Скандалы&Слухи&Стук Анна Еремина, Екатерина Литова vedomosti.ru

С «Траста» и его бывших владельцев требуют 300 млн фунтов

Держатели кредитных нот банка подали новый иск в Лондоне.

Фонд защиты прав инвесторов в иностранных государствах подал в Высокий суд Лондона иск к банку «Траст» и его бывшим владельцам и топ-менеджерам Илье Юрову, Николаю Фетисову и Сергею Беляеву. Об этом рассказал представитель фонда, который, по его словам, действует от имени части держателей кредитных нот «Траста».

В 2009–2014 гг. клиенты «Траста» по совету его сотрудников переводили средства из вкладов в кредитные ноты двух голландских компаний. Полученные средства учитывались в капитале банка как субординированные кредиты. После начала санации в конце 2014 г. «Траст» списал все кредиты, обеспечивавшие выплаты по нотам, и их владельцы потеряли деньги. По оценкам самих держателей нот, эти бумаги у «Траста» могли купить до 2000 человек на сумму около 20 млрд руб. Они с 2015 г. пытались вернуть свои деньги в российских судах, дошли до Верховного суда, однако получили отказ.

Вторая попытка

Фонд защиты прав инвесторов в иностранных государствах заключил с более чем 30 держателями нот договоры уступки прав требования (цессии), ее условия представитель фонда не раскрыл: в каждом случае они индивидуальны. В случае победы держатели нот получат определенный процент от номинала бумаг, объяснил представитель фонда. Присоединиться к иску могут и другие держатели, если заключат договор цессии «в течение четырех месяцев».

В августе прошлого года фонд уже подавал в Высоком суде Лондона иск к банку и его бывшим собственникам на $300 млн, информация о нем есть в базе суда. Несколько месяцев назад фонд начал в Высоком суде процедуру защиты интересов держателей нот на основе доверенности, выданной одним из пострадавших лиц, объясняет представитель фонда. Впоследствии фонд пересмотрел концепцию, продолжает он, и принял решение выступать истцом на основе договора цессии и не действовать на основе доверенностей.

В новом иске фонд требует от «Траста», Юрова, Фетисова, Беляева и их жен возмещения ущерба в связи с обманом, введением в заблуждение и дачей ложных заверений в ходе продажи кредитных нот, рассказывает представитель фонда. Так, «Траст» не предупреждал покупателей нот о рисках списания бумаг, а также обещал выкупить бумаги по первому требованию. Сумма иска – 300 млн фунтов, рассказывает представитель фонда: она объясняется общей суммой, на которую клиенты «Траста» приобрели кредитные ноты, с учетом всех штрафов.

В базе суда информации об иске еще нет. Представитель «Траста» сказал, что банку об иске ничего не известно, не знает о нем и Юров.
Фонд, по словам его представителя, привлек к делу английских барристеров (юрист, который ведет судебные дела и выступает перед судьей. – «Ведомости»), их возглавляет королевский советник Джеймс Рамсден. Рамсден подтвердил «Ведомостям» по электронной почте, указанной на сайте его компании, что работает над этим делом вместе с фондом, а также что иск был зарегистрирован судом.
Расходы на разбирательство представитель фонда оценивает в 2–10 млн фунтов, финансирование будет происходить из средств фонда.

«По мнению английских адвокатов, дело может быть рассмотрено в течение года, так как недавно Высокий суд уже принял решение против Юрова, Беляева и Фетисова по иску банка «Траст», в котором было разрешено большое количество вопросов, имеющих отношение также к данному делу, так что повторное их рассмотрение не потребуется», – говорит представитель фонда. В январе Высокий суд Лондона удовлетворил иск «Траста» к Юрову, Беляеву, Фетисову и их женам, они должны выплатить банку $900 млн. Суд решил, что все три банкира были вовлечены в мошенническую схему и несут ответственность за крах банка в декабре 2014 г. ЦБ тогда выделил на санацию «Траста» 127 млрд руб. На активы бывших собственников банка наложен арест, по оценкам Юрова и самого «Траста», активов у ответчиков – на $60 млн.

Вторая группа

Иск к «Трасту» и его бывшим собственникам в Высокий суд Лондона готовит и другая группа держателей нот. «Основная часть держателей кредитных нот рассматривают возможность подачи параллельного иска, поскольку не всех устраивают экономические условия, которые ставит фонд, и непрозрачность условий взаимодействия», – говорит представитель инициативной группы нотчиков банка «Траст». Было опрошено 250 человек, на данный момент более 90 проявили прямую заинтересованность в присоединении к альтернативному иску и сейчас согласовывается финансирование с потенциальными инвесторами, указывает он. И добавляет, что вести дело планирует королевский барристер Пол Митчел и его команда, уже проведена подготовительная работа. По оценкам, расходы на ведение дела составят до 5 млн фунтов.

Держатели нот могут подать второй иск к «Трасту» и его бывшим владельцам, наличие первого иска их не ограничивает, говорит партнер «Некторов, Савельев и партнеры» Александр Некторов. Сложности могут возникнуть в том случае, если у них будут разные основания и правовые аргументы – это может мешать выработке стратегии правовой защиты и эффективному ведению процесса, указывает он. Но медлить не стоит, так как банк начал взыскивать активы бывших собственников и держатели нот могут не успеть заявить свои права на них и наложить арест, предупреждает он.

Вторая страна

Для того чтобы собрать суммы выигрыша, решение Высокого суда придется принудительно исполнять по отношению к активам банка и бывших акционеров в Англии и других странах, указывает представитель инициативной группы нотчиков банка «Траст». Известно, что у банка, его бывших акционеров и их жен есть существенные активы на Кипре, Британских Виргинских Островах и в Италии, перечисляет он. Исполнение английского судебного решения будет зависеть от права такой страны, а исполнение решения Высокого суда на территории России, скорее всего, будет затруднено по политическим мотивам.

«Я здесь вижу 5–6 лет разбирательств (для сведения: только решение по делу банка «Траст» против Юрова и остальных судья Брайен писал 1 год и 2 месяца!) и вероятность отказа в иске в связи с избранием ненадлежащего способа защиты нарушенного права», – считает управляющий партнер московского офиса коллегии адвокатов Pen & Paper Антон Именнов. Если ноты были аннулированы на основании снижения нормативов достаточности собственных средств ниже установленного ЦБ уровня, а суды в России «засилили» такое решение, то идти доказывать лишение собственности нужно было в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), указывает он. И предупреждает, что даже в этом случае у судьи ЕСПЧ есть возможность отказать со ссылкой на предпринимательский риск: для кредитной ноты характерны одновременно и более высокая доходность, и более высокая степень риска по отношению к иным финансовым инструментам.

Привлечь бывших владельцев банка соответчиками можно лишь при условии, что фонд сможет доказать их прямой умысел, направленный на снижение достаточности капитала с единственной целью – не выкупать обратно кредитные ноты у инвесторов, рассуждает Именнов: «Мне это представляется крайне маловероятным, а в 570-страничном решении судьи Брайена именно этот вопрос остался неисследованным».

«На мой взгляд, у дела не много перспектив, учитывая, что речь идет о нотах участия в субординированных кредитах, которые были списаны по российскому закону. Само обязательство, которое лежало под этими нотами, исчезло», – рассказывает партнер «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин. Другое дело, продолжает он, что покупатели нот не понимали сложности инструмента и не были, по сути, квалифицированными инвесторами. Но несмотря на это, российские суды не встали на сторону держателей нот и сложно предсказать, как этот аспект будет рассматривать Лондонский суд, говорит Клеточкин. По его мнению, если действия бывших владельцев «Траста» привели банк к убыткам, то требовать возмещения ущерба – право банка, а у держателей нот весьма опосредованные права требования в этом случае.

Именнов ожидает, что еще на досудебной стадии «Траст» заявит об отсутствии у Высокого суда компетенции рассматривать спор с требованием перенести разбирательства в Россию, затем подаст заявление о прекращении производства по делу в связи с отсутствием предмета спора и наличием вступивших в силу российских решений. Если эти ходатайства не сработают, банк может подать встречный иск о признании и приведении в исполнение в Англии всех российских «отказных» решений.
Решения российских судов не будут иметь преюдициальный (то есть предопределяющий) характер при рассмотрении дела в английском суде ввиду разного состава участников дела, различного предмета и основания иска, утверждает представитель инициативной группы нотчиков «Траста».

Если дело дойдет до рассмотрения по существу, держателям нот придется доказывать заведомую неправосудность российских судебных решений, считает Именнов. По его словам, стандарт доказывания здесь крайне высок, а в последнее время английские судьи замечены в самоустранении от оценок законности решений российских судов, вынесенных в России по российскому праву по делам между российскими участниками делового оборота.

Судьи в Лондоне руководствуются концепцией процессуальной экономии и в случае подачи второго иска могут объединить производство по обоим делам по собственной инициативе, заключил Именнов.

 

Опубликовано: 17 апреля 2020 г.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}