Скандалы&Слухи&Стук Иван Ъ-САФРОНОВ; Андрей Ъ-ЦЫГАНОВ, Санкт-Петербург kommersant.ru

ЗА ЧЕСТЬ БЕЗ МУНДИРА

Штатский министр напал на военного прокурора

Сергей Иванов предпочел обороне наступление

Вчера разгорелся публичный конфликт между двумя высокопоставленными силовиками. Министр обороны Сергей Иванов в весьма жестких выражениях ответил на критику главного военного прокурора генерал-полковника юстиции Александра Савенкова по поводу состояния воинской дисциплины и преступности в войсках. По мнению министра, уровень преступности в армии гораздо ниже, чем в целом по стране, а большинство преступлений вообще раскрывается без участия Главной военной прокуратуры (ГВП). Таким образом, за четыре с лишним года работы гражданским министром обороны Сергей Иванов впервые заступился за своих подчиненных – до сих пор он без колебаний возлагал вину за различные чрезвычайные происшествия на военных (см. справку на стр. 2).

Жесткая критика в адрес руководства Минобороны прозвучала на пресс-конференции, которую Александр Савенков дал 24 мая в Москве (см. справку на этой стр.). Сергей Иванов терпел почти две недели, прежде чем высказать главному военному прокурору все, что он о нем думает. При этом время и место, избранные министром для перехода в контрнаступление (вчера он находился на 36-м Всемирном конгрессе по военной медицине, проходящем в Санкт-Петербурге), позволили высокопоставленному источнику Ъ в военном ведомстве остроумно предположить, что "Минобороны собралось 'лечить' ГВП".

Контрнаступление было организовано по всем правилам военного искусства: лобовой атаке предшествовала мощная артподготовка. Вчера утром через информагентства было распространено заявление анонимного высокопоставленного источника в Минобороны о том, что в ГВП "сложилась неблагополучная кадровая ситуация". По словам источника, имеющиеся данные свидетельствуют о высокой текучке кадров в военной прокуратуре, которая превышает все допустимые пределы, несмотря на высокий уровень денежного довольствия и социальную защищенность военных прокуроров. Так, в 2004 году из 204 уволившихся из военной прокуратуры офицеров 152 были уволены досрочно. А из 25 офицеров, уволившихся за пять месяцев этого года, только двое достигли предельного возраста пребывания на службе, другие же тоже были уволены досрочно. И это при том, что денежное довольствие в военной прокуратуре выше, чем на аналогичных должностях в армии.

Источник проявил хорошее знание предмета: действительно, военные прокуроры получают на 25% больше, чем армейские офицеры. Неудивительно, что в армии считается престижным перевестись на службу в ГВП. При этом Минобороны вынуждено доукомплектовывать военные прокуратуры за счет военнослужащих вооруженных сил, имеющих юридическое образование. Так, только в 2003 году Минобороны доукомплектовало военные прокуратуры 35 офицерами, в 2004 году направило туда еще 30, а за пять месяцев 2005 года – 14 офицеров.

Наконец, источник подчеркнул, что к прокурорскому генералитету эти кадровые проблемы не относятся: 31 из 2983 офицерских должностей в ГВП является генеральской, что в десять раз превышает принятые во всех силовых структурах нормы – более чем 1% вместо 0,1%.

Ближе к вечеру тайное стало явным: несмотря на плотный график визита в Санкт-Петербург, господин Иванов нашел время для пресс-конференции в окружном доме офицеров, где почти слово в слово повторил то, что ранее говорил "анонимный источник". Формально его длинная речь стала ответом на вопрос одного из журналистов, попросившего прокомментировать выступление генерала Савенкова. Но судя по тому, что перед пресс-конференцией всем присутствующим раздали справку о количестве преступлений и происшествий, совершенных в вооруженных силах с 2000 года, к этому "неожиданному" вопросу глава военного ведомства хорошо подготовился.

Заявив для начала, что "прокуратура – это святое", Сергей Иванов тут же сообщил, что "сегодня уровень преступности в войсках в два раза ниже, чем в среднем по России". А за четыре месяца этого года в армии погибло лишь 376 солдат, что на 20% меньше, чем за четыре месяца 2004-го (всего в прошлом году погибло 954 военнослужащих). "Это, конечно, недопустимо много, и нам есть над чем работать",– самокритично признал министр.

В то же время господина Иванова, как выяснилось, очень тревожит растущий уровень хищений, особенно авиакеросина. По его словам, в 2004 году было выявлено хищение авиакеросина в объеме 9,25 тыс. т, а это 61% от потребления топлива одним авиаполком в год. Но прокуроры к расследованию этих дел, как оказалось, непричастны вовсе. "Утраты материальных средств практически в 100% случаев раскрываются не благодаря военной прокуратуре, а в ходе внутриведомственных мероприятий,– похвалился господин Иванов.– Воровства в армии и на флоте не стало больше. Просто органы военного управления стали гораздо эффективнее его выявлять". О том, чем же в это время занимаются военные прокуроры, министр красноречиво умолчал.

Не обошел Сергей Иванов вниманием и другие обвинения главного военпрокурора – например, о назначении своим советником бывшего командующего Северным флотом адмирала Геннадия Сучкова, приговоренного к условному сроку за халатность, повлекшую гибель подлодки К-159 в августе 2003 года. "Я лично звонил Александру Савенкову и спрашивал у него, обязан ли я по закону уволить осужденного Сучкова или могу ходатайствовать перед верховным главнокомандующим о назначении его на нижестоящую должность, не связанную с командованием и наличием подчиненных,– сообщил министр.– Ответ был утвердительным, и Сучков был назначен советником".

Заодно глава военного ведомства опроверг утверждение господина Савенкова о том, что ряд проштрафившихся высших офицеров были не только оставлены на службе, но и повышены в должности и звании. "Если офицер совершает правонарушение по умыслу или из корысти, то с такими мы безжалостно расстаемся,– сообщил глава военного ведомства.– Только недавно я подписал приказ об увольнении из армии зампреда РОСТО в звании полковника, который за взятки продавал военную технику гражданским организациям".

В весьма резких выражениях министр прокомментировал и намерение генерала Савенкова добиваться сокращения численности работников военных комиссариатов. "В этом году за призыв впервые отвечало Минобороны, мы сейчас берем на баланс военкоматы, и здесь, конечно, обнаруживается масса проблем. Военкоматы, которые призывают по нескольку десятков человек в год, мы действительно планируем сокращать, но эти вопросы не относятся к компетенции Главной военной прокуратуры, а находятся в ведении Генштаба,– отрезал Сергей Иванов и не без ехидства добавил: – Мы же не спрашиваем, прочему в ГВП на 2983 офицерские должности приходится 31 генеральская, то есть по одному генералу на 100 человек..."

Не удержался министр и от реплики по поводу "дела Ульмана", фактически усомнившись в профессиональной компетентности главного военпрокурора. "Я не понимаю, как юрист может говорить о том, что оправдание судом присяжных не имеет отношения к правосудию,– посетовал господин Иванов.– Такие оценки особенно странно звучат из уст юриста. Для чего же мы тогда вообще создали суды присяжных?"

Сам Александр Савенков вчера громкие заявления своего оппонента не комментировал. Да и его подчиненные из ГВП, как правило, отказывались говорить даже на условиях анонимности – возможно, потому, что восприняли демарш министра обороны всерьез. "Похоже, это сигнал на реформирование системы военной прокуратуры, которая пока выпала из военно-административной реформы",– осторожно предположил источник Ъ в ГВП.

Военным прокурорам есть о чем беспокоиться. Сам главный военный прокурор, имеющий статус заместителя генпрокурора, назначается на должность Советом федерации по представлению генпрокурора и потому от министра обороны зависит мало. А вот рядовые прокуроры получают от Минобороны и воинские звания (до полковника включительно), и денежное довольствие, и материально-техническое обеспечение, включая служебные помещения, транспорт и средства связи. Так что если Сергей Иванов предложит президенту заняться "оптимизацией структуры и численности" военной прокуратуры, то критика господина Савенкова в адрес министра обороны может дорого обойтись ГВП.

В чем главный военный прокурор обвинил Минобороны

24 мая на пресс-конференции в РИА "Новости" главный военный прокурор генерал-полковник юстиции Александр Савенков подверг критике Министерство обороны, заявив, что уровень преступности в армии постоянно растет. Отметив, что в МЧС и погранслужбе ФСБ "наметилась тенденция к снижению правонарушений", прокурор подчеркнул, что в армии преобладают преступления против собственности и "объемы хищений во многом обусловлены отсутствием четко организованной системы ведомственного контроля".

По словам прокурора, зафиксированный в последние годы рост случаев дедовщины с 11% до 30% связан с "расхлябанностью" и "отсутствием четких и ясных правил, а именно отвечающего реалиям сегодняшнего дня воинского устава". Офицеры был обвинены в том, что они недостаточно активны, уклоняются от выполнения своих обязанностей, заключающихся в том, чтобы индивидуально работать с каждым военнослужащим.

Генерал Савенков не доволен тем, как осуществляется переход армии на контрактное комплектование. Он сообщил, что в Псковской воздушно-десантной дивизии из 6200 принятых на службу контрактников 2200 были уволены за алкоголизм, асоциальное поведение, игнорирование требований командования. Вину за плохой отбор контрактников прокурор возложил на военкоматы. Александр Савенков указал, что в военкоматах служит 18 тыс. офицеров – следовательно, на одного офицера приходится всего девять призывников.

Генерал Савенков заявил, что решение министра обороны Сергея Иванова назначить своим советником экс-командующего Северным флотом адмирала Геннадия Сучкова "абсолютно не отвечает задачам правосудия", напомнив, что гражданин РФ даже не может быть призван на воинскую службу до погашения судимости.

Кроме того, прокурор выразил несогласие с оправдательным вердиктом присяжных по делу Ульмана (решение по делу разведгруппы спецназа ГРУ, обвиненной в убийстве мирных чеченцев, было оглашено 19 мая). Назвав действия капитана Эдуарда Ульмана и его подчиненных "злодеянием", которое является "без сомнения, уголовно наказуемым", Александр Савенков заметил: "Вердикт присяжных к вопросу правосудия не имеет отношения. Это вопрос о правосознании россиян".

Кого преследовал главный военный прокурор

21 сентября 2002 года Александр Савенков заявил, что Анатолию Кудякову, командиру полка, к которому был приписан вертолет Ми-26, сбитый 19 августа под Ханкалой, предъявлено обвинение в нарушении правил полетов и халатности. 5 ноября 2003 года офицер приговорен Ростовским гарнизонным судом к трем годам и амнистирован, а вскоре оправдан судом СКВО.

11 ноября 2002 года кадровый разведчик полковник Александр Сыпачев признан виновным Московским окружным военным судом в покушении на госизмену и приговорен к восьми годам. Представлявший обвинение Александр Савенков опротестовал приговор, посчитав, что действия разведчика являются не "покушением на госизмену", а "госизменой". 11 февраля 2003 года Верховный суд оставил приговор в силе.

В декабре 2002 года Александр Савенков опротестовал амнистию, которая была применена 29 апреля 2002 года Московским окружным военным судом к бывшему главному финансисту Минобороны генерал-полковнику Георгию Олейнику по делу, связанному с превышением должностных полномочий при перечислении на Украину $450 млн. 26 ноября 2003 года протест был отклонен, вместе с тем Георгий Олейник остался под стражей, так как ГВП завела на него еще одно уголовное дело. 31 мая 2005 года Коломенский горсуд освободил его условно-досрочно.

10 января 2003 года ГВП опротестовала решение военного суда СКВО, вынесшего оправдательный приговор полковнику Юрию Буданову. Это решение было поддержано Александром Савенковым. В результате 25 июля 2003 года военный суд СКВО признал Юрия Буданова виновным в убийстве чеченки Эльзы Кунгаевой и приговорил к десяти годам тюрьмы.

В конце августа 2003 года прокурор Савенков вместе с министром обороны Сергеем Ивановым посетил Северный флот, после чего от командования СФ был отстранен адмирал Геннадий Сучков. 18 мая 2004 года Северный морской военный суд приговорил адмирала к четырем годам лишения свободы условно.

29 апреля 2004 года господин Савенков раскритиковал оправдательный вердикт присяжных по делу группы спецназа ГРУ, руководимой капитаном Эдуардом Ульманом, обвинявшейся в убийстве шестерых мирных чеченцев. "Несмотря на очевидность и доказанность преступления, присяжные сочли всех подсудимых невиновными",– заявил он. Приговор был опротестован, но 19 мая 2005 года присяжные вновь оправдали спецназовцев.

В сентябре 2004 года ГВП вызвала на допрос украинского политика Юлию Тимошенко, но та на допрос не явилась и была объявлена в международный розыск по линии Интерпола. В феврале 2005 года госпожа Тимошенко назначена премьером Украины, однако 24 мая 2005 года господин Савенков заявил, что она по-прежнему объявлена в розыск, а дело по обвинению ее в даче взяток офицерам Минобороны РФ не закрыто.

На кого нападал министр обороны

7 мая 2002 года вертолет Ми-8 Бердского вертолетного полка разбился у алтайского поселка Курай. Трое пилотов и восемь пассажиров погибли. 18 мая Сергей Иванов сообщил, что вертолет "выполнял в тот день коммерческий рейс, что недопустимо", и отстранил от должности командующего авиацией СибВО Анатолия Лукьяненко и командира полка Александра Чибескова. 28 ноября 2003 года суд Новосибирского гарнизона приговорил комполка Чибескова к шести годам лишения свободы за превышение должностных полномочий.

19 августа 2002 года под Ханкалой в результате падения вертолета Ми-26 погибли 127 военнослужащих. 20 августа Сергей Иванов отстранил от должности командующего авиацией сухопутных войск Виталия Павлова, а 7 сентября объявил выговоры главкому сухопутных войск Николаю Кормильцеву и командующему СКВО Геннадию Трошеву. 21 сентября в нарушении правил полетов обвинен командир полка Анатолий Кудяков. 5 ноября 2003 года Ростовский гарнизонный суд приговорил его к трем годам лишения свободы, 22 декабря военный суд СКВО отменил приговор.

5 января 2003 года Сергей Иванов обвинил организации солдатских матерей в том, что они существуют на деньги иностранных спонсоров, которым выгоден развал армии. Его поддержал главный военный прокурор Александр Савенков, пообещавший проверить деятельность Союза комитетов солдатских матерей России (СКСМР). 29 ноября 2004 года Басманная межрайонная прокуратура Москвы по итогам проверки СКСМР сообщила: "Никаких нарушений законодательства не выявлено".

1 августа 2003 года террорист-смертник взорвал госпиталь в Моздоке. Погибли 50 человек. Сергей Иванов возложил ответственность за происшедшее на начальника госпиталя Артура Аракеляна. Его задержали и обвинили в халатности и неисполнении приказа за то, что он не принял на вверенном ему объекте антитеррористических мер. 10 декабря суд Пятигорского гарнизона снял с офицера обвинение в неисполнении приказа и обязал его выплатить штраф в размере 130 МРОТ.

26 августа 2003 года в Черниговке (Приморский край) на учениях "Восток-2003" при выполнении парной посадки разбились два вертолета Ми-24В. Погибли шесть человек. Присутствовавший на учениях Сергей Иванов назвал причиной катастрофы "легкомыслие, браваду и воздушное хулиганство" пилотов. 4 апреля 2005 года Спасский гарнизонный суд приговорил руководителя полетов Геннадия Голобочанского к четырем годам лишения свободы.

18 ноября 2003 года на совещании высшего руководящего состава Минобороны Сергей Иванов в присутствии президента раскритиковал военно-воздушные силы за несоответствие требованиям, предъявляемым к частям постоянной боевой готовности, большое количество авиапроисшествий и низкий уровень подготовки летчиков. 14 января 2004 года главком ВВС Владимир Михайлов на пресс-конференции пообещал навести порядок в организации полетов и закупить новую технику.

Прямая речь

Кто до кого доберется?

Анатолий Корнуков, в 1998-2002 годах главком ВВС, генерал армии:

– Иванов не может за критику убрать прокурора, не имеет права. Он может попросить об этом президента, и если прокурора уволят, то станет ясно, кто прав – Иванов или Савенков. У нас преследуют человека тогда, когда он действительно владеет информацией. Прокурор опирается на факты, он знает законы, и я думаю, что он не врет. Если бы в армии все было бы хорошо, то молодежь не сбегала бы.

Валентин Варенников, депутат Госдумы (фракция "Родина"), в 1989-1991 годах главком сухопутных войск, замминистра обороны СССР:

– Никто ни до кого. Уверен, министр обороны решит вопросы с Главной военной прокуратурой. У всех могут быть ошибки, но честь мундира и авторитет вооруженных сил надо чтить. Я против этого базара. Прокурору следовало бы не махать дубиной, а разобраться и предложить свой путь решения проблем. А наш министр обороны хоть и ходит в гражданском, но генерал КГБ, он готовил военную доктрину.

Игорь Родионов, депутат Госдумы, в 1996-1997 годах министр обороны РФ, генерал армии:

– Не знаю. Но если о проблеме молчать, она превратится в гнойник и гангрену. В Госдуме о положении в армии предпочитают молчать – в комитете по обороне тишина. Поэтому Иванов "прав" – чего шуметь, проблемы нет. Я не владею цифрами, но я категорически не согласен с Ивановым, который создает видимость благополучия. Когда я был министром обороны, я, наоборот, старался заставить прокуратуру усилить борьбу с преступлениями. Но, видимо, я слишком надавил на прокурора, и он раньше времени написал рапорт об отставке.

Валерий Манилов, советник председателя Совета федерации, генерал-полковник, в 1996-2001 годах первый замначальника Генштаба:

– Я не вижу здесь ничего крамольного. Главный военный прокурор дал правовую оценку творящегося в наших вооруженных силах. И на мой взгляд, цифры реально отражают происходящее, а в чем-то картина даже не полная, ведь мы берем в армию всех, а не лучших. Прокурор об этом и говорит. В цивилизованном мире уровень преступности в армии по сравнению с гражданским обществом в 3-3,5 раза ниже. Министр вынужден отвечать на обвинения, и я не стал бы говорить, что это вынос сора из армейской избы – наоборот, это решение проблем и привлечение к ним внимания общества.

Виктор Алкснис, депутат Госдумы (фракция "Родина"):

– У министра обороны и военного прокурора разные весовые категории. В этой схватке Иванов, конечно, сильнее, потому что он намного ближе к Путину. У нас, как известно, прав тот, у кого больше прав.

Николай Ковалев, председатель комитета по делам ветеранов (фракция "Единая Россия"), экс-директор ФСБ:

– Развития конфликта быть не должно и, надеюсь, не будет. Каждый высказал свое мнение. Я не вижу тут непримиримых противоречий, тут просто разные подходы и оценки. Должностные лица такого уровня не должны ссориться, тем более публично. Но у нас это приобрело системный характер, когда министр может критиковать премьера.

Комментарии

{{ comment.username }}

Добавить комментарий

{{ e }}
{{ e }}
{{ e }}