидерландов и Королевской военной академии Бельгии. У защиты также будет возможность задать ему дополнительные вопросы, сообщил судья Стейнхейс. Суд планирует провести 26 мая выездное заседание на месте реконструкции обломков «Боинга» на авиабазе Хилзе-Рейен. В осмотре примут участие и представители защиты.

Параллельно рассматривается этически деликатный и эмоционально трудный вопрос о компенсации близким жертв. Требования о компенсации ущерба подали 290 человек, сообщила суду представитель родственников погибших Арлетта Схейнс. В соответствии с гражданским правом Украины (а в этой части применяется оно), потерпевшая сторона может требовать компенсацию морального и материального ущерба. В рамках данного процесса принято решение добиваться компенсации только морального ущерба.

Платы за шок, переживание горя, боль утраты. Сумма — между 40 и 50 тысячами евро в зависимости от степени близости.

Это не материальное возмещение, а символ чего-то другого, напомнила адвокат. Дело не в размере выплат, а в том, чтобы заплатили сами виновные, сказала она, сославшись на пожелание родственников погибших. До сих пор обвиняемые не сделали ничего для людей, убитых горем, не проявили никакого внимания к людям, потерявшим своих близких. Они не признали никакой своей роли, никакой ответственности за уничтожение рейса МН17, их не тяготит память о дне 17 июля 2014 года, они даже не выразили сожаления о случившемся. По выражению Схейнс, «на эмоциональных банковских счетах родственников и друзей жертв катастрофы — краснота». Реальные банковские счета их в данном случае мало заботят. На сегодняшний день.

90 родных и близких выразили желание выступить на суде.

 

Опубликовано: 16 апреля 2021 г

Данное сообщение (материал) создано (или могло быть создано) и/или распространено (или могло быть распространено) иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и/или российским юридическим (или физическим) лицом, выполняющим функции иностранного агента.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}